Червь
Шрифт:
В: Говорили вы, что людям вам подобным, кого мните вы истинными христианами, считаться с мирскими властями не пристало? И что сами власти мирские суть наиочевиднейший пример нечестия, которое навлечёт на этот свет погибель?
О: Я говорил, не пристало считаться с мирскими властями лишь тогда, когда они велят поступать или клясться против нашей совести. Противиться же им в иных случаях я не призывал. Когда так, разве пришёл бы я сюда по твоему требованию?
В: Я слышал, будто вы желали бы обратить все богатства и имущество в общее имение и возглашали это открыто.
О: Я пророчествовал, что таков будет порядок у тех, кто спасётся, когда свершится отмщение Господне, а не предлагал установить его немедля.
В: И вы положительно утверждаете, что таковое установление переменило бы мир к лучшему?
О: Положительно утверждаю, что это установление переменит мир к лучшему. И по изволению Божиему будет так.
В: Это через переворот-то мир сделается лучше?
О: Сам Христос учинил переворот. Мы имеем верное ручательство.
В: Мятежи и смуты умышляете?
О: Докажи. Нету таких доказательств.
В: Сколько же вас, «французских пророков», в этих краях?
О: Человек сорок — пятьдесят. В Болтоне, откуда я родом, тоже имеются. И в Лондоне горстка.
В: Всего-то и войска?
О: По капельке море, по зёрнышку ворох. За Христом вначале шло меньше.
В: Не оттого ли и воздерживаетесь вы произвести возмущение, что не имеете довольно сил одержать верх, а будь вас больше, вы бы подлинно встали мятежом?
О: Нет, господин законник, меня лукавыми «если бы да кабы» в силки не заманишь. В мирских делах мы мирских законов не преступаем и никаких сокрушений людям не причиняем, разве что их совести. Правду говоришь, мы умышляем мятеж — против греха: против греха обнажим мы меч. А это деяние душеспасительное, ни одним законом не запрещённое. Но и когда силы наши умножатся, мирскому бунту не бывать, ибо все увидят, что мы живём во Христе, и придут к нам своей волей. И станет на земле мир и в человеках благоволение [154] .
154
Слова из песни ангелов, возвестивших пастухам в Вифлееме о рождении Иисуса Христа (Лука, 2, 14)
В: Закон велит повиноваться господствующей церкви и её пастырям, так или нет?
О: Так. Но ведь и Римская церковь некогда имела у нас господство.
В: Господствующая протестантская церковь нашего королевства столь же порочна и растленна, как и Римская? Вы это разумеете?
О: Я разумею, что всякая церковь есть собрание людей. Всякий человек есть плоть, а плоть по природе своей тленна. Говорить же, будто все до единого в господствующей церкви люди растленные, я и не помышлял. Читал ли ты «Строгое увещание»? Вот ведь сочинитель его Уильям Лоу [155] , из числа ваших пастырей, — не скажу чтобы дурной человек. Мало кто ещё из вашей церкви с ним сравнится: к свету Христову слепы, как кроты.
155
Лоу, Уильям(1686–1761) — англиканский священник и богослов, автор трактата «Строгое увещание о праведной и святой жизни»
В: Иными словами, недостойны своего сана? Такие речи — прямой призыв к бунту против нашего духовенства. В такие-то заблуждения вдались, такой-то нетерпимостью воспылали и предки наши в прошлом столетии [156] . Не доведут вас эти рассуждения до добра. Сама история тому порукой.
О: И от твоих рассуждений добра не будет, коль скоро ты людей негодных, слепцов объявляешь достойными сана за одно то, что они этот сан носят. Этак и дьявол у тебя выйдет благим и достойным. Мяса, поди, у негодного мясника покупать не станешь и к человеку моего ремесла, который шьёт скверно, тоже не пойдёшь, а не мерзишься слушать, как предают слово Христово, как перечеканивают его чеканом фальшивомонетчика. Прицепит беззаконник к воротничку ленточки, а к имени своему собачий хвост из буковок — ты его и числишь в достойных. [157] А что пьёт, блудит, ни в чём себе не отказывает, тебе и нужды нет.
156
Намёк на события Английской революции
157
Один из атрибутов костюма англиканского священника — две белые полотняные полоски, которыми заканчивается воротник; при упоминании имени священника на письме рядом ставилось сокращение, обозначающее его учёное звание и форму титулования, отсюда — «собачий хвост из буковок»
В: Так-то вы учиняете мир и в человеках благоволение? Придётся довести это до мистера Фотерингея.
О: Так-то ты не желаешь затевать споры о моих верованиях? Что ж, пускай послушает да вразумится.
В: Довольно. Мне желательно узнать следующее. Не случалось ли Ребекке Ли пророчествовать у вас в собраниях?
О: Нет.
В: Не объявляла ли она, будь то в приватной беседе или во всеуслышание, что же подвигло её вернуться на путь благочестия?
О: Рассказала лишь, что тяжко грешила и душа её уязвлена жестоким стыдом за прошлую жизнь.
В: Не называла ли она какого-либо происшествия, которое сделало в ней такую перемену?
О: Нет.
В: А время либо место оного?
О: Нет.
В: А иных особ, бывших с ней при этой оказии, буде такие имелись?
О: Нет.
В: Верно ли?
О: Она, как ей и подобает, блюдёт смирение. И живёт во Христе. Или чает жить во Христе.
В: Как, только ещё чает? Разве она не довольно ещё в вашей вере утвердилась?
О: Она ещё не имела побуждения к пророчеству. Дар этот усвояется нам благодатью Христовой, о ниспослании которой мы молимся.
В: Это чтобы и девица гремела пустыми словесами вместе с отборнейшими из вашей братии?
О: Чтобы и ей было дано говорить славным языком внутреннего света и возглашать его, подобно жене моей и прочим.
В: Пока же она показывает себя к этому неспособной?
О: Пока вот не пророчествовала.
В: Не оттого ли, что она перед вами лукавит?
О: Зачем бы ей лукавить?
В: Чтобы, оставаясь прежней в душе, уверить вас, будто переменилась.