Чтение онлайн

– Разумеется, мадемуазель, – вынужден был согласиться маг, понимавший, что первый долг служителя – это долг перед богом, тем более скрепленный клятвой. Не подавая виду, что события вышли из-под его контроля, мосье повернулся к недоумевающему, как и все остальные драконы при появлении загадочной девушки, Адрину и вежливо сказал: – Лорд Дрэй, позвольте представить вам мадемуазель Мирей Эдэль Эйфель, жрицу богини исцеления Ирилии, посвященную третьего ранга, обладающую даром наложения рук. Она прибыла, дабы облегчить страдания ваших освобожденных сородичей.

– О прекрасная златоглазая госпожа, да осияет истинный свет вашу тропу, – с глубоким уважением поклонился эльфийке Дрэй, дотронувшись до лба и сердца тремя пальцами правой руки. Жест этот по канонам Дивных символизировал одновременно единство сердца, души и разума приветствующего и пожелание света солнца, луны и звезд приветствуемому. – Мы с благодарностью примем ваш совет и помощь, ибо ведаем, сколь искусны во врачевании ран эльфийские жрецы-целители.

– Да будет светел и твой путь, лорд Дрэй, – как полагается, ответила на обычное эльфийское приветствие девушка самой простейшей формулировкой без «распальцовки» и тут же, оставив всякую дипломатию, приняла исключительно деловой вид и полезла в свою сумку. Развязав тесемки и вынув из нее небольшой темный мешочек, эльфийка обратилась к Адрину, стараясь не смотреть в его серебристо-радужные глаза:

– Для исцеления наружных ран у вас есть мильтир, лучшего средства не сыскать. А это листья крешнибора, проясняющего сознание. Заварите горсть листьев в крутом кипятке и, остудив, дайте сделать несколько глотков опоенным коилом. Отвар быстро прогонит из крови остатки любого дурмана.

Всучив мешочек слегка озадаченному Дрэю, привыкшему в общении с посольством Дивного народа к тому, что эльфы, прежде чем начать что-то делать, обменяются по крайней мере десятком цветистых приветственных фраз, Мирей развернулась и решительно зашагала в сторону шатра, куда увели Франца. Проводив эльфийку не менее удивленным взглядом, чем Адрин, Лукас решил, что девушка за несвойственной ей резкостью маскирует стеснительность, вызванную встречей с предметом своего недавнего восхищения.

Жрица собиралась уже войти в шатер, когда дорогу ей заступил один из молодых драконов, охранявший вход и со всей серьезностью относящийся к своей важной миссии, к которой был приставлен старшими, только чтобы не мешался под ногами.

– Вам пока нельзя сюда, госпожа, – отважно сказал парень.

– Почему? – искренне удивилась Мирей, склонив набок головку.

– Лучше немного подождать, госпожа, – с неловкостью принялся пояснять юноша, подбирая слова. – Франц сейчас еще не совсем одет.

– Тем лучше, я смогу сразу осмотреть его и заняться исцелением, – довольно кивнула жрица и шагнула вперед.

– Э-э, но… – замешкался юноша, находя ситуацию неприличной.

Мирей уже не слушала его. С присущим эльфам изяществом девушка тенью скользнула за спину парня и скрылась под пологом шатра. Тот открыл рот, чтобы продолжить беседу, но, не увидев жрицы, принялся удивленно озираться по сторонам. Наблюдавшие за разговором парня с красавицей-эльфийкой весело рассмеялись.

– С вашего позволения, лорд, я исчезаю, чтобы доставить следующего узника, – попрощался Лукас.

– Подождите, – поспешно попросил мага Дрэй, все еще держащий в руках мешочек с целебными листьями. – Быть может, нам сделать и дать вам с собой отвар, о котором говорила жрица, тогда освобожденные драконы смогут помочь вам на месте?

– Нет, будет только хуже, а ведь мы пытаемся избежать ненужных жертв, – решительно отказался мосье Д’Агар. – Рассудите сами: придя в себя в ненавистной темнице, одни преисполнятся жажды мести и будут требовать расправы над беззащитными в настоящий момент тюремщиками, которые тоже когда-нибудь оборотятся в драконов. Другие, кто сдались в руки Ищущих добровольно, могут упорствовать в желании умереть и не захотят грешной свободы ценой гибели души, а кто-то просто не поверит нам и откажется перемещаться.

– Да, вы правы, все верно, – нехотя согласился Дрэй и крикнул толстому Нику, чтобы тот приготовил рекомендованный эльфийской целительницей отвар.

– Слушай, Лукас, там Рэнд уже ругается, говорит, что у него три узника наготове, а тебя все нет, – тактично передал Макс сильно смягченное послание вора, первоначальный вариант которого звучал примерно следующим образом: «Макс, скажи этому надутому павлину – где он там, кстати, до сих пор прохлаждается, костюмчик меняет, что ли? – пусть хвост складывает и живо сюда дует. У меня уж три оборотня без кандалов пылятся. Если он такими темпами доставкой заниматься будет, мы и за луну не управимся, не говоря уж о завтрашнем дне!»

– Передайте мосье Фину, что я сейчас буду, – небрежно прищелкнув пальцами, велел маг и исчез, предупредив Дрэя: – Ждите через пару минут еще троих.

– Ну наконец-то явился, – маскируя недовольством облегчение, фыркнул при появлении мага Рэнд, вскрывающий очередную дверь в камеру. – Вон твоя работа в коридоре сидит: девица Илэйн, горожанка Аннэт Буше и торговец Перье Ман.

У стены на коричневой куртке вора и в его охристом жилете, кинутых прямо на пол, сидели худенькая девушка, женщина средних лет, все еще полная, несмотря на пребывание в тюрьме, со свалявшимися в грязный ком волосами, и низкорослый мужичок с удивительно красным носом.

– Забирай, а мне тут, – вор сверился с табличкой у камеры, где лежал на чуть более чистой, чем в других «апартаментах», соломе длинноволосый мужчина с изящными, словно женскими, руками, – графа Монтерне Алуйского освобождать пора.

– Лукас, – снова заговорил Шпильман, – может, мне тоже прийти и помочь вам?

– Нет-нет, мосье, не стоит, – очень-очень быстро откликнулся маг, образно представляя, что способен перевернуть вверх дном и сломать вокруг и самому себе Макс в казематах Дорима. – Вы и так оказываете неоценимую помощь, служа связующим звеном между нами! Кому-то надо следить за всей ситуацией в целом.

– Тогда ладно, – успокоился технарь, хоть и не представлявший, чем может помочь, но чувствовавший себя несколько неловко от того, что он только глазеет на то, как ловко действуют все остальные.

Спустя час восемнадцать оборотней были спасены, а Макс в компании одного лишь крыса по-прежнему сидел у зеркала, теперь уже разделенного на три экрана. Внизу Мирей оказывала медицинскую и психологическую помощь освобожденным драконам обоего пола, неустанно гоняя всех окружающих по мелким поручениям, наверху справа Лукас совершал один за другим акт передачи пленных с рук на руки лорду Дрэю, налаживая дипломатические контакты с оборотнями, а слева трудился Рэнд. Сейчас он выволакивал из камеры с надписью «Готье Фасуа, стражник» отчаянно сопротивляющегося дюжего рыжего детину, уже слегка отошедшего от дозы коила.