Чтение онлайн

Ужасы семейной жизни начались через месяц после свадьбы. Отчим возненавидел малолетнего проказника-пасынка, Он обвинял жену в том, что она любит только «своего ублюдка», а он, давший ей, «сраной лимитчице», все, не имеет права даже свои прихоти в постели удовлетворить с законной сожительницей. И вот однажды, когда новоявленный муж замахнулся на малыша Костю, Рысь не выдержала...

Врача «Скорой», констатировавшего смерть, заинтересовал свежий синяк на впалой груди новопреставленного раба божия, он сообщил про синяк милиционерам, а те безропотно поверили рассказу рыдающей вдовушки с младенцем на руках про неудачное падение горячо любимого мужа во время натирки паркета и нечаянный удар грудью о краешек стола. Все, и соседи, и сослуживцы (через пятнадцать лет с их помощью Костя поступил в МГУ), оплакивали товарища Поварова. Всплакнула и Рысь. Какой-никакой, но все же был рядом мужчина. Однако без него им с Костиком будет лучше.

...Вампир споткнулся и замолчал. Вот уже минут десять, как он стал делать длинные паузы, медлить с ответами на вопросы Рыси.

— Я спросила, долго ли нам еще идти? — Она ткнула автоматным стволом ему в поясницу. — Отвечай!

— Нет.

— Что — нет?

— Нет, недолго.

— Сколько примерно?

Он молчал, делая вид, что не расслышал вопроса. Рысь насторожилась. Его молчание могло означать только одно — Вампир готовится рискнуть, обдумывает, как ловчее на нее напасть.

— Я спросила, сколько примерно нам еще идти до выхода? — Рысь отстала на шаг от идущего впереди толстячка.

— Скоро уже. — Вампир повернул голову, скосил глаза, щурясь от яркого света фонаря. — Скоро...

От него ощутимо исходили биотоки отчаянной решимости, порожденной животным страхом. Он боялся этой женщины, будто воплотившейся из ночного кошмара. Рысь подтянула автомат ближе к себе, погладила указательным пальцем правой руки спусковой крючок. Автомат был компактен и удобен — «АКС-74У» с укороченным стволом. Длиннющий цилиндр глушителя к короткому стволу приделал явно какой-то народный умелец, и этот факт несколько беспокоил Рысь — она всегда опасалась самодеятельности.

Автомат был удобен, но она держала его неловко — левой рукой приходилось удерживать еще и нелепый длинный фонарь. Специалист класса Рыжего давно бы воспользовался одним из тех эпизодов, когда ей приходилось выворачивать кисть с фонарем, искать на сером бетоне очередную указующую стрелку. Рыжий давно бы ее обезоружил, но не следовало недооценивать и этого коротышку. Человек, чующий затылком смерть, способен на многое. Любой противник опасен — так учил Рыжий, — при должной степени везения и ребенок может убить признанного эксперта рукопашного боя.

— Мне не нравится твое молчание, — строго сказала Рысь.

Вампир не ответил.

— Ты уверен, что я хочу тебя убить, но зачем? Зачем мне тебя убивать?

Вампир молчал.

— Ответь мне! Зачем тебя убивать?

Он напрягся, ожидая обычного, привычного уже толчка стволом в спину.

Став киллером, Вампир полгода исправно ходил в секцию карате, хотел, наивный, научиться убивать голыми руками, старался, ни одной тренировки не пропустил. Но как-то в спортзал завалились рэкетиры — сенсей-каратист, подражая героям кинобоевиков, отказывался платить дань местной «крыше». Рэкетиры проигнорировали героическую позу сенсея, посмеялись над его готовностью вступить в неравный бой с криминалитетом. Один из них, хихикая, достал из широких штанин два ствола, прицелился в сенсея с безопасного расстояния и изрек плохо срифмованный афоризм: "Не поможет карате, если в двух руках «ТТ».

После этого случая Вампир оставил попытки в совершенстве овладеть искусством японского смертоубийства.

Но сейчас, бредя по этим катакомбам, он неожиданно вспомнил усвоенный в спортзале метод обезоруживания противника, когда тот тычет тебе стволом в спину.

Все равно она его убьет, эта невесть откуда на него свалившаяся жуткая баба, так почему бы не рискнуть? Ведь так все просто: нужно всего лишь резко развернуться лицом к конвоиру, сбить на повороте ствол (какая разница — пистолетный или автоматный?) предплечьем одной руки и, продолжая поворот, другой рукой схватить вооруженную руку противника.

— Зачем мне тебя убивать? — повторила Рысь и ткнула в спину Вампира теперь не глушителем, а фонарем.

Он тут же с завидным для такого толстяка проворством повернулся к ней всем корпусом. Пятерня со сломанным пальцем вцепилась в пластмассу фонаря.

И тогда Рысь выстрелила. Палец надавил на спусковой крючок автоматически, рефлекторно. Автомат она удерживала одной рукой, ствол ушел вниз, и короткая очередь пришлась по ногам Вампира. Он упал лицом вперед на нее, искалеченная рука судорожно вцепилась в фонарь. Рысь встретила падающее тело ударом колена и вскрикнула от боли. Годы уже не те, не рассчитала силы. Коленка чересчур сильно ударила по круглой голове в фетровой шляпе. Вампира подбросило вверх, перевернуло в воздухе, и он гулко шлепнулся на каменистый пол. Фонарь он все же сумел вырвать из ее руки. Рифленое стекло стукнулось о камень на мгновение раньше тела и разлетелось сотней гранул. Единственный источник света исчез.

В полной темноте, в кромешной мгле, она перехватила автомат обеими руками, услышала подозрительный шорох, и снова палец самопроизвольно надавил на курок. Вампир громко застонал.

— Дурак! Я бы тебя отпустила, как только мы оказались бы на поверхности! Идиот, зачем ты вынудил меня стрелять, какой же ты идиот!...

Рысь была очень собой недовольна. Нет, все-таки она растеряла за годы прозябания в шкуре обывателя множество навыков. Нельзя было его убивать! Нельзя было стрелять! Она не смогла подавить в себе естественных рефлексов, а ведь раньше умела полностью подчинять свое тело поставленной задаче. Раньше, много лет назад, палец курсантки Раи — она же Рысь — не дрогнул бы, остался бы спокойно лежать на изогнутом металле курка. И Вампиру, чтобы его образумить, хватило бы одного хорошего удара цевьем автомата по морде... Как же теперь одной, в темноте, найти выход из подземелья?...

— Ты не найдешь без меня выход! — злорадно засмеялся Вампир.

Вторая автоматная очередь задела легкое, кровь хлынула в горло, увлажнила голосовые связки, и умирающему показалось, что перед смертью он вновь обрел голос.

— Одна в темноте ты заблудишься. Будешь неделями блуждать под землей, и в конце концов тебя сожрут крысы! Сожрут живьем!

Словно в подтверждение его слов в глубине туннеля пискнуло и прошуршало, убегая, некое маленькое существо, может, действительно крыса, а может, какой другой подземный обитатель.

— Не бойся за меня, — твердо сказала Рысь. Внезапно ее охватила дикая злоба. Из-за этого кретина-самоубийцы могут пойти прахом все ее планы! — Скорее я буду питаться крысами, если заблужусь, а не они мною. Сырая крыса вкусна и питательна. Целиком ее, сам понимаешь, есть нельзя. В пищу годятся в основном задние лапы и спинка. Передние лапки тоже съедобные, но они слишком маленькие. Естественно, нельзя кушать крысиные головы, хвосты и требуху... Да, чуть не забыла самое главное: в пищу годятся только здоровые шустрые молодые крысы, те, что еле ползают, как правило, больные, заразные...