Чтение онлайн

— Сереж, захвати из комнаты полотенце. Оно на спинке моей кровати. И халат там же.

Вернувшись назад, взял забытые Дилей вещи, передал их сквозь приоткрытую дверцу, и отправился на кухню. Поставив чайник, устроился на табурете у окна, поджидая, пока тот закипит. Все-таки были кое какие опасения, на счет диверсии, со стороны соседки. Да и та, вскоре зайдя на кухню, тут же направилась к плите, но в какой-то момент заметив меня, резко сменила курс движения, и закопалась в своем кухонном столе изредка бросая на меня изучающие взгляды. Увидев закипающий чайник, выключил газ, подхватил его и отправился в комнату. Диля была уже здесь, за то время, пока я сидел на кухне, она успела убрать свою постель, и сейчас накрывала на стол.

Поставив чайник на деревянную деревянную подставку, первым делом, сказал девушке, чтобы та легла на кровать. И что мне нужно ее осмотреть. Большой нужды в том не было, вполне мог осмотреть ее и так, но очень захотелось сделать это иначе. Да и честно говоря, приятно было касаться молодого женского тела. А тем более сейчас, такая оказия, что ощупай я хоть все, что захочется, мне никто не откажет. Впрочем, наглеть я не стал. Слегка приложился к почкам, посмотрел мочевой пузырь, проверил каналы и в общем остался доволен состоянием девушки.

— Что все? — Удивленно переспросила она.

— Что-то беспокоит?

Девушка прислушалась к себе.

— На удивление, абсолютно ничего. — Воскликнула она.

— Ну вот и прекрасно. К таблеткам, что пила до этого до этого момента, даже не прикасайся. Камни я удалил, и лекарства тебе не нужны.

— А ты точно их удалил, я что-то не заметила ничего, там. Обычно бывает несколько неприятно.

— Можно будет сходить на консультацию. Или сделать рентген, чтобы окончательно убедиться. А после решим с диетой и правильным питанием. Хотя, это лучше к врачу. Лечить я могу, а вот с диетами не очень…

Позавтракав, решили на сегодня разделиться. Все-таки девушке было очень интересно, что же я сделал с ее организмом, или сделал ли вообще, хоть что-то. Поэтому ей очень хотелось пройти небольшое обследование, и получить доказательства выздоровления. Хотя бы для того, чтобы быть уверенной в том, что действительно все в порядке, а не просто мои слова об этом. Одно дело снять боль, и совсем другое, без какой-либо операции удалить камни, которые даже не выплыли вместе с мочой в унитаз. Единственное, о чем я очень убедительно ее попросил, не рассказывать врачам правды о том, как все происходило.

— Придумай, что-нибудь вроде того, что ночью стало плохо, пошла в туалет, а из тебя песок посыпался в унитаз. Мол было больно, но потом все резко улучшилось. Так будет лучше. А впишешь меня в твое излечение, вместо отпуска, будем до конца каникул, разбираться, что да как. Тебе это надо? Лучше после родителям расскажешь, а врачам не говори ничего.

На этом и остановились. Диля побежала в местную поликлинику, а я поймал такси и отправился в «Эрмитаж», где и провел почти половину дня. В принципе, мог и дольше, но захотелось есть, и потому выйдя из музея, отправился искать где бы перекусить. И с удивлением увидел довольно занимательную картину. На одной из улочек, стояли автоматы, похожие на автоматы с газировкой. Но вместо газированной воды, они за пятачок, наливали в высокий бумажный стаканчик, горячий бульон. И тут же рядом, можно было купить сдобную булочку. В итоге за десять копеек, получался довольно приличный перекус в виде горячего куриного бульона вприкуску со сдобной булочкой. Это конечно не заменяло полноценного обеда, но чисто перекусить на ходу, получалось довольно прилично. Хотя, честно говоря проглотив это, я только возбудил свой аппетит, и потому обнаруженная мною пельменная, пришлась, как нельзя кстати.

Взяв себе полуторную порцию горячих пельменей, со стаканом сметаны, и горячим чаем на десерт, наелся так, что едва смог вылезти из-за стола. Оставшуюся часть дня, просто гулял по улицам, разглядывая местные дома, каналы, и мосты. Ближе к вечеру, решил, что пора возвращаться домой. Конечно Диля наверняка, что-то должна была приготовить на ужин. Все же она узбечка, а этот народ всегда отличался гостеприимством, во всяком случае в отношении друзей. Но на всякий случай зашел в какой-то гастроном, купил полкило говяжьей вырезки, грамм триста колбасы, сыра, и пачку сливочного масла. Не забыл и о батоне к чаю. Увидев растворимый кофе взял и его. Одним словом, затарился по полной, и наконец, поймав такси отправился домой, и пусть говорят, что наши люди в булочную на такси не ездят. Мне можно.

Диля была уже дома, и прямо с порога расцеловала меня буквально всего. Все анализы, на выявление камней, дали отрицательный результат, а рентген совершенно ничего не обнаружил.

— Врачиха, что настаивала на операции, была просто в шоке. — Рассказывала мне подруга. — Срочно вызвали заведующего отделением, тот просмотрел старые и новые снимки, долго читал мою карточку, расспрашивал меня о том, какие лекарства я принимала, и правильно ли исполняла назначения врачей. Потом глубокомысленно произнес, что в общем-то ничего удивительного нет. Правильно назначенное лечение, плюс молодой организм, и вот вам результат.

— Но расслабляться, все же не стоит. Через полгода, необходимо будет заново сдать все анализы, очень возможен рецидив, хотя будем надеяться на лучшее.

— После чего дал мне список того, что можно, а что нельзя есть, и отпустил домой. Я уже позвонила папе, и обрадовала его. Я сказала, что мы задержимся здесь до конца июля, правильно?

— Я так и думал, а куда нам торопиться?

— Вот и хорошо.

Вечером, Диля, пожаловалась на боль в боку, но стоило мне только приблизиться к ней, как ее руки, обвили мою шею, и притянули к себе. Что происходило дальше, думаю понятно и так. Кстати судя по всему, я был далеко не первым ее партнером, и это чувствовалось буквально во всем. В какой-то момент, мне подумалось, что Диля и живет здесь именно потому, что родители надеются на то, что дочь найдет себе мужа именно здесь. Все-таки девственность среди мусульман играет немаловажную роль, а здесь ничего подобного не наблюдается. Причем, суда по всему довольно давно. А так найдет здесь себе приличного парня, выйдет замуж, и проблемы быстро забудутся. Впрочем, это было не моим делом, девушка сама пожелала близости, а кто я такой, чтобы обижать красивую девчонку своим отказом. Беременность с моей стороны ей не грозила, в этом я был уверен на сто процентов, я чувствовал, что мой дар сможет защитить меня от этого, а раз так, зачем отказываться от удовольствия.

За следующие полтора месяца мы объехали все «злачные» места Ленинграда. Посетили множество выставок, съездили в Пушкино, Петродворец, забежали в Кунсткамеру, в которой как раз в этот момент была выставленная почему-то не полная экспозиция. При этом случайно оказались в толпе студентом местного медицинского института, пришедших на экскурсию. Впрочем, даже то, что было показано и то вызвало у меня скорее отвращение, чем любопытство. Гид, который проводил экскурсию, увидев, как я морщусь, глядя на экспонаты, выразил мнение, что мне никогда не стать настоящим врачом, если я вдруг выберу эту профессию. Своим высказыванием он вызвал такой гомерический смех у моей подруги, что так и не смог понять, что именно ее рассмешило. Впрочем, мы, объяснить ему это не стали, а просто, развернулись и быстренько покинули экспозицию.

— Если бы он знал, кому это говорит! — Воскликнула девушка.

— Да, ладно Диль, я действительно не врач, и не собираюсь им становиться. А то что, у меня есть некоторые способности, это ни о чем не говорит.

— А почему не хочешь?

— Знать бы это раньше, может все было бы иначе. Но я осознал эти способности всего лишь год-два назад, а само лечение, происходит чаще всего как-то, само собой. Даже сейчас, спроси меня, как я выводил камни из твоего организма, вряд ли я смогу это объяснить. То есть когда я их увидел, я точно знал, что именно нужно сделать, и каким образом избавить тебя от боли, и неприятных ощущений, и был уверен в том, что ни в коем случае, не нанесу тебе вреда. А сейчас, я не вижу цели, и, наверное, поэтому даже не представляю, как все это должно происходить. И потом. Взять, например, экспонаты выставленные в этом музее. Честно говоря, мне было противно даже находиться в одном помещении с ними, и я едва сдерживал рвотные порывы. Возможно именно мое отвращение и брезгливость, и заметил гид, высказавшись относительно медицины.