Чтение онлайн

Через два месяца прислали Акт проверки правильности уплаты налогов фирмами "ГКЛ" и родственными ей фирмами. Папка была солидной. Весила более килограмма. Итоговая сумма неуплаченных налогов с пенями и штрафами восхищала: 28 миллиардов рублей! Тогда в ходу были миллиарды. После Ельцинской деноминации, 1 января 1998года от всех сумм отняли по три нуля. Но от этого легче не стало.

Влад отдал акт на проработку юристам и бухгалтерам. Сразу было видно, что эта папка представляла набор наспех состряпанных "ляпов". Начали готовить возражения. Попросили помочь и новосибирских аудиторов.

Через две недели папка с возражениями была готова. Она, с приложением необходимых документов, весила в два раза больше папки с актом Налоговой инспекции. Решили подавать возражения сразу в вышестоящую инстанцию - Краевую Налоговую инспекцию.

Провели опрос тамошних партнеров по бизнесу, кто имеет контакты с налоговиками, желательно не очень формальные. Помочь вызвался директор Краевой Нефтебазы, через которую ООО "ГКЛ" перевалило массу горючего и принесло много денег и Нефтебазе и ее начальству лично.

– Привет, Влад!- позвонил директор Нефтебазы в Северск, - можешь приехать к нам на пару дней? Я тут договорился о встрече по Вашей проблеме с заместителем начальника Краевой Налоговой Инспекции. Это мой давний друг Дима. Мы с ним соседствуем и вместе иногда выбираемся на охоту или рыбалку.

Влад с Иваном вылетели на следующий день. Встретились в уютном ресторане. Выпили, закусили, поговорили.

– Ну, теперь давайте гляну на Ваши бумаги, - сказал Дмитрий, высокий, представительный, лет тридцати с небольшим сибиряк, - если будут вопросы, я скажу.

Он со знанием дела начал листать папку, иногда хмыкая под нос, иногда улыбаясь или удивляясь.

– Вы возражения на этот бред подготовили?

Влад молча протянул ему свою увесистую папку.

– Вижу, что поработали хорошо. Кто готовил?

– У нас своя аудиторская "контора". Руководитель Ваш земляк Леша Пешкин.

– Вот и славно. Я с Лешкой учился в Университете на Юрфаке, в параллельных группах. Даже маму его знаю. Вы мне больше не нужны. Я с ним всё буду разруливать. Только отдайте официально Вашу жалобу в приемную Инспекции, а я уж постараюсь, чтобы ее мне отписали.

Он помолчал и спросил с сомнением:

– Вот тут только один пункт смущает. Самая большая сумма Вам насчитана за получение незаконной прибыли. Вы превысили норматив в 12% увеличения стоимости нефтепродуктов от цены завода - поставщика. По указу президента. Тут, конечно предстоит нешуточная борьба в суде.

– А насчет этого, как раз и не стоит беспокоиться. Тут мы в своё время прикрыли свою "филейную часть" постановлением Губернатора. Пусть, если рискнут, с ним судятся.

– Ничего себе! Как это Вам удалось! Уважаю. Так что теперь все сомнения сняты. Мочить будем Вашу инспекцию.

Иван задал прямой вопрос Дмитрию о том, какой гонорар его устроит.

– Да что Вы, ребята! За такое беспроигрышное дело я и копейки не возьму, тем более, что вас мой товарищ привел.

Возражений не принимал. Влад с Иваном настаивали. Но тут вмешался директор нефтебазы:

– Помнишь, Дима, ты брал у меня взаймы 10 000 долларов? Так будем считать, что ты мне ничего не должен. А с "ГКЛ" у меня еще масса расчетов. Туда и присовокупим. И точка!

Через месяц из Края пришел ответ на жалобу "ГКЛ" к акту проверки. Городской инспекции были сделаны замечания. Половина пунктов акта проверки напрямую шла в разрез с законом и была отменена. Остальное предлагалось проверить с учетом аргументов, изложенных в жалобе "ГКЛ". В заключении говорилось о полной бесперспективности акта. А если инспекция будет настаивать, то имеет явную перспективу проиграть арбитраж. А это увесистый минус в оценке ее работы.

В результате от всего акта осталось пару спорных пунктов на смешную сумму в пределах 50 миллионов (старых, до деноминации). С начальником городской Налоговой инспекции Саниным у "ГКЛ" сложились хорошие отношения, еще с тех пор, когда он работал в Округе. С ним вместе арестовывали и реализовывали продукцию "Поляргаза". В Северск он перебрался недавно.

Побывав у него на совещании по разбору претензий инспекции к их фирме, Влад и Борис вдоволь насладились, как хозяин кабинета давал выволочку своим подчиненным за безграмотный и позорный акт. После того, как Санин отпустил провинившихся, он обратился к гостям: - Вы уж не обижайтесь, ребята, на моих. Уж больно мэрия наезжала, да Кирпичев из полиции грозился. А я человек новый, пока разобрался, уже с Вашей подачи акт Краевая "расстреляла"! Вы уж эту мелочь спорную, что в акте осталась, заплатите. А то мне хоть что - то надо этим местным акулам в пасть сунуть. И будем жить дружно!

И действительно, потом с налоговиками практически не было непонимания.

****

1994г

"Подмосковный городок,

Липы стройные в рядок,

Подпевает электричке

Ткацкой фабрики гудок".

Из песни Я.Френкеля и М.Танича.

Братья Армановы постоянно находились в поиске: куда бы вложить деньги "ГКЛ" с перспективой. Если проект приносил прибыль, то и они имели свой интерес. А ребята они были инициативные и не ленивые.

– Борис Афанасьевич,- позвонил Миша своему тестю, - тут мы с одним мэром подмосковным познакомились. Он строит для города два десятиэтажных дома. Денег для окончания стройки не хватает. Дома уже почти под крышу подвели. Предлагает войти в долю. Потом рассчитается квартирами.

– А где это? Далеко?

– Да нет. 90 км. Полтора часа на электричке. Орехово - Зуевский район. Куровское. Городок при полуживом Камвольном комбинате. Но места красивые. Речка, леса кругом.