Чтение онлайн

— Спасибо, — прошептала она, наклоняясь, чтобы поцеловать его между ушами. Он замурлыкал еще громче и прижался к ней. Она позволила себе еще немного понежиться в его любви, но ее ждали обязанности, и она отказалась отложить на потом то, что обязана сделать.

Глубоко вздохнув, она потянулась к терминалу комма. Этот не был стандартного больничного образца, и она мрачно улыбнулась. Специальные высоко защищенные системы связи следовали за ней по пятам… даже сюда, в больничную палату. Пробрался ли техник внутрь, что подсоединить их, пока она была без сознания? Скорее всего, нет, решила она. Куда бы она ни путешествовала, ее охрана в числе прочих деталей всегда беспокоилась о том, в какой госпиталь ее отвезут в случае крайней необходимости. Поэтому они наверняка позаботились о том, чтобы в выбранном ими госпитале имелось нужное оборудование для связи, на случай если оно ей понадобится.

Адриенна отбросила эту мысль и нажала на кнопку приема возле мигающего огонька ожидающего сообщения. Прозвучал тихий сигнал, и она прочистила горло.

— Авторизация выдачи сообщения, — произнесла она медленно и четко. — Адриенна Мишель Аориана Элизабет, Альфа Семь, Отель три, Лима.

Мгновение компьютеры проверяли ее голос и код авторизации для этой поездки, а потом на экране засветилось изображение ее отца.

«Он ужасно выглядит». — подумала Адриенна. Глаза Роджера распухли, а морщины на лице казались выжженными кислотой. Несколько секунд он молчал, потом резко вздохнул и тут же начал говорить:

— Я знаю, почему ты поехала в Твин Форкс, Адриенна, — сказал он и она сидела не шелохнувшись, потому что его голос изменился. Он был безжизненный, резкий, размытый и неровный — совсем не тот ровный, бесстрастный и вечно, смертельно благоразумный голос, который она привыкла бояться. — Я знал, что ты собираешься сделать еще до твоего отъезда с Мантикоры, и это привело меня в ярость — чего ты и добивалась — но я ничего не сказал. И потому, что не сказал, я почти тебя потерял.

Его голос внезапно дрогнул на последних четырех словах, и он остановился и ухватился за челюсть, крылья его носа раздувались, а мышцы щеки подергивались. Адриенна пораженно уставилась на дисплей, потому что за десять лет со смерти королевы Соланж она ни разу не видела в нем такой бури эмоций.

— Я знаю, что обидел тебя, Адриенна, — наконец сказал он, снова безжизненным, но теперь хриплым голосом. — Я даже знаю как и почему. Я не идиот, как бы по-идиотски я себя ни вел. Но одного знания недостаточно. Хотя должно было быть.

Отец говорил почти сбивчиво, но каждый маленький взрыв слов выходил в ритме стаккато, с лазерной четкостью, несмотря на его рваный тон.

— Должно было быть. И было бы, если бы я не боялся так. Но я подумал… Нет, неверно. На самом деле я не думалвообще, но мне казалось, что думал. И казалось безопаснее быть бесчувственным, оттолкнуть тебя…

Он замолчал, и снова прочистил горло.

— Мне не нужно сообщать тебе все дурацкие вещи, которые я делал, — продолжил он через миг. — Видит Бог, если я это сознаю, то ты-то уж и подавно. И я даже не имею права надеяться на то, что ты поймешь, почему я это делал… или простишь меня за это. Поэтому я и не собирался просить прощения.

— Но… — он снова прервался, сделал глубокий вдох и его припухшие глаза подозрительно заблестели — Но сегодня я почти потерял тебя, — хрипло произнес Роджер. — Возможно, уже потерял, и если так, то я не виню тебя, но сегодня я едва не потерял тебя навсегда, как… как я потерял твою мать. И до меня дошло, что если бы я на самом деле потерял тебя, если бы ты… умерла сегодня, тогда малейший шанс, который у меня был попросить у тебя прощения, или рассказать, как сильно я люблю тебя, или даже попытатьсяисправить обиду и боль, которую я причинил тебе — этот шанс умер бы вместе с тобой. И я не могу этого вынести, Адриенна. Может быть, это высшая степень трусости — что я слишком боюсь потерять тебя, пока между нами эта холодность, чтобы удерживать эту самую безопасную, безразличную холодность. Я не знаю. Я знаю только, что, когда пришло первое сообщение подполковника Тудева, я…

Роджер прервался. Его лицо дергалось, и он прикрыл глаза ладонями. Плечи его тряслись, и Адриенна услышала, что древесный кот на ее коленях мурлычет ей, а слезы затмевают ей глаза.

— Прости меня, малышка, — попросил он дрожащим голосом. — Боже мой, это так глупо, так бессмысленно и незначительно после всего, что я натворил, но я не могу… это единственные слова… — он глубоко, судорожно вздохнул. — Я не знаю другого способа это сказать, — наконец проговорил он. — Я не буду винить тебя, если ты не простишь меня. Я сделал свой выбор и свои решения. Они были неправильны. Они были глупы. Они были трусливы. Но я сделал их, и они страшно обидели тебя, и если ты ненавидишь меня, то я это заслужил, и я это знаю. Но одно я обещаю. Чтобы понять, потребовалось такое ужасное происшествие, как сегодня, но я могунаучиться, Адриенна, и простишь ты меня или нет, я никогда не оттолкну тебя снова. Возможно, мы никогда не вернемся к тому, что было смерти твоей матери. Если нет, то я виноват, и я это признаю. Но теперь я знаю, каким был идиотом. Я не могу отвернуться, притвориться, что не знаю. Поэтому по меньшей мере я буду обращаться с тобой так, как подобает монарху по отношению к своему наследнику — тому, с кем советуются и чье участие приветствуют, чье мнение имеет вес и кто имеет право требовать от меня объяснений. Я бы хотел… очень хотел… — его голос снова дрогнул, — сделать гораздо большее. Я бы хотел научиться снова вести себя как отец, но я знаю, что не имею право требовать от тебя или приказать тебе позволить мне это. Я снова попытаюсь заслужить это положение. Возможно, я не сумею, но я собираюсь попытаться, и… — он выдавил слабую улыбку, а слезы все еще катились по его лицу, — … единственное, чему я научился, — это стараться изо всех сил, когда очень сильно чего-то хочу.

— Я знаю, что ты научился, папочка, — прошептала Адриенна сквозь свои собственные слезы, когда Роджер снова остановился, а руки ее гладили кота на коленях. Она ждала столько безнадежных, мучительных лет, чтобы услышать эти слова. Теперь она услышала… и он был прав. В мечтах она видела, как они воссоединялись, шрамы чудесным образом исцелялись, видела, что он снова стал ее обожаемым отцом, и видела себя его любимой дочерью. Но он так сильно ее обидел. Шрамы слишком глубоки, и то невинное совершенство пропало для них навсегда. Они стали гораздо хуже, чем незнакомцами друг для друга, они стали источниками боли, обиды и одиночества, и это нельзя ни забыть, ни простить за один миг, как бы ей это ни хотелось. На самом деле она не знала, можно ли это вообще когда-нибудь простить!

«Но зато я знаю, что если мы не попытаемся, то не сможем даже надеяться когда-либо исправить это, — подумала Адриенна, ощущая, как слезы капают на ее руки, которые покоились в шелковистом меху древесного кота. — По крайней мере он зашел так далеко, обратился так откровенно ко мне через столько времени. Я не могу просто помчаться домой и сказать ему, что все прощено, все быльем поросло. Но я могу отправиться домой и позволить ему попытаться, и я тоже могу попытаться, и может быть мы сможем что-то снова подправить между нами, хотя бы ради мамы».

— С другой стороны, — раздался голос ее отца из комма, и она моргнула и протерла рукой глаза, — я понимаю, что также должен поменять мнение о древесных котах. — Он сумел улыбнуться более естественно, и теперь в его голосе чувствовался призрак настоящего юмора. — Подполковник Тудев держал меня в курсе всех событий, поэтому я знаю, что один из них принял тебя. И еще я знаю, что именно благодаря ему и его друзьям ты все еще в живых. А это, несомненно, значит, что я в неоплатном долгу у них и всех их родичей.

— Но то, что я не могу отплатить этот долг, еще не значит, что я не могу попытаться, и как только я закончу записывать это сообщение, я начну обсуждать с премьер-министром отзыв возражений короны против Билля о правах древесных котов. Бюджет Лесной службы Сфинкса также повысится в следующие месяцы, и я буду очень благодарен, если ты попросишь генерала МакКлинтока сопровождать тебя обратно на Мантикору, чтобы мы с ним могли обсудить как лучше всего уточнить — и усилить — юридический статус древесных котов как можно быстрее.