Чтение онлайн

— Россия им как кость поперек горла.

— Помню, в газетах когда-то про волчий оскал американского империализма писали, — проворчал Желтухин. — Я думал — врут. А оно вон как вышло.

— Ничего-о, — протянул Половинкин. — Настанет время, мы им фитиль промеж ног вставим. — Он похлопал рукой по боковой крышке серебристого контейнера: — Да вот хотя бы тромоноловый.

И оба офицера одновременно улыбнулись своим мыслям, которые на данный момент были у них абсолютно одинаковые.

Двухэтажный особняк, стоящий у лесной опушки, казался нежилым. За запертыми воротами не наблюдалось никакого движения. Стояла такая тишина, что было слышно, как жужжат еще не вполне проснувшиеся пчелы, пьянеющие от напоенного ароматами воздуха.

Присмотревшись повинимательнее, можно было отметить некоторые странности, бросающиеся в глаза. Во дворе дома не было ни сараев, ни обычного хозяйственного хлама, ни даже уборной, хотя о канализации в этой глухомани мечтать не приходилось. Не тянулись к дому и электрические провода, что заставляло предположить, что здесь обитают какие-нибудь отшельники, не нуждающиеся в телевидении, Интернете и прочих благах цивилизации. Вернее, обитали, поскольку, как уже говорилось, возле дома не наблюдалось признаков человеческой жизни.

А подойдя поближе, любопытные обнаружили бы, что и само строение какое-то странное: с ничем не заделанными щелями, косой кладкой, едва-едва закрепленной кровлей… Словно сооружали дом тяп-ляп, для виду, не собираясь в нем жить.

Зрители удивились бы еще больше, если бы перевели взгляд на протянувшийся справа луг и увидели там две человеческие фигуры. Затянутые в серо-зеленый камуфляж, в масках и с укороченными автоматами в руках, они быстро ползли к дому, проделывая это столь скрытно и бесшумно, что птицы взлетали из травы не раньше, чем лазутчики приближались к ним почти вплотную.

Тот, что лидировал, поднял руку в перчатке и замер, пропуская напарника вперед. Пока напарник ужом полз к забору, первый мужчина занял положение для стрельбы лежа, как бы готовясь отстреливаться от несуществующего противника. Для него это была не игра.

Напарник в два счета перемахнул забор, бесшумно спрыгнул на утоптанную землю двора и метнулся к кирпичной стене. Рука в перчатке прилепила к ней какой-то бесформенный комок размером с теннисный шарик, после чего пятнистая фигура, не задерживаясь, покинула двор. Соединившись, напарники отползли метров на пятьдесят, втиснулись в канаву и пригнули головы. Тот, который побывал во дворе заброшенного дома, достал пульт, смахивающий на телевизионный.

— Что? Посмотрим? — спросил он.

— Боевичок, — хохотнул напарник. — Чтобы огня побольше.

— Сделаем, — пообещал первый.

Его палец утопил большую красную кнопку на пульте. В тот же миг там, где стоял дом, образовался гигантский огненный шар и лопнул с таким оглушительным грохотом, что подрывников вжало в землю.

— Ух ты, — восхитился второй, когда поднял голову.

От особняка и забора осталась одна бесформенная дымящаяся груда. Их возвели наспех, не особенно придавая значение внешнему виду, но все же кирпичи скреплялись настоящим цементным раствором, а ограда была сложена из толстых железобетонных плит. И вот теперь все это рухнуло и рассыпалось, как карточный домик.

Мужчины встали, чтобы лучше видеть.

— Ну и взрывчатка, — сказал первый. — Сама с гулькин нос, а моща-то, моща!

— Ни тебе фугасов, ни тебе гильз, — поддакнул второй. — Знатная штука. С нею можно запросто Нью-Йорк за день разнести.

— На кой нам Нью-Йорк сдался?

— Ну, если полезут.

— Не полезут. — Первый шумно втянул носом воздух и сплюнул, попытавшись попасть в шмеля, кружащегося над полевым цветком. — Покуда у нас такие штуковины имеются, ни одна тварь к нам не сунется…

Иными словами, но примерно то же самое думали командиры двух подрывников, наблюдавшие за происходящим сквозь окуляры сверхмощных биноклей и телескопических труб. Испытание прошло более чем успешно. Не скрывая удовольствия, седовласый генерал поманил к себе порученца. Так великолепно проявившему себя тромонолу предстояло долгое путешествие в Челябинск, где его надлежало усовершенствовать, испытать в более сложных условиях и передать специалистам для запуска в производство.

По долгу службы генерал был прекрасно осведомлен о всех взрывчатых веществах, применяющихся на планете. Но тромонол, это детище взрывотехники и современнейших нанотехнологий, превосходил все известное до сих пор человечеству.

Эпоха пороха, гексогена и пластида постепенно уходила в прошлое. Ученые военных ведомств лихорадочно изобретали все новые и новые взрывчатые вещества. С каждым годом уменьшалась их масса и повышалась поражающая сила. Ракеты и бомбы становились легче, летели быстрее и дальше, обладая при этом поистине убийственным эффектом.

По мнению генерала, у тромонола было великое будущее. Он не вызывал трудностей при хранении, легко транспортировался, не мог быть обнаружен с помощью служебных собак и, главное, стоил достаточно дешево, чтобы не нагружать и без того перегруженный военный бюджет России.

Щепоткой новой взрывчатки можно было разнести в клочья грузовой автомобиль, а двести граммов тромонола не оставили камня на камне от специально возведенного для испытаний особняка. Выявить присутствие этого дьявольского вещества не получалось даже посредством спектрометрии, потому что оно попросту испарялось до последней молекулы.

— Пентагон теперь попляшет, — пробормотал генерал, оглаживая ладонью свежевыбритые, наодеколоненные щеки.

— Простите? — подал голос порученец.

Генерал уставился на него непонимающим взглядом, потом суровые морщины на его челе разгладились.

— Пусть готовят вагон и группу сопровождения, — сказал он. — И чтобы ни одна живая душа…

Не договорив, он сжал кулак и потряс им перед носом младшего офицера.

Козырнув, тот побежал выполнять поручение.

Казанский вокзал в Москве, как всегда, был шумен и многолюден. Величественный, как средневековая крепость, он работал на пределе возможностей. Прибывали и убывали поезда, сновали туда-сюда пассажиры и провожающие, безостановочно звучали объявления, заставляющие толпы людей устремляться в разных направлениях.