Девочка ищет отца
Шрифт:
– Понимаю.
– Если и это не удастся, надо затеряться среди людей и ждать, пока придут наши.
– Хорошо. Куда нам сейчас идти, как ты думаешь?
– Идите в Запольск, к доктору Кречетову. Писать я ему ничего не буду, это опасно. Если он не узнает тебя - ты ведь вырос за эти годы, - скажи ему, что ты мой внук. Только наедине, чтобы не было посторонних.
– Понимаю.
– А Лене не говори, кто её отец. Она мала, может проговориться.
– Хорошо, дедушка.
– Не думал я, - повторил дед, - что придётся нам с тобой расстаться...
– Ужинать!
– крикнула с крыльца Лена. Она стояла в дверях, маленькая, худощавая; две косички лежали у неё на плечах.
– Лепёшки готовы. Доставай мёд, дедушка!
За ужином сообщили Лене, что утром она и Коля отправляются путешествовать. Лена сначала заволновалась, но у деда и брата были такие весёлые лица, что предстоящее путешествие стало казаться очень интересным. Весело собирали вещи и связывали их в два маленьких узелка. Весело легли спать и проснулись весёлые. Грустно было только расставаться с дедом. Лена всплакнула, целуя его на прощанье, но дед уверенно сказал, что они скоро увидятся. Слёзы у Лены высохли, и она опять развеселилась.
Утро было чудесное. Сверкала роса, птицы проснулись и так радостно желали друг другу доброго утра, что путешествие показалось ещё привлекательнее, чем накануне.
Простились с дедом у озера. Старик долго стоял и смотрел им вслед. Они шли, взявшись за руки, высокий мальчик и маленькая девочка, и каждый из них держал на плече палку с привязанным на конце узелком. Они скрылись уже за деревьями, но долго ещё доносились их оживлённые голоса. Потом голоса стихли.
Весь день старик просидел на крыльце. Он вздыхал, шевелил губами и опять вздыхал. Вечером неизвестный человек снова подошёл к дому. Старик равнодушно посмотрел на него. Неизвестный человек сказал:
– Вы ловко меня провели, Иван Игнатьевич, но вам придётся жестоко раскаяться в этом!
Глава шестая
Неизвестный человек обгоняет Колю и Лену
Лена и Коля шли по лесной тропинке. Скоро осталось позади озеро, тропинка вывела на просёлок, и просёлок, изгибаясь, побежал по сухому сосновому бору. До сих пор места шли знакомые: здесь дети бегали, здесь они играли, а за той огромной сосной Коля однажды спрятался и до смерти перепугал Лену. Дальше начиналась неизвестная область, страна, в которой они ещё не бывали. Стало чуточку страшно, но очень интересно. Всё время они делали замечательные открытия. Лена нашла огромный муравейник. Таких больших возле их дома не было. Отойдя в сторону от дороги, они напали на грибные места и быстро набрали столько грибов, красных и белых, что уже их некуда было класть.
К вечеру показалась деревня. Но Коля решил обойти её - во избежание неприятных встреч.
Это была страна лесов, холмов и озёр. Днём дети выкупались в чудесном озере, потом разложили небольшой костёр, очистили и сварили в котелке грибы. Коля, срезав удилище (леска и крючки у него были с собою), выловил штук десять плотичек, и они сварили отличнейшую уху. После обеда заснули и проспали часа два.
Солнце уже склонялось к западу, когда Коля проснулся, а Лена спала бы, наверное, ещё долго, если бы он не разбудил её. Окунулись в воду, оделись и пошли дальше.
На закате вышли на шоссе. Коля начал учить Лену, что отвечать на расспросы. Не так-то просто было выдумать историю про себя. Решили, что они будто бы жили в деревне Алексеевке - километрах в пятидесяти была такая деревня, - а потом родителей их угнали в Германию, а они пробираются в город, к доктору Кречетову, который приходится им сродни.
Время от времени навстречу попадались люди. Это были большей частью крестьяне. Один раз в легковой машине проехал фашистский офицер с женщиной. Он объяснял что-то, показывая на лес, а женщина смотрела испуганно и недовольно.
На повороте дороги стоял бревенчатый, засыпанный землёю блиндаж, обнесённый колючей проволокой. Гитлеровцы сидели около и покуривали, равнодушно поглядывая на дорогу. Днём они чувствовали себя спокойно.
Мимо блиндажа старик гнал свинью с тремя поросятами. Один из солдат встал, ловким движением схватил поросёнка. Поросёнок отчаянно завизжал и задрыгал ножками, но солдат с размаху швырнул его в блиндаж. Старик испуганно оглянулся, но солдат на него даже не смотрел, и старик, хлестнув хворостиной свинью, заторопился дальше.
Стало темнеть. Дети свернули в лес, выбрали место поровнее и посуше, сгребли кучу листьев, зарылись в неё и заснули. Ночь прошла спокойно. Иногда по шоссе проезжала машина, да один раз вдали вдруг началась перестрелка и так же неожиданно оборвалась. Утром поели хлеба и пошли дальше.
Коля решил добираться до города пароходом. Он знал со слов деда, что шоссе ведёт к пристани и что пароход, идущий в Запольск, пристаёт к этой пристани каждый вечер.
Дорога становилась оживлённей. Чаще стали попадаться деревни. Чаще проезжали машины, патрульные ходили взад и вперёд.
Днём они купили молока у какой-то старухи. Сначала, когда они спросили, нет ли продажного молока, старуха на них накричала.
– Откуда молоко?
– возмутилась она.
– Самим есть нечего! Внуки родные неделями молока не видят.
Потом она вдруг подобрела и спросила, кто они такие и откуда идут. Они рассказали про родителей, которых угнали гитлеровцы, и про родственника, живущего в городе. Старуха, сердито ворча, вошла в избу, вынесла крынку молока и ни за что не хотела брать денег. А потом вдруг опять стала ругаться, так что дети испугались и поскорее ушли. Они долго думали, добрая она или злая, но так ничего и не могли решить.
Лена очень устала, но держалась молодцом. Когда Коля предложил ей отдохнуть, она отказалась. Коля решил, что всё-таки время отдыхать. Они залезли в кусты, поспали часок и пошли дальше. Дорога круто повела вниз. Они увидели перед собой широкую реку, плавно текущую между лесистыми берегами, большое село, раскинувшееся на берегу, и пристань. Но самое главное - совсем близко они увидели пароход. Пришлось прибавить ходу. К счастью, вниз идти было легко.
Сзади раздался грохот колёс и громкий крик: "Посторонись!" По дороге мчалась телега. Большая гнедая лошадь скакала галопом. Седой мужичок дёргал вожжами и чмокал. Сзади на сене трясся и подпрыгивал человек, обутый в сапоги, одетый в рубаху и подпоясанный верёвкой. Он внимательно посмотрел на детей и поднял было руку, как будто хотел остановить лошадь, но передумал. Телега промчалась мимо и скрылась за домами.