Черта
Шрифт:
– Нет. Против них никто не воюет. И они не воюют. Говорю же – нейтралы.
И корпорации пытаются обходить стороной, те дела, где Жуки замешаны.
Ну, или – если и рисковать, то с меньшими потерями в случае проигрыша.
Увы, никто достоверно не знает, заранее, на чью сторону BB станут в предстоящем деле.
– Почему «Жуки»?
– Те, кто их видел, то манеру поведения именно так и описывают. Но название сами BB и дали себе...
– И какая же это… манера у них?
– По стенам карабкаются, как пауки,
бегают, передвигаются – как тараканы, только намного быстрее.
Их моторика, реакция, выносливость, регенерация тканей, сенсорные системы, короче, все изменения – раз в сто выше наших.
Я же уже говорил.
И чтобы вы знали, прежде чем отправлять ту или иную группу на задание, любая организация, просчитывая вероятность летального исхода для команды, обязательно так же вычисляет процент возможности столкновения с Жуками.
Если он, этот процент, будет больше шестидесяти, то операции присваивают метку «Black». Вот почему этот фронт… стал Черным. Смертность высока из-за этих Жуков. Перешли дрогу – будьте добры, умрите.
Элита на такие задания не ходит.
Правильно, Филатов? Вы же про Жуков вообще никогда ничего не слышали?
– Не слышали.
– Ну вот. А вашу, Венцова, группу… почему-то направили, зная о Жуках. Вы там в Сирии ничего не наследили?
– Да нет… Тихо.
– Странно.
– Так нам еще повезло?
– Да. Очень даже. Вас, почему-то, пожалели…
– И что теперь нам делать? Мы в полной завязке с этими BB.
Верх от нас просто так не отстанет.
– Не отстанет. Я, я… если вы не против, пойду поговорю с Кузьмой, а затем, когда наконец-то обоснуюсь на новом месте, смогу пошерстить, что да как.
В основном, я думаю, вам будет приписано новое задание, но с той же серии.
Вы же сделку должны были сорвать?
– Да.
– Ну, тогда, может, … будете ликвидировать последствия,
или пресекать дальнейшее развития запущенного процесса.
Не знаю. Вариантов уйма.
…
Ну, я пойду?
Да?
– Тим, тебе помочь? – набралась смелости я.
– А? Нет, спасибо, Света.
– Давай, всё же, - нагло вырываю из его рук цветок, лживо (мило) улыбаюсь нашим.
Чертов трус, теперь из-за тебя… я чувствую себя – ВИНОВАТОЙ!!!
Глава Шестьдесят Седьмая
***
(Света)
…
– И давно это уже?
– Еще с Эль-Ассада. Я хотела ей рассказать про тебя…
– НЕ НАДО!
– Ну, вот видишь, Тим. Ты - сам виноват.
– В чем? Ей нравится другой мужчина.
(нервно хмыкнул)
Ты посмотри только на меня? Разве можно сравнивать?
Венцов… - смелый, красивый, уверенный в себе, успешный Командир элитной группы.
А знаешь, что самое смешное?
Я их сам свел. САМ.
САМ выбрал, куда Юлю направить – и теперь…
– Тимур.
– Что, Тимур? Трус, дурак… и просто идиот, а не Тимур!
– Если ты поговорил бы с ней тогда…
– И что? ЧТО?
…
Он был с ней… да почему был? Он ВСЕГДА с ней рядом, здесь, в бою, на любом деле – закроет, защитит. А я что? Что? буду визжать, как недобитое порося, в микрофон?
– Ты несешь бред. Честное слово, - (нервно вскочила).
– А вот если бы твой Филатов был трусом, ты бы его любила? ЛЮБИЛА?
– Я Филатова любила бы, даже если бы он был Квазимодо!
– Неправда. Не-прав-да!
Ты его любишь и за красиво тело, и за безупречный характер.
Ведь за что еще люди любят?
… За красоту телесную и духовную…
– А ты – очень умный парень. Я бы даже сказала - ГЕНИЙ! Тимур! И неправда, что ты некрасивый. Отнюдь!
Очень даже обаятельный, в расцвете сил, молодой мужчина!
А все, что ты несешь, все что сочинил, – это лишь рамки дерьма, придуманные, состроенные лично тобой и твоей фантазией! И только!!!
Всё причитаешь, что несчастный! И как тебе не повезло! Да оглянись! Посмотри в зеркало – и ОДУМАЙСЯ! … пока еще не поздно.
(немного помолчал, переваривая слова)
– Я – трус, и этим всё… сказано.
– Трусом… люди САМИ себя делают!
Да, у каждого есть свои страхи. Но только кто-то ведется на них, а кто-то – сражается.
Возьми себя в руки, и не будь киселем и тряпкой!
Нужна тебе эта девушка – ДЕЙСТВУЙ, а не сопли жуешь.
(едва не задыхаюсь от гнева и переживаний)
Резкий разворот – невольно уткнулась взглядом в орхидею.
Чертов романтик. Сердце у него… хрупкое. А у кого оно стальное??? А? Покажи мне пальцем?
Я бы сама горазд разныться, прибежать к Юрочке, скрутиться калачиком, уткнуться носом ему в живот… и вот так прожить свою «вечность», да только смысл?
Всем нам нужна – ОПОРА. Всем. И Юре – тоже, а не тряпка на гвоздке.
– Красивый цветок, - (пытаюсь заладить разодранные раны; черт, и чего я теперь… всю жизнь буду чувствовать себя ему обязанной? виноватой? да?
да.)
– Хочешь, забирай.
Я его Юле вез.
Но, как вышло, зря…
– ТАК ПОДАРИ ЕЙ! И плевать, что будет дальше!
(спешный разворот – и вылетела прочь)
…
– Подари. То еще мне сказала.
***
(Юля)
– Й-й-Юль… я, конечно, понимаю, что вид теперь у нее… у-ужасный, но… если ты хочешь…
– Тимка, ну, чего ты так нервничаешь? Мы же с тобой близкие друзья! Расслабься!
Что с тобой?
(тяжело выдохнул, нервно рассмеялся)