Чародейка
Шрифт:
– Я-то, положим, не поспешу. Но я во дворце не единственная блондинка. Так что аккуратнее.
– Это – угроза? – Вскинулась Инара.
Надежда устало вздохнула.
– Это предупреждение. Чай хочешь?
– Нет!
– В доме врага - не крошки хлеба?
Чаще всего Инара её забавляла. Этакий ершистый котенок, подросток-тинэйджер, упакованный в средневековый мужской костюмчик. Но случалось, что постоянная подчеркнутая взвинченность и нервозность этой особы начинали докучать.
– Ну, ответь мне: ты готова стать королевской любовницей, о, добродетельная и непорочная? – Докапывалась несносная негодяйка.
– Если того потребуют обстоятельства. – Наткнувшись на возмущение в глазах девочки, Надежда решила объясниться.
– Чархан - охотник. Чем быстрее от него убегаешь, тем настойчивее он будет преследовать. Есть различные способы избавиться от мужчины. Дать ему то, что от требует - верный способ расстаться ко всеобщему удовольствию.
Брови Инары поползли вверх:
– Да что ты?
– Поцокала она языком.
– У тебя, надо думать, огромный опыт безболезненного посылания мужчин куда подальше?
– Надо думать, Инара, надо. Но ты, к сожалению, мелишь языком чаще, чем мыслишь, - поморщилась Надежда.
– Ну, а как же любовь? – Магичка, несмотря на демонстрируемый уровень «знания жизни» все же не избежала иллюзий, свойственных её возрасту.
– Кого и к кому – в данном конкретном случае? – Вновь усмехнулась Надежда.
***
До торжественной церемонии оставалось несколько дней. Работа помогала избегать скучного существования в царских палатах. А оно, существование, действительно было скучным, серым, однообразным, и до абсолюта бессмысленным.
Поднимаясь спозаранок, придворные устремлялись в сторону королевской половины, одержимые мечтой присутствовать при облачении царской особы. Поскольку Чархан не горел желанием демонстрировать свое нижнее белье, мечта так и оставалось мечтой. «Жаждущие» оказывались вынужденными часами томиться в длинных переходах в ожидании «светлого часа».
Стоило кумиру появиться, придворные устремлялись в трапезную, где протекала церемония пышного завтрака. Позже – церемония пышного обеда. И совсем уже поздно, - церемония пышного ужина.
Лакеи истово ухаживали за небожителями и центральной божественной фигурой на троне.
Чархан, относящийся к людям с известной долей скептицизма, предпочитал дополнять придворный круг сворой волкодавов и парочкой гепардов.
Надеждой такая компания, - потенциальная разносчица гельминтов, - категорически не одобрялась. К тому же частенько вместо бекона ручные зверьки соблазнялись конечностями лакеев. Кровожадные их попытки сопровождались смехом придворных. Место Надежды за королевским столом находилось неподалеку от царского зверинца. Когда королевские кошки обращали к ней загадочный взор желто-зеленых глаз, она лишалась аппетита.
После многочасового приема пищи, густо приправленного музыкой, выступлениями артистов и всеобщим флиртом, король удалялся. Заниматься государственными делами. Компанию ему составляли министры и маги. Остальная беззаботная свора весельчаков в ожидании обеда убивала время кто где и кто как: на спортивной площадке, за карточным столом, в будуарах.
В королевском дворце царили любовные интриги и интрижки. Соблазн среди придворных ядовитых мотыльков возводился в ранг искусства. Дамы вкладывали непомерные усилия в капризный и ненадежный, рано идущий к банкротству капитал, - красоту.
Наблюдать со стороны подковерную непрекращающуюся возню, ведущуюся вокруг альковов, беседок и потайных ниш, было в известной степени забавно.
Чарующий, пустой мир, сверкающих как конфетная обертка.
После обеда Чархан, взятый в кольцо стайкой придворных дам и кавалеров, не спеша прогуливался по безупречным дворцовым аллеям. Будучи в хорошем настроении он сыпал комплиментами. Но это случалось редко. Куда чаще выбирал жертву и изводил её колкостями или нелицеприятными замечаниями.
Надежда покорно и равнодушно присутствовала на завтраках, блистательных ужинах, королевских выходах. А затем ускользала из роскошного оазиса чувственности в сухой, почти стерильный кабинет, соединяющий в себе науку её мира и магию мира нового.
Вечерами она иногда раздумывала о правдивости высказывания: «Характер – судьба». Не смотря на всю внешнюю шелуху, по сути жизнь поменялась мало. И на Земле, и на Ассиорте целью её существования оставалась работа.
***
– Талисман, уделишь мне несколько минут?
Час был поздний. Надежда готовилась ко сну. И меньше всего ожидала увидеть на пороге комнаты Сурэя.
– Что случилось?
– Насторожилась она.
– Не хочешь для начала предложить войти? – Сурэй сверкал зубами в широкой улыбке. Но глаза его оставались напряженными, холодными. – Обещаю вести себя паинькой, - продолжал он, - и не приставать к прекрасной даме, как бы мне того не хотелось.
Надежда посторонилась, давая возможность пройти.
– Так что же случилось? – Повторила она вопрос.
– Чархан дал приказ отправляться в Лиорт. Согласно его расчетам, нападения в обреченной деревушке следует ожидать со дня на день.
– Медлить не стоит, - взволновалась молодая женщина.
– Нужно спешить.
– Вообще-то, насчет тебя его величество особо оговорились, высказываясь недвусмысленно.
В темных глазах Надежды зажегся огонек:
– То есть?!
– Ну, типа: «Это вовсе не ваш Талисман», - гнусавил Сурэй, пародируя короля. – «Это теперь мой Талисман. Убирайтесь! Сдохните! Оставьте нас в покое». – Сурэй сжал Надежде руку. – Джайна, ты ведь пойдешь с нами?
– спросил он.