Чтение онлайн

– - Я знаю, что порошок из растолчённых ягод кладут в смеси для остроты ощущений, -- сказал Макс.

– - В малых дозах! В микромалых дозах!--влезла Злата.

– - Я не курю и никогда не курила, -- сказала я.
– Если бы вы знали, как вредит это мозгу...

– - Да ладно, -- сказал Макс.
– Опять со своими страшилками. И смеси готовились во всех деревнях. И сажали мак на дачах. В Амстердаме эти смеси вообще легально курят.

– - Но у нас не Амстердам!
– взбесилась я.
– Ты знаешь, что все эти войны за Афганистан были для того, чтобы к нам в Россию не пускать опий-сырец.

– - Какие войны?
– удивился Макс.

– - А я всегда думал - исламский фундаментализм, -- тут же стал умничать Дэн.

– - Ты знаешь, что тридцать тысяч человек в год гибнут в России без всяких войн от этой отравы!
– я не стала спорить с Дэном. Я знала точно, от папы: в Афганистане - плантации опия. И через Таджикистан наркотик попадает в Россию.

– - Опий -- скажешь тоже, Арина.
– обиделся Макс.
– - Мы ж не гречу просим тебя готовить.

– - А Робинзон Крузо курил чай, пока не нашёл табак, -- сказал вдруг Дэн.

– - Точно, Арина! Сделай нам просто травяную смесь, которая не вреднее табака из обычных сигарет, -- попросила Злата.
– Просто чай, но для курения.

– - Безусловно лучше курить натуральное, -- согласилась я.
– В сигареты добавляют усилители вкуса и канцерогены. Но зачем вам это надо?

Если сначала я была настроена категорически против, то уловив, что Дэн высказался в пользу друзей, я сразу начала сомневаться. Я не хотела ссор с Дэном, я хотела только мира и любви. Я была готова на всё, лишь бы угодить Дэну. Да и фраза Златы о последнем лете вместе подействовала на меня романтически, я пошла на попятную, как самая последняя, глупая десятилетняя эмо. Я поняла, что соглашусь на что угодно ради Дэна. И если бы Макс и Злата попросили засеять для них поле опия и Дэн бы это предложение поддержал, я бы засеяла. Я вдруг подумала, что если соглашусь, то буду чаще видеться с Дэном. А если не соглашусь - ещё неизвестно, как сложится лето. Злата - с палочкой, Макс - может обидится и слинять. А травы надо собирать - мама на нас рассчитывает.

– - Зачем вам это надо?
– сказала я как можно жёстче и заметила, что Дэн вздрогнул от моего голоса. А я этим тоном защищалась от неминуемого согласия.

– - Ну как тебе сказать... Купить такое нереально, а дымнуть хочется. Расслабиться, -- сказал Макс.--Чтоб мяту там, как с ментолом чтоб.

– - Зачем это надо? Ментол только вкус имеет идентичный, ментол - это вещество, растение мята тут не при чём,- как робот повторяла я и всё больше волновалась.

Вместо обычной лекции, которую я была обязана прочесть о вреде курения табака и травяных смесей, о механизме воздействия через лёгкие на организм, кровь и мозг, я спросила в лоб:

– - Чего тебе не хватает?

Макс стал нести какую-то пургу:

– - Да просто, Арин, побалдеть. Все балдеют. Устал. Ты же знаешь. У меня пять репетиторов. Два языка. Математика, русский и физика.

– - И что?

Макс вдруг разозлился, можно сказать озверел и гаркнул:

– - Да того, чего и тебе, Арина, не хватает!

– - Это он из-за меня Арин, -- всполошилась Злата.
– - Он переживает и ревнует к каждому столбу - Злата указала на столбы с проводами. На них сидели коршуны...

Я посмотрела внимательно на Макса. И вся внутренне сжалась. До меня начало доходить. Я увидела в Максе себя. У него было такое же выражение глаз, которое я видела у себя дома в зеркале. Макс мучительно любил Злату. А она его нет. Максу нужен какой-то транквилизатор. Точнее Максу нужен нейтрализатор. Он страдал. Страдал как и я. Я ела чипсы - это был мой наркотик. И Макс ел чипсы, но это давно вошло в его пищевую привычку. Я пила успокаивающие препараты и бромиды. Максу и в голову не приходило таскаться к психоневрологу, как это делала я. Макс хотел оттянуться, расслабиться известными "в народе" способами, забыться хоть на чуть-чуть, как я после приёма лёгких успокаивающих, купленных по рецепту врача. Мне впервые стало жалко Макса. Злата вытирала о него ноги выражаясь маминым языком.

Я видела Злату страдающей, любящей, когда лечила её колено. Злата, растерянная от того, что не была уверена, что лечение поможет, неуверенная, что попадёт в команду, часто трепалась со мной, когда я забегала её проведать. Я тогда всё рассчитала верно. Я наконец избавилась от навязчивой идеи, что Злата тайно встречается с Дэном, моим парнем, почти женихом.

Мы вместе пили чай у неё накухне, Злата смешно лакала из блюдца, как ёж или котёнок. Она и была похожа на бездомного котёнка, когда поведала о своей "любови". Её любовь -- Костик, с которым я когда-то начинала танцевать. Когда я ещё не бросила танцы, в девятом классе, и в ДК был вечер, посвящённый восьмому марта, Злата, Дэн и Макс пришли на выступление. Чопоров, пока мы разминались, сообщил, что Костян разоткровенничался в раздевалке, и сказал, что Злата - его девушка. А недавно Костик ушёл служить в армию...

– - Хорошо. Надо будет обозначить места, - и я достала карту, где у нас с мамой вся высоковольтная была разлинована и разбита на территории.

Макс. После того, как я согласилась сделать им со Златой курительную смесь, весь ушёл в ботанику, в растения, растворился в них... Он целыми днями читал форумы и сайты, и, по-моему, к концу лета стал знать не только о табаке и других курительных смесях, но и о травах вообще, больше, чем я. Он показал нам Крымский гербарий - огромный толстенный фотоальбом, без фотографий, но с растениями под плёнкой, засушенные маленьким (так сказал Макс) походным утюжком. Макс всё спрашивал у меня:

– - А это что? Не знаешь? А я теперь знаю. Только подзабыл, -- и он листал тяжеленный иллюстрированный атлас.

– - Понимаешь, Макс. Мне вот так, -- я делала жест по горлу, - наших трав достаточно. Идеальная композиция чая делается из трав, которые растут в местности проживания. Это закон для травника.

Я не стала обижать Макса и говорить, что мне до лампочки, что растёт в Крыму. Макс закивал:

– - Там и мёд другой.

– - Я знаю, -- сказала я.
– - Он приторный. Кориандровый.

– - Всё ты знаешь... Он разный. Горный совсем не приторный, ты что-то путаешь.

– - Ничего я не путаю, -- разнервничалась я.
– Если хочешь знать самый ценный мёд - северный, где пчела собирает сырьё пятнадцать суток, максимум месяц.

– - Сырьё - скажешь тоже, -- поморщился Макс.
– Пчела - это же чудо! Настоящее чудо! Рабочая пчела - это умнейшее насекомое, причём коллективное.

И это Макс! Макс мстительный, Макс безжалостный, Макс - эгоист, а пчела у него - чудо и умнейшее.