Чтение онлайн

Они направлялись в сторону остановки. Прячась за деревьями и кустами, я следила за ними.

Прогулочным шагом они подошли к остановке.

На горизонте показалась маршрутка.

– Ну что, любимый, ты меня проводишь? – спросила девушка и игриво подняла левую бровь.

Марат покраснел и огляделся по сторонам. Затем склонился к своей спутнице и что-то шепнул ей на ухо.

– А что тут такого? – ответила она и махнула рукой, чтобы маршрутка остановилась.

– Ничего, – буркнул Марат, открывая дверь маршрутки. – Ладно, я тебя провожу. День сегодня свободный.

Они взобрались в салон, и машина тронулась.

Я была просто убита услышанным.

«Она сказала „любимый“! Они шли под руку! Этого не может быть. У меня галлюцинации!»

Недолго думая, я поймала такси и попросила водителя ехать за маршруткой, в которой сидели Марат и эта девица.

Я испытывала непередаваемые чувства. Внутри все кипело, бурлило, натягивалось и звенело. Я была просто в шоке. С каждой секундой до меня все больше и больше доходил смысл сказанного этой… длинноволосой.

Таксист прилежно следовал за маршруткой. Погоня была прямо как в детективе.

Я не понимала, зачем еду за Маратом, но знала, что ехать надо.

Маршрутка притормозила возле остановки, расположенной неподалеку от огромного здания мединститута. Я расплатилась с водителем, от волнения не понимая, какую сумму ему дала, и выскочила из машины. Сумма, наверное, вполне его устроила, так как он заулыбался и даже пожелал мне удачи.

Марат с девушкой, держась за руки, направлялись к институту. Незнакомка жалась к нему, время от времени что-то шептала ему на ухо, он смеялся… Они всем своим видом показывали, что им хорошо вместе.

Они остановились возле входа в здание. Там крутилось очень много студентов разных национальностей. Я спряталась за компанией арабов и оттуда наблюдала за Маратом и его спутницей.

Она что-то весело рассказывала моему другу, постоянно прижимаясь к нему. Каждое прикосновение было для меня как удар ножом в сердце.

Они стояли у двери минут десять. Потом арабы, как и все остальные, направились в здание. Вероятно, закончился перерыв между лекциями. Я спешно затерялась в толпе, не переставая вести наблюдение.

Девушка, которая была с Маратом, тоже засуетилась. Но перед тем как уйти, она повисла на Марате, поцеловала его в щеку, самодовольно посмотрела на окружающих: мол, все видели, какой у меня парень? – и только после этого нырнула вслед за молодежью.

Марат проводил ее влюбленным взглядом и, сунув руки в карманы джинсов, надел наушники и медленно побрел вниз по улице. Девчонки, проходившие мимо него, оглядывались, а потом улыбались и начинали перешептываться между собой.

После того что я увидела, в душе что-то натянулось, затем оборвалось, и осталась одна пустота.

Но и этого мне было мало. Я рванула в здание вслед за подругой Марата и без труда ее обнаружила. Она стояла у зеркала в вестибюле и прихорашивалась.

– Эй, ты! – с вызовом крикнула я. Она оглянулась и вопросительно взглянула на меня.

– Да-да, я к тебе обращаюсь! Этот темненький в куртке, с которым ты сейчас ворковала, кто такой?

– А тебе зачем? – удивилась она.

– Надо! – гаркнула я. – Быстро отвечай!

Девушка закатила глаза, сладко вздохнула и сказала:

– Ну, раз тебе интересно… Парень мой, кто же еще… А что?

От такого ответа меня даже затошнило.

– Парень?.. – тихо спросила я. – Парень? Он твой парень?..

Она кивнула.

– А ты кто? Почему тебя это интересует?

Ничего не отвечая, я медленно развернулась и помчалась к выходу. На меня стали кричать студенты, которых я нечаянно толкала, но я не останавливалась и не извинялась. Мне было не до них.

Я совсем не помню, как долго бежала, куда бежала, зачем бежала. Помню, что остановилась, когда закололо в боку, и обнаружила себя стоящей в двух остановках от бабушкиного дома, прислонившись спиной к какому-то дереву.

– Парень… – прошептала я, как будто старалась осмыслить всю глубину этого слова. – Парень… Он ее парень… Понятно. Теперь мне все понятно.

«Курортный роман и есть курортный, – с бессильным сожалением подумала я. – И от этого факта никуда не денешься. Зря я сюда приехала. Я здесь лишняя. Ему и без меня неплохо. Ходит с девушками под ручку, провожает, целуется. Конечно, а почему бы не ходить, если его подруга находится за несколько сотен километров отсюда?»

Я тяжело вздохнула и вспомнила сцену у мединститута. Глядя на эту парочку, все понимали, что они – влюбленные. Да и красотка лично мне это подтвердила. Сказала, что он ее парень. Ее. Ее, а не мой…

Рука сама собой нащупала жемчужину, которая лежала в кармане. Я вытащила ее и положила на ладонь. Жемчужина отливала перламутром и смотрелась как-то чужеродно. Еще бы – ведь ее место на дне морском, а не на городской улице.

«Выброшу, – решила я, – она мне больше не нужна».

Я крепко сжала соленую жемчужину, размахнулась и… в последний момент передумала ее выбрасывать. Эта жемчужина как бы соединяла меня с Маратом, и мне было очень тяжело эту связь порвать. Во всяком случае, пока…

Я бросила жемчужину обратно в карман, развернулась и отправилась домой собирать вещи.

Бабушки дома не было. На кухонном столе лежала записка: «Я пошла к соседке, буду ближе к вечеру. Сегодня пятница – у нас плановое обсуждение сериала за неделю».

«Отлично, – обрадовалась я, – хоть не надо будет изображать улыбку».

Может, странно, но почему-то мне не хотелось плакать, ненавидеть девушку Марата, бить подушку и в слезах задаваться вопросом: «За что?.. За что?..»