Черта
Шрифт:
вмиг кинулся к нам (и где был раньше?)-
содрал, стянул свою Киряеву с меня).
Ною, вою, едва не реву…
– Ты как?
Вы как? – (растеряно смотрит на образовавшуюся «кучку» спортсменов)
Гневный, резкий, больной (мой) крик.
– Сука, Наташа, ты что, СЛЕПАЯ????
– Прости… - едва слышно бормочет.
–
Я… я пыталась затормозить, просто, ты так неожиданно…
– Беременность неожиданно! А это и близорукому было заметно!
– Ты как?
(все так же испуганный, шепчет, нервничает Филатов)
– Да я-то нормально. Лера, что с тобой? Что с ногой?
– Болит сильно.
Вмиг опустился рядом, присел на корточки Ю.Д. (ба! неужели меня заметили?), ловкое движение рук…
– Перелома нет. Вывих или растяжение.
– А ты, Наташ?
– Да что этой кобыле будет, - нервно прошипела я.
(раздраженно скривился)
– Клинко, да что с тобой? Чего такая взбешенная?
– Ничего.
– Юля. Юля! Иди сюда. Давай, со Светой отведите Клинко к медикам. Да диазепама пусть дадут. Иначе она всех тут загрызет.
– Какого еще, на фиг, диазепама? Юрий Дмитриевич! Не чудите!
– Это приказ. Света, я на тебя рассчитываю.
***
– Что??? Вы смеетесь? Нет, – (лихорадочно качаю головой) - НЕТ!
(нервно заерзалась на кушетке, отчаянный рывок и пытаюсь вскочить на ноги…)
Черт! Пронзительная боль током стрельнула в мышцах.
(упала назад)
– Да сиди ты, не дергайся!
– У меня завтра ТБ!
– И что?
– Пожалуйста! Прошу… отпустите!
– Ага! Уже! Чтобы хромала где-то там, в лесу? А потом еще всем взводом пришлось тебя искать…?
Или тебе мало этой попытки свернуть шею? Нужно еще?
Не чуди ото. Сядь и успокойся. Выпей таблетки, что тебе дали.
– Не хочу.
– Так… Клинко? Правильно? Так вот, Валерия Клинко, то ты мальчику будешь говорить «не хочу», а у меня здесь бывает лишь «так точно». Не детский сад, и не рынок. Быстро выпила лекарство!
Тимуровец, хренов. В бой рвется, как будто людей спасать.
Успеешь еще… навоеваться, настреляться.
Лучше он… у нас как раз завтра будет новый завоз препаратов. Поможешь опись и сверку провести. Рабооооты хватит до самого вечера. Так что не переживай - не заскучаешь. И покруче твоего ТБ будет.
– Но ведь сами сказали, что это - обычное растяжение.
– И что?
Так.
НЕ СПОРЬ!
Выпила таблетки и марш на учебу. Что там у вас сейчас по расписанию? Физика?
– Основы Аналитики.
– Вот иди. Полезная вещь.
(то сиди, то иди… - но я и рада от вас свалить!)
– А завтра в девять – жду здесь.
И да, это - не просьба.
(ядовито скривилась)
– Таблетки выпей.
(сгребла в кучу, вкинула в карман;
попытки встать)
– Валерия, стакан на умывальнике. Будь добра, при мне выпей.
(хромаю, кривляюсь, рычу)
…
– Довольны?
– Да.
Глава Сороковая
Я всё еще не сдаюсь. Не отчаиваюсь.
Нет! НЕТ! Я обязательно должна попасть на бой, пусть даже мне голову бы отшибло.
Жива – а значит, обязана там быть!
Обязана…
***
– Юрий Дмитриевич! Ну, пожалуйста!
– Лерочка…
– Юра, ну прошу! МОЛЮ!!!
– Валерия, поверь, если бы я мог что-то изменить, то без сомнений вмешался.
– Не верю, – (обижено, злобно надулась)
– Но ты и сама посуди… едва ходишь, хромаешь… куда
– ДА НЕ ВАМ РЕШАТЬ! Хочу я! Хочу!!! И всё!
(расстроено поджал губы)
– Прости…
(резкий разворот и живо ушел прочь)
Гад!
***
– Светочка, солнышко, котик, зайчик! Умоляю, поговори с Юрой! Пусть он врача переубедит!
МОЛЮ!!!!
– Лера, ты издеваешься? Я уже три раза пыталась. Филатов теперь вообще не хочет со мной разговаривать.
– НЕНАВИЖУ! НЕНАВИЖУ ВАС ВСЕХ!!!
(убежала прочь)
***
Гнев, обида,… желчная злость, на весь мир, раздирала меня пополам.
Еще раз пять пыталась поговорить с Филатовым, со Светой – ничего. Пусто…
Чертовые ублюдки!
И что теперь? Что мне остается? Смириться?
Реветь всю ночь в подушку, отчаянно принимая тот факт, что ничего не изменить?
Убить, убить бы эту Наташу. Глаза выколоть, руки выломать…
Да шучу, шучу я… Или это правильнее назвать «вру», «несу чушь» - ведь явно не до смеха и шуток.
Чертовые перекладины. Чертовая разминка!
… уже себе ногу хочется оторвать, за то, что меня так подвела…
НЕНАВИЖУ!!!
***
(Света)
А вот и утро…
Понимаю, ее отчаяние…
Хотя нет. Наверно, не дано мне осознать всю полноту ее боли.
Осталось две встречи, и из них – одну уже убили,
и кто виноват? Кто?
Я устала просить прощение, за себя (что упала на нее), за Юру (что не смог помочь),
за весь мир (что такой… паршивый).
Не слышит.
Наверно, и я бы не слышала.
– Народ, вставайте!
На построение!
… проснулась. Проснулась и Лера.
Зарылась под одеяло. Спряталась…
Злиться…
И правильно, правильно…
прощаю.
Живо отвернулась и я
… душ принять, зубы почистить.
И чего на сердце так гадко???
***
(Света)
– Девочка моя, да не переживай ты так!
– А как? Мне больно, от того, что ей больно… Понимаешь?
– Понимаю. Ты думаешь, мне всё равно?
(молчу; уткнулась носом в грудь и замерла)