Чтение онлайн

— Вон, полюбуйтесь, опять Федьку привезли, — недовольно сказала она, кивнув на вошедших. — Ведь на прошлой неделе уже приводили, а он сбежал. — Повернувшись лицом к сыну и сверля его взглядом, выкрикнула: — Я что, тебя, паразит, искать должна? Платить штрафы за твое воровство? Да на кой ляд ты мне такой нужен? Сдам я тебя в детдом. Пусть тебя кормит и воспитывает государство.

— Ну, пока что мы его ищем, а не вы, — перебил ее Влад, — а что штрафы? Если не за него заплатите, то все равно пропьете. И в детский дом его нельзя: у него, к несчастью, родители есть. Зачем же тогда вы его рожали, дитя свое? Что, хотите его спихнуть в детдом?

— Я же не знала, что он такой скотиной станет...

— Какие родители, такой и ребенок, — твердо сказал Влад. — А сейчас я вызову участкового и он отправит папашу с дружком в другой интернат сроком на два года. Так что вы, мамаша, забирайте сына и подпишите акт.

Пьяный папаша взял Влада за локоть, но он отстранился.

— Да, паря, у тебя работа хуже, чем в милиции. Возишься со шпаной, — сказал он заплетающимся языком.

— Остается мне возиться, если родителям родной сын не нужен.

Мамаша гневно посмотрела на старшину.

— Как ваша фамилия?

— Пожаловаться хотите? Пишите или запоминайте — Владин. И не забудьте написать, что я сказал о том, что таких родителей, как вы, надо содержать за колючей проволокой.

На кровати заплакала девчушка. Мать нервно шлепнула ее, та залилась еще сильнее.

— Заткнись! Не реви! — заорала она. — Заткнись, я сказала!

После того как мамаша все-таки подписала акт, Влад с Лехой и Валеркой вышли из кухни и направились к калитке. За ними выскочил Федор.

— Влад Алексеевич, возьмите меня в приемник, — плачущим голосом попросил он.

— Федя, ты же знаешь — нельзя, — спокойно ответил Влад.

— Тогда я вообще уеду, — и он выскочил на улицу, хлопнув калиткой.

— Лучше домой не приходи, паразит! — крикнула ему вслед мамаша, выглянув в окно.

К обеду они были в интернате. Влад с Валеркой поднялись в кабинет директора, а Леха остался во дворе и присел рядом с плотником.

— Что, новенького привезли? — спросил дед.

— Ага.

— Одних привозят, другие убегают. Шалопуты, — покачал он головой.

— Что, много бегают?

— Да не без этого. Только что толку, все равно поймают. И чего они к этим алкашам-родителям бегут, не пойму. Тут от нас один мальчонка в спецшколу попал, тоже решил убежать, да и замерз. Зимой, стало быть, дело-то было. Весной только и нашли. А не сбег бы, жил бы еще. И чего бегут? Ну, если бьют их, то ведь и потерпеть можно...

— Семеныч, куда это? — обратился к нему мальчишка, вышедший из столовой с мешком, который держал перед собой на груди.

— Да куды ты прешь? — сердито крикнул дед. — Вон директорская машина, туды и положь.

Пацан подошел к багажнику и попытался его открыть. Мешок вырвался из рук, и на землю посыпался сахар.

— А, раззява! — в сердцах произнес дед, и, отложив рубанок, поспешил на выручку.

— Козявка, давай быстрее, повар зовет! — крикнул пацан с крыльца, где стояли бочки с отходами.

Козявка закрыл багажник и скрылся в помещении.

— Такое добро на землю! Вот шальной, — проворчал дед и погрозил кулаком вслед подростку.

— Ну что, пошли? — позвал Леху Влад, выходя от директора.

По дороге к вокзалу он долго молчал, а потом тихо произнес:

— Да, изменились интернаты, ушла из них доброта.

— А ты что, в интернате был? — удивился Леха.

— Был, только в санаторном. Через него я и стал нормальным человеком, а не паразитом. Жаль, что год всего, хороший был интернат. Спасибо маме, что отдала туда, хотя переживала за меня, скучала. Если бы не мама и интернаты, быть мне уголовником.

— Ты вот что, Леха, — сказал Влад, — двигай в Челябинск, а мне тут одного парня надо найти. Я тебя прошу, позвони моей матери, скажи, что я вернусь позже.

Они пошли по тропинке к платформе. У лестницы на коленях, покачиваясь, сидел пацан с синяком под глазом. На его лоб свисали сосульки давно немытых пшеничных волос. Перед ним лежала шапка с мелочью. Рядом с ним стояли еще два подростка. Одному из них было лет двенадцать. Его лицо, усеянное веснушками, было очень подвижным, другой в кепочке с американским орлом казался более взрослым и спокойным. Увидев милиционеров, они юркнули в толпу, а пацан-нищенка замер в ожидании. Леха надвинулся на него, намереваясь прогнать, но Влад задержал его за рукав.

— Не надо, Леха. Он же на работе.

— На какой работе? Ему учиться надо.

— А если ему жрать нечего?! Может, он на хозяина работает или отец заставляет?

— Ну, ты добренький! Может, ты еще ему милостыню кинешь?

Влад улыбнулся и, вынув из кармана деньги, бросил их в шапку собиравшемуся уже сбежать пацану.

— Ты что, богатый? — глядя на него с недоумением спросил Леха, когда они отошли на несколько шагов. — Может, у тебя тетка из Бразилии приехала? Ты вообще хоть сколько выбросил?

— Не знаю, — равнодушно ответил Влад, — я не смотрю, чтобы потом не мучиться, много или мало дал... Какая разница?

— Ну, Влад, ты либо дурак, либо блаженный...

Дождавшись, когда милиционеры скрылись из виду, к пацану подбежали двое приятелей.

— Олег, сколько он тебе дал? — с нетерпением спросил один из них.

— Чирик, — ответил он, улыбаясь, и показал деньги.

— Во! Ну, мент! — присвистнули пацаны.

— Дурак ты,. Пузырь. Он не мент, а милиционер, и добрый, как Санька.