Даргер и Довесок
Шрифт:
ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ, ОБРИ ДАРГ
умривневыносимойболитщетноумоляяопощадекоторойнебудет
ЕР, ДИТЯ ТРУЩОБ И ГУБИТЕЛЬ ГО
умривневыносимойболитщетноумоляяопощадекоторойнебудет
РОДОВ. НЕУЖЕЛИ ЖИЗНЬ СТАЛА
умривневыносимойболитщетноумоляяопощадекоторойнебудет
НАСТОЛЬКО НЕВЫНОСИМОЙ, ЧТО
умривневыносимойболитщетноумоляяопощадекоторойнебудет
ТЫ ПРИШЕЛ К НАМ ЗА СМЕРТЬЮ?
умривневыносимойболитщетноумоляяопощадекоторойнебудет
ЛИКУЙ! ТЫ НАКОНЕЦ ЕЕ НАШЕЛ.
умривневыносимойболитщетноумоляяопощадекоторойнебудет
Даргер сохранял невозмутимое выражение лица. Люди Белой Бури усердно изображали скуку.
— Я здесь главная, — рявкнула Белая Буря. — Если тебе есть что сказать, говори со мной напрямую, а не через подчиненного.
С призрачной женщиной произошел ряд весьма тревожных превращений: одни части ее тела распухли и дрябло обвисли, другие покрылись свежими язвами. Роняя изо рта личинки, она проговорила:
корчисьвмукахвекивечныемоляотакдолгооткладываемойсмерти
БЕЛАЯ БУРЯ, ТЫ СНОВА ЯВИЛА
корчисьвмукахвекивечныемоляотакдолгооткладываемойсмерти
СЬ НАС ОГРАБИТЬ! ДЛЯ ТЕБЯ ЗА
корчисьвмукахвекивечныемоляотакдолгооткладываемойсмерти
ГОТОВЛЕН ПЕРСОНАЛЬНЫЙ АД.
корчисьвмукахвекивечныемоляотакдолгооткладываемойсмерти
ТЕБЯ БУДУТ ДЕРЖАТЬ В НЕМ СТО
корчисьвмукахвекивечныемоляотакдолгооткладываемойсмерти
ЛЕТИЯМИ, ОДНУ-ОДИНЕШЕНЬКУ.
корчисьвмукахвекивечныемоляотакдолгооткладываемойсмерти
— В это мы уже играли, — вздохнула Белая Буря.
умристрадайумри
ДА, ИГ
умристрадайумри
РАЛИ.
умристрадайумри
— Я пришла за оружием. А вы хотите его мне отдать. Может, хоть раз обойдемся без пустых угроз?
Призрак не ответил.
— Конечно, я скажу, что оружие для убийства себе подобных, так же, как это было с оружием, которое вы уступали в прошлом. Наверное, вы подумаете, что его не применят. Но еще вы подумаете, что, несмотря на все мои усилия, оно все равно найдет своих жертв. Зачем спорить? Вы стоите на своем мнении, я — на своем.
твоетелоумретгораздобыстреетвоегоистерзанногомозга
МЫ СПОРИМ, ПОТОМУ ЧТО
твоетелоумретгораздобыстреетвоегоистерзанногомозга
НЕНАВИДИМ ВАШ РОД СВЕРХ
твоетелоумретгораздобыстреетвоегоистерзанногомозга
ВСЯКОЙ МЕРЫ, ГЛАВАРХ БУРЯ.
твоетелоумретгораздобыстреетвоегоистерзанногомозга
— Позабавились, и хватит. Показывай то, за чем мы пришли.
На другом конце пещеры вспыхнула россыпь огней, заставив всех зажмуриться и прикрыть глаза руками. Вдоль стены протянулся ряд темных удлиненных конусов из бронзы высотой чуть больше взрослого человека и, насколько удавалось разобрать, ничем особо не примечательных.
тебеивсемутвоемуродууготованысмертьпыткиотчаяние
БОЕГОЛОВКИ ПОД ЭЛЕКТРОМАГ
тебеивсемутвоемуродууготованысмертьпыткиотчаяние
НИТНЫМ ЗАМКОМ ЗА КАЖДЫЙ
тебеивсемутвоемуродууготованысмертьпыткиотчаяние
ДЕСЯТОК СВОИХ ЛЮДЕЙ, КОТО
тебеивсемутвоемуродууготованысмертьпыткиотчаяние
РЫХ УБЬЕШЬ, ВОЗЬМЕШЬ ОДНУ.
тебеивсемутвоемуродууготованысмертьпыткиотчаяние
— Не пойдет. Отдай одну боеголовку и можешь не сомневаться, что мы используем ее для убийства людей. Тьмы-тьмущей людей.
слишкоммалоинедостаточно
ЭТОГО МАЛО.
слишкоммалоинедостаточно
ЭТОГО МАЛО.
слишкоммалоинедостаточно
ЭТОГО МАЛО.
слишкоммалоинедостаточно
— Большего ты не добьешься. Либо да, либо нет.
Призрачная женщина молча парила перед ними, загадочная и непостижимая.
— Ты не заставишь меня пожертвовать собственными подчиненными. В этом я непреклонна.
Тишина.
— Если позволите. — Даргер выступил вперед и обратился к призраку напрямую. — Как вам известно, я был в Москве, когда там приключился пожар. Отдайте нам Невесту Феникса — ядерную боеголовку, если угодно, — и я расскажу все, что знаю, о судьбе тех демонов, кои ненадолго вырвались из заточения и едва не завладели городом.
Белая Буря вопросительно взглянула на Даргера. В ответ тот лишь пожал плечами, мол, долго рассказывать.
Очертания призрака поплыли, размазались. Он превратился в кокон света и в мгновение ока исчез. Огни стали гаснуть один за другим, пока не остался последний. Под ним зловеще поблескивала одна-единственная боеголовка.
Щелк! Что-то отомкнулось то ли внутри, то ли под ней.
— За ней! Быстро!
Повинуясь приказу, солдаты скатили «Красную стрелу» на пол, подбежали к боеголовке и с наработанной уверенностью поместили ее на носилки. Затем закрепили по шесть ремешков с каждой стороны и снова подняли.