Чемоданы
Шрифт:
Алла расплела ноги и оттолкнула Зеленого. Она надула губки, залезла на диван и ощетинилась шпильками.
– Не подползай, – пресекла она попытку. – Крокодил Гена. Плоский и зеленый.
Алла взяла трубку телефона и пощелкала по нему ногтями:
– Светка, привет. Как дела? Прямо и спросить нельзя… Доехала? Ага. Давай посидим завтра днем где-нибудь, пообщаемся. Ты как? Ну, я позвоню завтра с работы. – Она бросила взгляд на Зеленого. – Из дома нельзя… Есть дельце… Не умрешь, жди.
Зеленый вздохнул и от незнания как подступиться к Алле включил телевизор.
Посмотрев некоторое время на экран, повествующий новостные страшилки и, ничего не придумав, он вышел в коридор, достал из кармана плаща мобильный телефон, набрал номер и проговорил, прикрываясь ладонью:
– Але, слышь, Тубус, ты где? Что?!.. – повысил он голос. – Где? Подожди меня там. Сможешь? Я сейчас подъеду.
Алла возникла в проеме двери и медленно помахала ручкой.
Смотался на встречу Зеленый быстро, хотя и поехал на метро. Черный «Бумер» был рядом, но стоял на приколе у дома. Машина откровенно барахлила, семафоря всеми индикаторами на панели приборов, одновременно пытаясь что-то сообщить длинными забубенными немецкими словами, и застрять с ней он не хотел. Выбраться на сервис было некогда и лень. Точнее, Зеленый подбирал новую машину, классом повыше. Как говориться, на заработанные можно позволить…
Пьяный Тубус неожиданно удивился такому устойчивому интересу к персоне Плешивого. Какой-то полудурок уже интересовался им сегодня, прямо-таки недавно. Странно, безусловно…
Не принимая во внимание гамму переживаний на лице официанта, – тем более, что он с ним расплатился за обладавшего емким желудком Тубуса, – Зеленый покинул заведение.
Его самого ожидала не самая лучшая встреча дома, если Алла, конечно, не легла спать, наказав за невнимание.
Глава 3
Кораблекрушение
Следующий день прошел в суете. Планировалась большая поставка. Зеленый готовил накладные на провоз товара и договаривался с потребителями. На случай своего отсутствия.
Вечер накануне и утро ознаменовались заговором молчания со стороны Аллы, и об этом вспоминать не хотелось. Завтракали чаем в гробовой тишине.
Зеленый по жизни предпочитал не зацикливаться на всем, что ему не нравилось. Старался не зацикливаться. Машину утром, однако, пришлось гнать на сервис самому, что ранее он хотел спихнуть на Аллу. И это была реальность, от которой отмахнуться не получалось. Надежда, правда, что она ее заберет, все же не терялась. А дальше беготня пошла по нарастающей. Как день начался, так он и продолжился. Пришлось объехать несколько мелкооптовых рынков на кольцевой автодороге, где торговали основные его потребители и откуда левая водка расползалась по магазинам и павильонам прямиком к страждущим.
Вечером встретились у готического серого здания ЦУМа. Валера поменял дислокацию. Чем-то недовольный, он всю дорогу гудел, совмещая поездку с инструктажом.
Остановились, немного не доезжая трехэтажного здания из оштукатуренного и раскрашенного в синий цвет бетона с большими непрозрачными окнами, забранными металлическими переплетами. Постройка сильно смахивала на офис и была возведена прямо на набережной Москва-реки к югу от центра в промзоне.
«Корабль» крепко сел на мель, пришвартованный к берегу. В плавание уйти он не мог, но подсвечивался разноцветными гроздьями гирлянд, которые свисали с крыши для создания настроения у отъезжающих в разгул гостей. Огни красиво переливались, освещая грязную воду, и отражались в ней вторично, изломанные легкой рябью.
Собираются только свои, – проинформировал Валера. – На стриптиз, в основном. Крышуют заведение «Лунные». Милиции местной, правда, тоже приплачивают. Чтоб пожарники не доставали, – хмыкнул он. – Давай, действуй. Твой выход.
– А ты не пойдешь?
– Мне нельзя. Дави на то, что нужно действовать быстро. Времени на раздумья нет. Иди!
– Вечеринка в самом разгаре, – улыбнулся Зеленый.
– Давай, вали, – мрачно посоветовал Валера. – На шесте не крутись… Можешь привлечь внимание.
– Главное, облав не проводите.
– Себя береги.
Такси уехало. Зеленый посмотрел вслед, пока машина не завернула за поворот.
Зеленый не мог видеть, скрывшихся от него за трансформаторной будкой на обочине Коротких и Брюховца, стоически мерзших на дежурстве. Валера начальственно кивнул подчиненным, словно досылая патрон в патронник, и те рысцой метнулись к причалу «Корабля».
Поеживаясь от свежего сырого ветра, Зеленый миновал двух охранников. Швейцар в военизированной шинели и фуражке с кокардой, из-под околыша которой торчал залихватский чуб, угодливо распахнул массивную дверь перед посетителем.
По обе стороны небольшого холла, сквозь широкие проемы, обрамленные тяжелыми болотного цвета портьерами, виднелись накрытые столы с кульками крахмальных салфеток между приборами. Обозначенная под ступеньками красными огоньками, лестница-трап вела наверх. К Зеленому подскочила девушка в голубом с огнедышащими драконами кимоно, держа в руках кожаную папку с меню.
– Желаете в ресторан? – попыталась угадать «японка», готовясь предложить папку к рассмотрению.
– Нет, я поднимусь в клуб.
– Пожалуйста, проходите. Выступление уже началось, – она призывно изогнулась в сторону лестницы.
На следующем уровне располагалось казино. Подпольное, естественно, хотя и поместилось на втором этаже. Зеленый одолел еще два лестничных марша и оказался на площадке, заставленной креслами. Охранник угнездился за небольшой деревянной кафедрой, и похоже тешил себя компьютерной игрой. Зеленый толкнул окованную железом дверь и ступил внутрь.
На него обрушилась громкая, сотрясающая внутренности, музыка и плотный, пропитанный сигаретными миазмами, осязаемый горячий воздух. Атмосфера чувствовалась распаленной.
Разделенный легкими декоративными решетчатыми перегородками и колоннами на несколько зон с различными видами столов и кресел, ночной клуб занимал все пространство этажа. В центре выделялось единственное хорошо освещенное место. Танцевальный пятак охватывал круглый подиум с металлическим шестом, который обхватила бедрами слегка одетая длинноногая девица в туфлях на огромной прозрачной подошве. Она томно стягивала длинную как чулок черную перчатку в такт ритмично вспыхивающим разноцветным софитам. Второй перчатки она уже лишилась. Программа действительно началась.