Чтение онлайн

Что было делать, надо помогать человеку, не чужой.

Связался по рации с Гумозом.

— Пулемёт брать будем? — сразу поинтересовался он, выслушав мой короткий рассказ. — Если да, то надо заскочить ко мне, я там кое-что доводил, так, по мелочам. Соберу машинку быстро.

— Сам как считаешь?

— В принципе, двух автоматов хватит, — Мишка Сомов спокойно может назвать пистолет-пулемет «Кедр» автоматом, болт положил он на снобизм юных знатоков оружейной терминологии. Я как-то обратил на это внимание и получил ответ: в бою длинные слова не нужны. Деды свои ППШ так и называли — автоматами, и мы не переломимся. Интересно, если сделать «калашмат» под какой-нибудь пистолетный патрон, он автоматически станет из-за этого пистолет-пулемётом? Ненавижу я это словосочетание… Представьте себе фонетических уродцев вот с такой звуковой оболочкой: вертолёто-самокат, пушко-ракета, сабле-топор и грузовико-скрепер. Разве что габбро-диабаз не коробит — это звучит романтично.

Время поджимало, и заезжать ещё куда-либо мне чертовски не хотелось. Дом Сомова, нечто среднее между двухэтажным гаражом и подпольным цехом, одним из таких, где в сюжетах криминальной телехроники разливают палёнку, стоит далековато, возле старой заброшенной бани. Фактически на отшибе.

— Хорошо.

— Стёпку с собой хватай, — посоветовал он.

— Ты это серьёзно? — удивился я. — Боязно.

— Конечно, серьезно. Хочешь воспитать настоящего солдата, бери его на боевые. Душок и боевую слаженность в каптёрке или на крыше не вырастишь, а дело плёвое.

— Ага. У тебя все рейды были плёвые, — иронично вспомнил я.

— Возникли непредвиденные обстоятельства! Короче, бери, сам знаешь, что плёвое.

— Сейчас подъедем.

Удивлённый новациями режима скучающий Степан моему неожиданному предложению чрезвычайно обрадовался, разволновался и забегал по квартире, не зная, за что хвататься, кроме «зауэра». Тем не менее уже через пятнадцать минут мы подобрали возле заведения совершено спокойного Сомова с оружием и большим пластиковым пакетом с яркой надписью «Пятёрочка».

— Юлия Ринатовна за работу свежих беляшиков отсыпала. И средства для дезинфекции рук, — похваставшись, он запустил пальцы в пакет и чем-то там побулькал. Чем, интересно? Загадка.

— Нормально отсыпала, — похвалил я.

— Так я кроме двери ещё и лосика порубал… Привет, Степан! О, «зауэр»! Тогда так — давай, впереди поеду, а ты с дальнобойным стволом на заднем.

— Может, лучше там кто-нибудь поопытней меня возьмёт? — честно засомневался мальчишка.

— Будет тебе скромничать, Никита рассказывал, как ты лихо тварей сверху валишь. Чёрт, как же тут тесно… Степа, возьми пока помповик, пристрой где-нибудь.

— Ты сиденье-то отодвинь, — улыбнулся я.

— Точно! Степан, давай помповик обратно!

— Балабол… — качнув головой, я воткнул передачу и погнал внедорожник к блокпосту номер три, заслона с направления «Удачный».

Двухэтажное заброшенное здание, возле которого расположился заградительный объект, с некоторых пор было не узнать. Старый дом внезапно обрёл новую жизнь. Кто бы знал, что в таком обличии… Стараниями бойцов двухэтажка постепенно превратилась в настоящую крепость, огромный блокгауз. Все окна первого этажа накрепко забиты досками или заложены кирпичом. На втором этаже часть оконных проёмов тоже замурована наглухо, в остальных устроены огневые позиции. Дверь единственного входа теперь металлическая, с глазком и стальными кулисами двух отверстий для стрельбы. На крыше — наблюдательный пост, сирена, мощные прожекторы и антенны. Раньше мрачный вид зданию придавала бесхозность объекта, сейчас — готовность к длительной осаде монстрами. Не сомневаюсь, что внутри у них имеются запасы продовольствия и питьевой воды.

Памятником былому мирному времени остался лишь плоский синенький ящик с надписью «Почта». В прорезь бойцы специально вставили тугой газетный свёрток, как символ жизни и готовности эту жизнь защищать.

Теперь бойцы даже ясным днем всё чаще несут службу в здании, а не за двумя серпами из мешков с песком, выложенными по обе стороны дороги на прииск. Слишком опасно, дожили.

— Он на чём выезжает-то? — спросил Виктор, командир блока.

— На «лендкрузере», штатная машина.

— Я бы, конечно, посоветовал ему на грузовике прорываться, надёжней. Что внедорожник? Влезет пара прыгунов под колеса, и застрял. А одному на ходу не отстреляться, — разумно молвил Витя.

— Если хоть один грузовик на ходу.

— Это да… Вы уж там постарайтесь быстрей управиться, время-то идёт. И осторожней, Никита. Я ведь теперь не смогу за вами шушпанцер отправить, забрали.

Блок направления «Северо-Енисейский» не имеет стационарного укрепления. Считалось, что городить на блокпосту номер один что-то основательное не нужно, атаки монстров, пока дорога работала, там случались редко. Но с тех пор, как соседей закрыли, картина резко изменилась. Так как для исправления ошибки уже не было ни времени, ни стройматериалов, Песегов распорядился поставить рядом с заграждениями из мешков и брёвен оба шушпанцера — модернизированных в мастерских комбината «Уралов».

А вот на втором посту стационарное укрепление сделали. Туда стащили все собранные вокруг «Маргансиба» железобетонные блоки, подогнали японский автокран и собрали уродливую, но основательную конструкцию, мини-крепость.

— Да я и сам понимаю.

— Хорошо. Связь держим, держи в курсе, — заключил командир блокпоста.

Казалось бы, всё нужное им было сказано. Всё, кроме самого важного.

— Никита, и это… — чуть замялся он. — Ты что-нибудь выяснил по «Плану Т2»? Бойцы интересуются, сам понимаешь.

— Как на духу, Витя, ничего нового, — уверил я, покачав головой. — Молчат, паразиты, сплошная секретность. Только общие инструкции и время начала операции.

— Ты сам-то что думаешь, ведь вся эта история — про оружие…

— Несомненно, про оружие, а вот дальше темень. Полный простор для фантазии, вплоть до гигантского огнемёта.

— Спалят они наши Кресты, черти окаянные… — вздохнул командир блока. — Ты мне брякни, если чего выяснишь, тяжко ждать в неизвестности.

Кроме него, на комплексе укреплений дежурили как минимум четыре бойца: один рядом, ещё один — на крыше здания, этот сидит с биноклем в колодце из мешков, ещё двое работают в бойницах второго этажа здания, оба с винтовками, одна с оптическим прицелом. Молодой парень из комбинатовских, безмолвной тенью сопровождавший вышедшего к джипу командира, с напряжённым лицом смотрел в сторону леса и одновременно внимательно слушал разговор. Проклятая тревожность чувствовалась во всём.

— Забились! — искренне пообещал я.

Пожали руки и расстались.

Машина медленно протиснулась между рядами вкопанных в землю кольев. Здесь кругом видны следы рационализации и изобретательства. В арсенале блокпоста имеются большие ловчие ямы, весьма эффективные, однако не очень-то любимые бойцами — тяжело вытаскивать туши угодивших в ловушку тварей. По левую сторону от блока метров на сто пятьдесят растянуты мотки колючей проволоки, неизвестно где добытой. В опасных местах вдоль кромки леса напротив проплешин стоят грубо сделанные мощные самострелы — в этой науке у нас знатоков хватает — с увесистыми пиками в качестве снарядов. Не знаю, насколько они эффективны в боевой работе, во всяком случае, со стороны орудия смотрятся весьма внушительно. Что-то средневековое из рыцарских романов, не хватает только огнедышащих драконов…