Чтение онлайн

И в дни, где час кричал: «Дели ж

Миг на сто дрожей непрестанно!»

Кто скрыл бы путь меж звезд, — где лишь

Бред, смерть Ромео иль Тристана?

Там, в днях, — как знать? в руде веков,

В кровь влитых, гимном жгущих вены, —

Там — взлет и срыв, чертеж стихов,

Копье ль Афин, зубцы ль Равенны?

22 марта 1922

Тосковать в снег весны, — о, банальные

Песни праотцев, скок чрез огонь:

С тигром крыться под своды бананные,

Догонять с рыжей пумой вигонь!

Март морочит морозная оттепель;

К печкам лепятся тени Мюрже…

Что ж плеснуло? груз тел, — не на отмель ли

К ласкам вешним две пары моржей?

Ночью вскрыть бы (проделки Лесажевы)

Потолки: лоб на лоб, рот ко рту,—

Сколько спаянных в дрожь! Иль рассажены

В них твои паладины, Артур?

Волны бьют с пустыря миоценова,

Чтоб, дрожа, грудь теплела в руке:

Древних дебрей слеза драгоценная —

Вздох табачный ловить в мундштуке.

Верб заветных где пух? — Не равно ли им,

Здесь, где страсть — на прилавок товар,

Лед и гейзеры, ель и магнолии…

А Джон Фич, темя вниз, в Делавар!

22 марта 1922

С Ганга, с Гоанго, под гонг, под тимпаны,

Душны дурманы отравленных стран;

Фризским каналам, как риза, — тюльпаны;

Пастбищ альпийских мечта — майоран.

Тяжести ль молота, плуговой стали ль

Марбургство резать и Венер ваять?

С таежных талостей Татлиным стать ли?

Пановой песни свирель не своя.

Вьюга до юга докинет ли иней?

Прянет ли пард с Лабрадорских седин?

Радугой в пагодах клинопись линий,

Готика точит извилины льдин.

В бубны буди острозубые бури —

Взрыхлить возмездье под взвихренный хмель!

Зелья густить, что Локуста в Субурре,

Пламя, слепящее память, — умей!

Гонг к вьолончели! тимпаны к свирелям!

Тигровый рык в дрожь гудящих жуков!

Хор Стесихора над русским апрелем,

В ветре, — приветствии свежих веков!

28 декабря 1921

Наискось, вдоль, поперечниками

Перечеркнуты годы в былом,—

Ландкарта с мелкими реченьками,

Сарай, где хлам и лом.

Там — утро, в углу, искалеченное;

Там — вечер, убог и хром;

Вот — мечта, чуть цела, приналечь на нее,

Облетит прогорелым костром.

Цели, замыслы, — ржа съедающая

Источила их властный состав,

С дней, растерянных дней, тех, когда еще я

Верил вымыслам, ждать не устав.

И они, и они, в груду скученными,

Ночи клятв, миги ласк, тени губ…

Тлеть в часах беспросветных не скучно ли им,

Как в несметном, метельном снегу?

Конквистадор, зачем я захватываю

Город — миг, клад — часы, год — рубеж?

Над долиною Иосафатовою

Не пропеть пробужденной трубе.

11 февраля 1922

Не шествия, где в гул гудят знамена,

Не праздник рамп, не храмовой хорал,—

Туда, в провал, из правды современной,

С морского дна излюбленный коралл;

Нет! — милые обличья жизни нежной:

Вдвоем над Гете светом тень спугнуть,

Вдохнуть вдвоем с созвездий иней снежный,

У ног любимых ботик застегнуть;

Лишь миги, те, — сознанья соль живая,—

Что пресный ключ включают в океан,

И жгут из мглы дней и надежд, всплывая,—

Киприды лик, весь пеной осиян;

И там, за гранью памятей и пеней,

Впивая в я не взором кругозор,

Не вопль вражды, не прелесть песнопений,

Победный терн иль лавровый позор,

Но час, где ночь, где за стеклом бесцветным

С промерзлых камней оклики колес,

Где узость плеч под простыней, в заветном

Последнем споре под наитьем слез.

18 ноября 1921

Ночь уснула, дождем убаюкана,

Спит старуха, младенца крепче,

Теперь не расслышит ни звука она,

Что любовник-месяц ей шепчет.

Ветер улицы яростно вылизал,

Всюду рыщет, косматый и серый,

Веселится в роскошном обилии зал,

Скачет с мокрыми ветками в скверах.

Тучи, побитое войско, разомкнуты,

Вскачь бегут, меж звезд, без оглядки:

Иссекли их, щелкая, громы кнута,

Молний пляс истомил игрой в прятки.

Стены все — упорные странницы,

Ходят грузно по лунной указке:

Свет мигнул, — церковь старая кланяется,

Тень нашла — к дому дом льнет по-братски.

Без присмотра все силы кинуты,

Развинтилась в них каждая гайка.

Эх, доверилась Сумраку-сыну и ты,

Ночь-карга, земная хозяйка!

Он же рад сам трунить над месяцем,

Распустил стихии; при свете

Радостно раскуролеситься им,—

Разошлись тучи, камни и ветер!

18 мая 1921

Ветер гонит искры снега

Мимо окон, застя свет;

В свисте вьюги взрывы смеха;

Чутко плачет печь в ответ.