Дабог
Шрифт:
Она мотнула головой в отрицающем жесте. Нет. Она не понимала.
— Война пришла сюда, — терпеливо пояснил Андрей, чувствуя, как утекают последние отпущенные на задержку секунды. Все это не имело никакого смысла, и все-таки он продолжил: — С этим придется смириться. На орбите крейсер адмирала Надырова. Мы разведгруппа, но с минуты на минуту начнется вторжение. Все решают иные силы. Мы… — он опять усмехнулся, — лишь расхожий материал, по сути, такие же жертвы, как и вы.
— Зачем ты мне говоришь это?.. – прерывистым шепотом спросила Ольга. — Почему ты меня не убил?
А как ты хотел, парень? В ее сознании ты стоишь в одном ряду с Сейчем. Ты захватчик, насильник, жуткий человекоподобный монстр из страшных сказок о Земле…
— Тяжелый вопрос… — Андрей привстал, выглянул за окно и повернулся к двери. — Мы захватчики, — повторил он вслух свою мысль и пояснил, больше, наверное, себе, чем ей: — Для меня это пустой звук. У меня нет ни родины, ни дома. Я не принадлежу к Земле. Просто у меня не было выбора. Убийство — не мое хобби, понимаешь? Твоя жизнь нужна тебе самой, а не мне. — Он поднял глаза и вдруг добавил: — Когда будешь плевать нам в спину, вспомни, что я сказал. Мы все разные… Такие же, как и вы, — люди. Заложники той же войны. Только одни думают об этом, а другие нет. Постарайся выжить.
Сказав это, он не оглядываясь встал и вышел.
Глава 14
Гарь перед домом Полвиных.
Половина второго ночи
Он очнулся от баллистического шока почти как человек…
Сначала судорожно сжались растопыренные пальцы торчащей из-под слоя горячей золы руки. Потом пепел пожарища, еще кое-где расцвеченный тлеющими угольками, зашевелился, пришел в движение, и из-под него показалась голова человекоподобного робота.
Внешний вид Степа внушал ужас. Покрывающая его механическое тело пеноплоть частично обгорела и свисала безобразными лохмотьями. Правая рука бездействовала, и ее развороченный привод слегка подергивался, тщетно пытаясь передать движение на перебитую конечность. Лицевую пластину дройда пересекал уродливый, рваный шрам, в левой глазнице торчали осколки от объектива ослепшей видеокамеры…
Степ судорожно изогнулся, сел и чисто человеческим жестом схватился за сломанную в бедре ногу.
Его голова повернулась с характерным всхлипом сервоприводов, правый глаз-объектив, в глуби которого сжимался диафрагменный зрачок, уставился на вывороченные приводы ноги. Внутренний дисплей андроида тут же высветил пульсирующую красным цветом схематичную карту повреждений.
На секунду или две Степ застыл.
Однако внешняя неподвижность андроида и его взгляд, устремленный в одну точку, никак не отражали сути идущих внутри человекоподобной машины процессов. Его сканирующие системы работали, в этот миг с полной отдачей.
Внутренний дисплей мгновенно разделился на несколько оперативных окон.
Процессор дройда обработал полученные сигналы, и он увидел жаркие тепловые контуры шести шагающих машин пришельцев, которые окружили дом полукольцом.
Внутри дома термальная оптика показывала присутствие человека. В том, что это была Ольга, Степ не усомнился ни на секунду.
Странные вещи творились с ним. Осколок, который ударил в голову дройда, срезав объектив видеокамеры, что-то нарушил во внутренних связях позитронного мозга. Он ощущал себя совсем не таким скованным, как до рокового удара. Потеряв способность полноценно двигаться, полностью отдавая себе отчет о полученных повреждениях, Степ тем не менее чувствовал непонятную, прямо-таки безграничную свободу…
Тепловой контур одной из машин вдруг шевельнулся, выпуская из себя сигнал поменьше. Это был человек, вооруженный какой-то разновидностью импульсного оружия, и направлялся он прямо к дому.
Степ дернулся, будто в него опять попала пуля, попытался было встать, но поврежденный привод ноги подвел — робот лишь неуклюже опрокинулся на спину, взметнув облачко медленно оседающего пепла.
Если машина в состоянии ощущать отчаяние, гнев от осознания своей беспомощности, то дройд вкусил его в полной мере, когда понял, что не может защитить хозяйку.
На миг его сознание помутилось, как от баллистического шока. Это был эквивалент смятения, когда управляющие программы тщетно, одну за другой, пытались смоделировать вариации поведения, но все сводилось к одному — перед внутренним взором дройда злобно вспыхивала одна и та же надпись:
«Повреждение опорно-двигательных функций. Действие блокировано».
Единственный глаз Степа, в глуби которого, за диафрагмой зрачка, алела тусклая точка инфракрасного сканера, с визгом повернулся в гнезде, левая рука загребла золу, нашла в пепелище опору, зацепившись за обугленный корень сгоревшего дерева, и дройд рывком подтянул свое тело, на добрых полметра приблизившись к дому.
После второй попытки он понял, что не успеет, — человек уже входил в дом, а он, если даже и доберется до периметра дворовых построек, вдоль которого выстроились машины пришельцев, то что он сможет сделать в таком плачевном состоянии с шагающими гигантами, окружившими дом?
Ничего… Разве что распластаться под их ступоходами…
Человек в такой ситуации взвыл бы от бессилия… но Степан, несмотря на сходство с людьми, все же являлся машиной и не мог испытать подобного чувства. Пока его процессор обрабатывал новые данные, поисковые системы дройда потянулись в другую сторону. Туда, где они были с Ольгой накануне.
От места крушения корабля до усадьбы Полвиных по прямой через лес было не больше трех километров.
Упавший на Кассию космический корабль по-прежнему лежал в глубокой борозде, рассекающей надвое изуродованный холм. Его бортовые системы издавали слабый, но уверенный фон.
Степ извернулся, дернувшись всем телом, чтобы поменять позу. Теперь его передатчик оказался нацеленным на далекий корабль.
Три километра… Меньше трех минут, при скорости шестьдесят миль в час…
Рощин вошел в дом…
Лейтенант Сейч поправил коммуникатор и зло усмехнулся, представив, как его подчиненный морщится от стойкого запаха пожарища…
За три километра от усадьбы Полвиных в сумеречных глубинах корабельного трюма вспыхнул одинокий красный сигнал. Исполинская фигура «Беркута» в его свете казалась облитой жидким кровавым огнем. Внезапно он шевельнулся, словно хотел испытать на прочность оплетавшие его шланги стационарного питания, и одновременно с этим пришла в движение закрытая аппарель. В обозначившейся у потолка грузового отсека щели показался клочок звездного неба Кассии; огромная бронеплита на миг застыла, а потом резко пошла вниз, откидываясь на обугленный склон.