Чтение онлайн

— Так это легко проверить, — посоветовала Серова. — Вызови ее, похвали, а потом проследи, в какую сторону на форуме ветер подует.

— Ну уж нет! Спелись с Антошей на мою голову, дворцовый переворот затевают… Сгною! Законопачу!

Когда Серова вернулась в корреспондентскую, там вовсю обсуждали пропажу из холодильника восьми сосисок, которые заботливая Колчина купила с аванса для кормежки «мужа». Она запретила Димону даже смотреть в сторону доширака, мотивируя тем, что это может плохо сказаться на будущем ребенке. Кузьмин с Вопиловым недоуменно переглядывались: по простоте душевной Филатов каждый день предоставлял им сводку о том, как развиваются их интимные отношения с невестой. И пока, так сказать, на западном фронте было без перемен.

— Я купила лучшие сосиски, самые дорогие! — тонким голоском возмущалась Колчина. — Только на одну ночь и оставила в холодильнике. Надо остановить этот беспредел.

Все были только за, но никто не знал, каким образом.

— Димочка, ну придумай что-нибудь! — продолжала меж тем Колчина. — Ты такой сильный, такой умный!

Филатова весьма воодушевляли даже такие лобовые комплименты. Он тут же сделал свирепую физиономию и пробасил:

— Поймаю крысу — порву как Тузик грелку. Пацан сказал — пацан сделал.

Но, вопреки его ожиданиям, никто не побелел от страха, не задрожал как свеча на ветру и не схватился за сердце. А Анжелика Серафимовна подбоченилась и выдала:

— Позвольте поинтересоваться, о гуманнейший из гуманных, вы и с дамой планируете поступить таким же образом? Прямо-таки и порвете как Тузик грелку?

— Мечты, мечты, где ваша сладость, — усмехнулся Кузьмин.

— И мы снова рады приветствовать вас на нашем вечере эротических фантазий, — подхихикнул ему Вопилов.

— С дамой — нет, — отвечал несколько опешивший от такого поворота беседы Филатов. Похоже, мысль о том, что таинственный вор может быть женского пола, даже не приходила ему в голову. — Женщина — это для меня святое!

— То-то же, — процедила Анжелика. — А то нашелся мне тоже, храбрый портняжка, Аника-воин.

— То есть как это, Дим? — опять пропищала Юлечка. — Значит, эта наглая баба может без всякого страха продолжать таскать наши продукты?

— Ну я не знаю тогда, — развел руками Димон.

— А давайте решим так, — подал идею Кузьмин. — Если поймаем крысу, то пусть он всю нашу кодлу угощает ужином в «Фортеции». Ему точно мало не покажется!

— Оч-чень оригинально, Антон! — попыталась съязвить Колчина. — Лично я с этой тварью за стол не сяду.

— А я сяду, — весело стоял на своем Кузьмин.

— И я сяду. Нагло развалюсь на лучшем месте и назаказываю самых дорогих блюд, — заржал Вопилов, который иногда забывал строить из себя человека, еще не до конца оправившегося после тяжелого недуга.

— Значит, единогласно, — заключил Антон. — Ну, теперь-то мы точно призовем его к порядку! Этот парень, знаете ли, смог меня замотивировать…

— А я все-таки утверждаю, что купил эту аскорбинку в аптеке буквально на днях! — Кузьмин с вызовом посмотрел в лицо статной даме в белом халате — начальнице регионального центра мониторинга лекарств.

— А я вас в десятый раз спрашиваю: в какой? — ответила женщина.

— Ну не помню. Я не являюсь фанатом какой-то одной аптеки. Где стрельнет — там и отоварюсь.

— Думаете, я из чистого любопытства этим интересуюсь? — напустилась на него дама. — Вот вы утверждаете, что ваша родственница слегла после приема этой аскорбинки. Знаете, это все очень серьезно. Неужели у вас не сохранилось ни одной таблетки? Мы бы взяли ее на анализ. Это недешево, но случай, повторяю, серьезный. Мы обязаны бдить!

— К сожалению, ничего не осталось, — развел руками Антон. — Слопала всю пачку!

— Ну, тогда я могу предложить вам только одно: проверить серию препарата по нашей базе данных. Мы ведем учет всех забракованных и фальсифицированных лекарств. Разве тут что-то всплывет…

Женщина защелкала по клавиатуре. Потом потянулась к оранжевой пачке, которой Антон вот уже четверть часа тряс перед ее носом. Перевернула ее. Сдвинула на кончик носа очки, нахмурила брови, пытаясь разобрать мелкие цифры.

— М-да, — наконец сказала фармработница. — Интересно получается. Вы знаете, эта серия аскорбинки действительно числится в списках недоброкачественных лекарственных средств. Но мы забраковали ее еще пять лет назад. В таких случаях все непроданные препараты серии изымают из продажи и отправляют на завод-изготовитель для уничтожения. Интересно, где вы ее раскопали. Давайте вспоминать, молодой человек, это очень и очень серьезно.

— А что такого-то? — Антон решил притвориться балбесом. — Подумаешь, бодяжная аскорбинка. Что от нее плохого-то будет? Чай, не цианистый калий.

— Вы заблуждаетесь, молодой человек, — дама начала закипать. — От такой аскорбинки можно и в горние селения досрочно переселиться.

— То есть, склеить ласты? Да что вы говорите!

— Вы разве не слышали, какое ЧП разразилось пять лет назад в Чувашии?

— Знаете, сколько этих ЧП каждый день, за всеми не уследишь, — махнул рукой Антон, напустив на себя безразличный вид. Он знал, что это — одно из самых надежных средств подстегнуть азарт собеседника.

— А ЧП, между тем, было очень серьезное, — продолжила дама. — Родители купили трехлетней малышке аскорбинку. Девочка поела сама и угостила в садике друзей. И что вы думаете? Один мальчонка стал бросаться на стену — ему показалось, что на ней выросли васильки. Другая девчушка три часа как заведенная носилась взад-вперед по коридору. Остальные детишки кто в обморок попадал, кто час или два жутко хохотал. Неадекват полный!

— Они умерли?

— Слава Богу, нет. Но могли, вполне могли.

— И все это — из-за аскорбинки? — удивился Антон. — Всю жизнь считал, что можно есть ее пачками.

— В том-то и дело, что это оказалась никакая не аскорбинка, — женщина понизила голос.

— Фено…? — вырвалось у Антона, но он вовремя прикусил язык.

— Откуда вам известно? — взвилась дама. — Быстро говорите!

— Да ничего мне не известно, — стал защищаться Кузьмин. — Я хотел сказать: «Феноменальные безобразия творятся у нас в России»! А вы меня перебили!