Чтение онлайн

— Что-то не так? — спросил Быковский. Вот что значит настоящий командир — по спине подчинённого видит, что возникла проблема.

Я объяснил.

— Сто восемьдесят семь из двухсот четырёх, — повторил Валерий Фёдорович. — То есть, осталось семнадцать суток?

— Да. После этого людей нужно выводить из анабиоза.

— А почему они вообще в анабиозе? — спросил Юджин.

— Хороший вопрос, — кивнул Быковский. — Мы можем это узнать?

— Надеюсь, — сказал я. — Но сначала завершим диагностику всех систем.

— Давай.

Жизненные показания членов экипажа и экспедиции, за исключением трёх мёртвых тел, — в норме.

Системы жизнеобеспечения корабля — в норме.

Система Дальней связи не работает, требуется ремонт или замена квантового резонатора… Ладно, это потом, не горит.

Так, интересно, а это ещё что?

Диагностика космокатера «Смелый» показала, что летать он не может. Совсем.

Критическое повреждение реактора. Требуется замена.

Критическое повреждение топливного насоса. Требуется замена.

Критическое повреждение плазмогенератора. Требуется замена.

Критическое повреждение главной турбины. Требуется замена.

Критическое повреждение гравигенератора. Требуется замена.

Критическое повреждение генератора силового поля. Требуется замена.

— Однако, — присвистнул я. — У нас проблемы.

— Что ещё? — спросил Быковский.

Я вкратце объяснил.

— Починить можно? — спросил наш командир.

— Можно. Но не здесь. Слишком серьёзные повреждения. Допустим, запасной топливный насос имеется. Гравигенератор тоже. Надеюсь. Без генератора силового поля можно обойтись. То есть, нежелательно, но можно. На ходовые качества от не влияет, только на безопасность. Даже с плазмогенератором что-то наверное можно придумать. Но реактор… Судя по его состоянию, там всё глухо, под замену. А без реактора летать не получится. Энергия ёк, как говорят в Узбекистане.

— Интересно, откуда такие повреждения, — сказал Юджин.

— Вот и мне тоже.

— ДЖЕДО, — позвал я.

— Здесь.

— Известно, как это произошло?

— Известно. «Смелый» вывела из строя плазменная разумная форма жизни, обитающая на Юпитере. Она же виновна в гибели Миллари Иторби, Абэйн Леко и Ирцаля Мено. Предположительно. Но с большой долей вероятности.

— Рассказывай.

Вот что мы узнали.

«Горное эхо» вынырнул из нуль-пространства где-то между орбитами Плутона и Нептуна, ближе ко второму. Это было рискованно, но навигаторы вкупе с ДЖЕДО сработали на «отлично».

Вынырнули, огляделись, определились с координатами и направились к Юпитеру. Благо местоположение последнего было удачным. Даже маневрировать особо не пришлось: дочапали до орбиты Бурого Джупа, а он уже тут как тут в окружении всей своей многочисленной свиты из спутников.

Все, однако, были не нужны, выбрали Каллисто — один из четырёх крупнейших спутников Юпитера [1].

— Почему именно Каллисто? — поинтересовался Быковский.

— Во-первых, Каллисто — синхронный спутник, — ответил ДЖЕДО. — Объяснять, что это значит?

— Как Луна, — кивнул Сернан. — Период вращения вокруг своей оси равен орбитальному периоду, поэтому Каллисто всегда повёрнут к Юпитеру одной стороной. Извините, не удержался.

— Ничего, — сказал Валерий Фёдорович. — Спасибо, что напомнил.

— Во-вторых, Каллисто не находится в высокочастотном орбитальном резонансе с тремя другими крупнейшими спутниками Юпитера: Ио, Европы и Ганнимеда, — продолжил ДЖЕДО. — Следовательно, его орбита стабильна, эксцентриситет не меняется.

— Удобно, — сказал Быковский.

— Это ещё не всё. Вокруг Каллисто низкий радиационный фон. «Горное эхо», конечно, в должной мере защищён от космического излучения, но, как вы любите говорить, бережёного бог бережёт.

— С пониманием, — сказал Быковский. — А гравитация, атмосфера?

— Размерами Каллисто почти в точности совпадает с вашим Меркурием, но масса в три раза меньше, а от земной и вовсе ноль целых восемнадцать сотых, — продолжал делиться с нами ценными сведениями ДЖЕДО. — Так что ускорение свободного падения там равно одной целой и двумстам тридцати пяти тысячным метра в секунду за секунду. Или ноль целых сто двадцать шесть тысячных «же».

— То есть гравитация почти в восемь раз слабее земной, — быстро посчитал в уме Сернан.

— Именно, — подтвердил ДЖЕДО. — Атмосфера имеется, но крайне разреженная. Состав: углекислый газ и молекулярный кислород. Последнего исчезающее мало. Как и углекислого газа. В общем, практически идеальное место для базы. Чем мы и воспользовались…

«Гоное эхо» вышел на орбиту вокруг Каллисто и приступил к планомерному изучению Земли, Юпитера и, собственно, Каллисто.

В системе Крайто-Гройто имеется два газовых гиганта, но ни один из них не дотягивает по размерам даже до Сатурна, не говоря уже о Юпитере. Самый крупный чуть больше Нептуна, второй — чуть меньше Урана. И у них нет колец, как у Сатурна и Юпитера.

— У Юпитера тоже есть кольца? — удивились Сернан с Быковским.

— Есть, — сказал ДЖЕДО. — Не такие выраженные, как у Сатурна, но есть. У Нептуна и Урана тоже имеются. Желаете об этом узнать побольше?

— Нет, — сказал Валерий Фёдорович, — пусть планетологи разбираются. Их тема. Давай дальше.

Они перехватывали радио и телепередачи с Земли, изучали историю и языки, находя всё больше подтверждений тому, что два с половиной миллиона земных лет назад часть людей была перенесена на Гарад неведомой силой, и таким образом возникло новое человечество.

— Это было удивительно, — рассказывал ДЖЕДО. — Даже я, не имеющий, казалось бы, ни малейшего отношения к Земле, был взволнован, если мне будет позволено употребить это слово.

Я уже заметил, что время от времени искусственный интеллект «Горного эха» произвольно меняет стиль общения. Сейчас он вдруг стал изысканно вежлив и даже где-то угодлив. По какой причине? Не знаю, я не был специалистом по ИИ, прошёл только общий ознакомительный курс, положенный всем членам экипажа. Скорее всего, таким образом ДЖЕДО к нам приспосабливался, выбирая тот или иной стиль. Что ж, пусть, пока это не мешает.