Чтение онлайн

– Ох, и плут же ты, Ванечка.

Улыбаюсь и иду в свою комнату. Надо хоть в порядок себя привести.

Противная мелодия лупит по мозгам. С большим трудом заставляю себя проснуться, наощупь нахожу телефон и отключаю будильник. В глаза словно песка насыпали. Тру их пальцами и крепко зеваю. Ночь выдалась «жаркая». Температура у Нюси поднималась пару раз, а еще этот жуткий, лающий кашель… Слава богу Галина Федоровна была рядом. Помогла справиться и с приступом, и с температурой. Я очень ей благодарен, даже не знаю, что бы делал без нее.

Никогда не хотел детей. Даже не так. Был уверен, что у меня их не будет. Они всегда вызывали у меня тревогу и панику. Но у жизни, видимо, свои планы на этот счет. А как так вышло, надо бы спросить у главной виновницы – Вики. Найти бы ее только. Открываю почту на телефоне и просматриваю письма. Ищу от безопасника – пусто. Рано, видимо. Ладно, он обещал утром. Никогда не подводил.

Пока соберусь, а потом наберу его. Разминаю мышцы и нехотя поднимаюсь с кровати. Рабочий день никто не отменял.

Контрастный душ почти делает из меня человека. Свежая рубашка, брюки, часы. Закидываю телефон в карман и выхожу из комнаты. Толкаю дверь к Нюсе, но ее в комнате нет. Озадаченно спускаюсь, слышу голоса и невольно замедляю шаг.

– А папа сколо плидет? – бодро спрашивает Нюся.

– Скоро-скоро. Ему же на работу надо, – отвечает ей Галина Федоровна.

– А может, лазбудим? – загадочно-иронично предлагает девочка, а я не могу сдержать улыбку. Озорница, сил нет.

– Не надо, он всю ночь тебя лечил, давай дадим ему отдохнуть.

– Давай, – недовольно вздыхает.

– А пока приготовим завтрак. Чего хочешь?

– Иишницу, – смешно коверкает слово.

– Не иишницу, а яичницу, – поправляет Галина Федоровна.

– Я так и сказала.

– Может, лучше сырники? Любишь?

– Да! Со сгущенкой! – Нюся радостно хлопает в ладоши. Как мало ребенку нужно для счастья.

– Будешь помогать?

– А можно?

– Ну конечно. На вот тебе творог. Выкладывай в миску.

Подхожу ближе, стараясь не привлекать внимания. Опираюсь плечом о косяк и наблюдаю за их возней. Нюся распечатывает пачку творога и пальцем подталкивает его к миске, помогая упасть.

– Молодец. Яйца умеешь разбивать? – Галина Федоровна кладет перед ней четыре яйца.

– Нет, – качает головой девочка и с интересом смотрит за движениями Галины Федоровны.

– Смотри как, хобана и все. – Она ловко бьет яйцом о миску, раскрывает скорлупу и выливает на творог. – Попробуешь? – придвигает к Нюсе три оставшихся яйца.

Та кивает, разбивает яйцо, пачкает руки и, видимо, пугается. Кидает его в миску вместе со скорлупой.

– Ой. – В глазах застывает паника, трясет рукой и беспомощно смотрит на Галину Федоровну.

– Ничего, вытащим, – добродушно улыбается та и принимается убирать скорлупу из миски.

– А если не все?

– Скорлупа полезна, в ней кальций для костей.

Не сдерживаюсь и смеюсь в голос, обнаруживая свое присутствие.

– Доброе утро.

– Доброе утро, мы тут… – Галина Федоровна с улыбкой разводит руками.

– Папа.

Нюся подскакивает со стула и бежит ко мне, забыв о том, что руки все в яйце перепачканы. Ее реакция так пронзительна, чиста и наивна, что меня оглушает эмоциями. Растерянно смотрю на нее и не знаю, как себя вести. Вроде и понимаю, что надо остановить, чтобы не испачкала меня всего, но вместо этого подхватываю на руки, крепче прижимая к себе. Ощущаю, как липкая ручонка приземляется мне на плечо, рубашка промокает насквозь. Плевать, переоденусь, детские объятия важнее.

– Как ты себя чувствуешь? – пересаживаю на правую руку, чтобы было удобнее держать.

– Халашо, – расплывается в улыбке и впечатывается губами в мою щеку.

– Температуры нет?

– Нет, – довольно качает головой. Ну слава богу.

– Ванечка, завтракать будешь? – спрашивает Галина Федоровна, ставя на плиту турку. Прекрасно знает мои предпочтения.

– Кофе, если можно.

– Сейчас будет.

Присаживаюсь за стол. Нюся удобно устраивается на моих коленях, вовсе не собираясь слезать. Галина Федоровна вытирает ее руки салфеткой. Мне как-то странно. Как-то необычно. Никак не могу идентифицировать свои ощущения. Я словно другой. Я чувствую по-другому. Неужели возможно измениться вот так, по щелчку?

– А ты куда соблался? К маме? – деловито спрашивает Нюся, отрывая меня от самокопания.

– Пока нет. На работу. А ты обычно как день проводишь? – убираю волосы с ее лица.

– В садик хожу.

– Нравится?

– Ну да, – лукаво опускает глаза и водит пальчиком по столу. – Только там есть Костя. Он всех обижает, даже девочек. Его даже к стульчику ставят.

– К стульчику? – едва сдерживаю смех.

– Ну да. Всех хулиганов так наказывают, – со знанием дела отвечает она. И взгляд такой серьезный.

– А тебя ставили?

– Ты что? Я не хулиганка, – возмущается и смешно хмурит брови, как будто я обвиняю ее в тяжком преступлении.

– Даже совсем чуть-чуть?

– Нет, – решительно качает головой.

Не выдерживаю и начинаю смеяться. Громко и свободно, как давно не смеялся. Эта девчушка мне определенно нравится.

– Так, садик – это слишком сложно, – размышляю вслух, как поступить. – Надо найти няню для ребенка.

– Зачем? – Галина Федоровна обиженно поджимает губы. – Я посижу с ней. Или ты сомневаешься в моей квалификации?

– Что вы, конечно нет, просто как то неудобно…

– Неудобно, Ванечка, – строго начинает она. – Это когда сын на соседа похож. Но это не наш случай, правда?

– Правда, – опять смеюсь. День анекдотов прямо.

– А если серьезно, мне все равно одной скучно… и совсем не сложно.

– Уверены? – уточняю на всякий случай, хотя и так знаю, что эта женщина от своего уже не отступит.

– Кофе, – посылает мне выразительный взгляд и тянет руки к ребенку. – Нюсенька, сырники пойдем месить?