Чтение онлайн

День прошел в полнейшей прострации. Я даже Агате ничего ответить не смог на ее присланный план по нашей работе. Ну никак, у меня было состояние не стояния. Трупик, ни дать ни взять.

Проводил друга, принял душ и завалился дальше спать. Это было намного лучше серой действительности, там хотя бы я иногда был рядом с ней, там она улыбалась мне и не смотрела как на полное ничтожество.

Все это было вчера, а сегодня я на кой-то, вместо того чтобы просто отправить ей свой вариант плана, поперся к ней в библиотеку. И ведь уже на парковку вышел, в тачку сел, намереваясь поехать в свои салоны, а потом и на тренировку, но передумал.

Во всей этой дикой пурге был только один плюс - я наконец-то перед ней извинился. Все, на этом для меня хорошие аспекты заканчивались. Как сказала бы Эллочка Людоедка:

– Мрак!

И каждое слово Агаты било наотмашь, попадая четко в цель, как солью из ружья. По не затянувшимся свежим ранам так особенно больно. Что я мог ей противопоставить? Ни-Че-Го!!! Только бессильно скалиться и полыхать от ревности. А чего я, собственно, ждал? Что она кинется ко мне с распростёртыми объятиями, признаваясь в симпатии и обещая дать мне второй шанс. Ну ага, точно! Нафига ей какой-то там я, что по ней проехался асфальтоукладчиком, когда есть во всех смыслах положительный Илюша? Вопрос риторический.

Так бы я, наверное, и рефлексировал до вечера, если бы не любимый родитель. Рев музыки в салоне и мои думы, были прерваны звонком от отца.

– Да, пап, - ответил я и против воли тяжело вздохнул.

– Сынок, условие выполнено. Агата твоя после последней сессии будет выходить на практические часы в любую из наших «дочек», там уж сам подумай куда, чтобы не сильно она артачилась, что ты к этому делу руку приложил. А дальше, если будет нужно, переведём ее в головную компанию.

Благодарю покорно, папа, только вот Агата, увы, не моя. А узнает, что я ей практику запилил и по работе поспособствовал, так вообще, наверное, сожрет с потрохами.

– Спасибо, - выдавил я из себя и отключился.

Господи ты, Боже мой, ну зачем я все это сделал, скажите мне на милость, люди?

И только в конце дня, вымотанный и почти изможденный, я вошел в свою квартиру, сел на диван и облегченно прикрыл глаза, сразу же воскрешая в голове образ девчонки с глазами цвета грозового неба, а потом наконец-то смирился с жестокой действительностью и наконец-то признался сам себе. Я вовсе не попал и не поплыл, не заболел и не потерял голову

– это было все вместе - дикая, ядреная и концентрированная адская смесь.

Любовь.

И все это живет во мне не первый день и даже не десятый. Я в нее вмазался с размаху сразу, как только увидел и получил от ворот поворот. Только вот был я слишком глуп и слеп, а еще до безобразия самоуверен, поэтому и не рассмотрел то главное, что случилось со мной при ее появлении в моей жизни.

Если бы я только знал итог, то я бы обязательно переиграл все те кошмарные две недели, что были тогда, между нами. Я бы сознался во всем, сказал, что, идиот и что раскаиваюсь в том, что наговорил и сделал. И может быть тогда что-то бы можно было бы изменить или исправить.

Хотя нет, не может. Агата с другим и точка.

Нужно уметь проигрывать. Вот и все.

POV Агата

Всю следующую неделю я кропотливо и въедливо собирала материал к аналитической справке и к пятнице, наконец-то закончила с этим. Это была тяжелая неделя, я даже с Ильей не могла встретиться, то у меня был занят вечер учебой, то у него. Да и на выходных с ним увидеться не получится, парень уезжал в область к бабушке на ее восьмидесятый день рождения. Что ж, жаль, конечно, но что делать.

О Громове и нашем с ним разговоре в библиотеке я старалась не думать от слова «совсем», а когда в голову все-таки заползала какая-то мысля-предательница, то я тут же, либо врубала музыку на всю катушку, либо звонила Машке или Полине, либо еще находила себе тысячу дел, только бы не вспоминать его стальной взгляд и слова, что с таким жаром летели в мою сторону.

Да и ему, судя по всему, было не до меня. Всю неделю группе приходилось лицезреть разборки между расписным мажором и королевой красоты. Сначала я не понимала, что происходит, а потом до меня наконец-то дошло. Между парочкой пробежала черная кошка. Карина демонстративно цепляла парня первую половину недели, а вторую половину неотступно семенила за ним, словно сталкер на выгуле, и заламывала руки в попытке вызвать того к разговору. Вчера после пар весь этот марлезонский балет Громову, очевидно, встал поперек горла, и он зычно рыкнул на девушку:

– Хватит, Карина.

А уже сегодня местная королева красоты рассекала по институту с каким-то кудрявым парнем и мстительно поглядывала в сторону Громова, который, в свою очередь, не поглядывал ни на кого, а окопался в своих думах и вообще не подавал признаков заинтересованности хоть чем-то.

И вот эти вот все телодвижения от чего-то и совершенно иррационально меня радовали. Как объяснить? П-ф-ф, не знаю. Просто меня жутко бесили вечные обжимания этих двоих на глазах у всего честного народа, а теперь хоть дышать свободнее будет. Да, вот, именно!

На завтра было назначено только два практических занятия, а потом можно было бы хорошенько отдохнуть от этой сумасшедшей недели и заняться чем-то полезным, например все выходные проваляться на диване, завернувшись в плед и смотреть старые мелодрамы. А, чем не мега-план? А-то!

Ну а сегодня вечером я решила наконец-то отправить Громову свои наработки по аналитической справке. Перепроверила все на десять раз, а потом с замиранием сердца подкрепила файл с данными в «телеге» и нажала «отправить».

Не знаю с чего я решила, что он ответит мне со скоростью света. Дура я, наверное. И так оно и есть. Потому как товарищ разрисованный одногруппник удосужился прочитать мое послание только через два с половиной часа, когда часы пробили уже половину двенадцатого ночи.

Но я, несмотря ни на что, сидела, прикусив подушечку большого пальца, и гипнотизировала телефон, ожидая получить от него хоть какой-то ответ. И дождалась, глупая гусыня.

«Ок»

Господи, ты Боже мой! Как же я ненавижу его! Как же невероятным образом он меня раздражает! Сил нет терпеть!