Чтение онлайн

Руня много времени проводит с детьми, читает, разговаривает с ними. Нынче она сказала:

— Знаешь, по-моему, есть два типа характеров, как два типа голосов: поставленных от природы — это встречается очень редко! — и искусственно поставленных в школе. Вот у Гали характер, поставленный от природы, и тут главное — не испортить его. А Саше надо ставить характер, и это всегда трудно: приходится много ломать.

Мне кажется, она не совсем права. Много на свете характеров, только, по-моему, каждый лепится жизнью. Вполне готовых характеров, пожалуй, я не встречала.

Илюша с Руней помогли нам перебраться на дачу и уехали, оставив Ниночку с нами на две недели. Теперь у меня три дочки.

11 июня 48.

Саша:

— Мама, ты почему не улыбаешься, ты что, царевна-несмеяна?

— Мама, один мальчик на дворе кричит другому: «Сука!» Ты не пугайся, это значит просто — собака.

На плакате цифра XXIX.

Ниночка:

— Галя, а это что за буквы, вот так перекладываются?

И скрестила босые ножки.

23 июня 48.

Галино белое платье покрыто серией разнообразных пятен.

— Это — от кофе, — объясняет она непринужденно, — а это я ела землянику, а это клубничное варенье капнуло, а это…

Галя:

— Несчастные люди, которые будут жить через 1000 лет после нас — сколько событий произойдет за это время, и им все придется учить.

Раздобыли черепаху, поят ее молоком, кормят булкой.

Назвали Найдёнышем. В первые дни были очень увлечены. Потом охладели.

Саша:

— Мама, давай играть в домино. Если я проиграю, то не буду жадной, ябедой и все свои плохие черты исправлю. А если ты проиграешь, то купишь нам с Галей и Ниночкой конфет и вот такого печенья.

Когда Шура был в Ленинграде, Саша говорила, искательно заглядывая мне в глаза: «Ты не беспокойся: я сейчас напишу папе, что ты бережешь меня, как царь золото, ведь больше беречь нельзя, правда?»

Проводили Серманов в Ленинград. Грустно без Ниночки — привыкли к ней.

27 июня 48.

Галя разбила банку с русским маслом — на полу большое масляное пятно.

— Что же делать с этим пятном? — говорю я.

— Знаю! — восклицает Саша, — давайте повсюду — и тут и там разольем русское масло — тогда весь пол будет такой же, как это пятно.

Шура (о себе):

— Великий русский писатель вставал поздно, был небрит, ничего не писал и смотрел исподлобья.

Саша, тихо:

— Ты не великий…

Шура, возмущенно:

— Вон из-за стола! Я знаю, это бабушкины происки!

Бабушка, тактично:

— Я на эти темы с детьми не разговариваю!

Тетя Соня:

— А кто же великий?

Саша, подумав:

— Пушкин!

Мы, хором:

— Откуда ты знаешь?

Саша, скромно:

— Из предисловий.

5 июля 48.

Саша, сосредоточенно разбирая игральные карты:

— Это валет. А это жена его. Как она называется — валетина или валетина?

— Саша, что ты сегодня делала?

— Мешала всем.

18 июля 48.

Саша:

— Мама, знаешь, какое у меня самое любимое занятие?

— Какое?

— Играть на нервах!

— ?

— Ну, кричать изо всех сил — очень люблю кричать. А бабушка говорит: ты играешь на нервах.

5 августа 48.

Саша, обращаясь к двухлетнему Антону:

— Антончик, это кто?

(Указывает на Шуру).

— Дя-дя.

— Это просто дядя или папа?

(Так сказать, высшая степень дяди).

26 августа 48.

Сидеть с Сашей за столом просто пытка. Ест она медленно, кончает позже всех, долго ковыряется в каждом куске и по ходу дела все время что-нибудь изрекает: «Молоко — вещь полезная…» Или: «В помидорах — витамины».

Валентина Николаевна пытается внедрить в ее сознание кое-какие полезные сведения: «Не ешь руками… Не болтай ложкой в воздухе… Как ты держишь вилку?»

Саша:

— Уж нельзя ребенку вилку плохо подержать…

Гостю, который принес огорчившее меня известие, Саша сказала: «Зачем вы испортили маму? Она была веселая, а стала грустная. Смеялась, а теперь не смеется».

11 октября 48.

Удивительно, непостижимо: я с великим трудом достала Гале любимую свою книжку «Записки школьника» Амичиса — и ей не понравилось!!!

— Скучно… — говорит она. — И потом: — Что это — большие мальчишки, а целуются друг с другом!

Я было начала объяснять: «Так ведь это итальянцы, у них характер такой…», но тут Галя меня совсем ошеломила:

— Это итальянцы? А я думала, русские!

— Как русские! Ты что, не помнишь, какие там города: Рим, Неаполь — разве у нас есть такие?

— Я думала, может, до революции были.

— Господи! Ну, а имена: Энрико, Гарроне, Франти, Старди — разве это русские имена и фамилии?

— Я подумала: в царской России всё может быть…

Саша:

— Сколько мозгу в этой утке! Наверное, умная была.