Чтение онлайн

— Да, и я это повторяю, но ведь вы сейчас отказывались?

— Потому что я боялся искушения. Если бы я освободился при жизни этого человека, я проник бы снова в его кабинет и снова раздробил бы ему череп. О, на этот раз я не промахнулся бы! Но я не хотел становиться убийцей! Поэтому-то я и отказался. Теперь я принимаю ваше предложение. Впрочем, я все-таки перевел бы эту надпись, даже если бы знал, что вы меня обманываете! О! Вы не можете этого понять! Я так давно был лишен работы.

Крупные слезы покатились по лицу несчастного ученого.

— Торопитесь! — сказал Бискар. — Нам могут помешать.

— Да, вы правы. Есть у вас карандаш?

— Вот.

Эксюпер углубился в работу. Мы должны объяснить читателям, что эта надпись была скопирована Бискаром с кусков черной статуи, которая была в доме герцога де Белена.

— Этот потерянный язык, — сказал после непродолжительного молчания Эксюпер.

— Язык кхмеров, — заметил Бискар.

— Да! Молчите! Вот надпись, — сказал наконец Эксюпер, — но она не полная и ее смысл поэтому непонятен. Статуя Прокаженного Короля, — продолжал он, как бы говоря сам с собой. — Да это так. Но недостает куска, вот тут место для трех слов, здесь для пяти, надо будет восстановить смысл. Речь идет о сокровище.

— Дайте мне надпись. Может быть, я пойму! — заметил Бискар.

Эксюпер улыбнулся, но отдал бумагу Бискару. Вот что было на ней написано:

«Третий Якса Колосс. Нога палец Прев Пут, две линии, палец короля, скрещенная тень, там сокровище короля кхмеров в Ангор Ват».

— Сокровище! Наконец! — вскричал Бискар. — Слушай! — продолжал он, обращаясь к Эксюперу: — Я обещал тебе свободу! Вот что еще могу я тебе предложить: хочешь ехать со мной в эту страну чудес?

— Да, хочу!

— Хорошо! Через месяц ты будешь свободен!

— Я буду ждать.

На другой день утром опять раздались три пушечных выстрела, возвещавшие бегство каторжника.

Неисправимый поджигатель убежал снова.

— О! Мы можем быть спокойны! — заметил начальник тюрьмы. Бесполезно говорить, что эта уверенность не оправдалась.

Уже давно настоящий поджигатель нашел себе верное убежище.

Что же касается Бискара, то мы уже знаем, что он прибыл вовремя, чтобы разоблачить направленные против него интриги и захватить в свои руки чуть было не ускользнувшую власть.

В это время Бискар в одном из подземных залов излагал Высшему Совету Волков свой план.

Его слушали с возрастающим восхищением, и одобрительный шепот не раз прерывал его речь.

— Итак, — говорил он, — вы поняли, что описание места, где скрыты сокровища кхмеров, не полно. Эксюпер объяснил мне все. Там, в этой стране Солнца, существуют громадные храмы, лабиринты, в которые не отважится войти ни один непосвященный. В одной из этих пагод, Ангорской, самой большой, последний король кхмеров спрятал громадные сокровища, желая их спасти от алчности победителей.

Уже давно подозревали о существовании этих сокровищ. Чтобы их открыть, делали много попыток, но до сих пор все было безуспешно. Тем не менее, неким европейцам удалось узнать, что эти сокровища, предназначенные для возрождения погибшего царства, охранялись одной странной личностью, последним потомком древних королей. Эти европейцы, имена которых я вам сейчас назову, принялись разыскивать этого хранителя сокровищ, которого звали Эни, Король Огня. Это, как кажется, пустынник, миссия которого известна только посвященным, но который пользуется царским почетом и уважением.

Эти европейцы захватили Эни и убили. Они надеялись или найти сокровища, или, по крайней мере, раздобыть точные данные о них.

На деле вышло, что они ошиблись в своих ожиданиях.

Только один француз, по неизвестным мне причинам находившийся около старика Эни, был схвачен ими, подвергнут пытке, изуродован и, наконец, убит.

Обыскав его, наши европейцы нашли у него бумагу с несколькими указаниями на французском языке.

Казалось, что эти указания относились к сокровищу.

Но, что всего интереснее, они относились не к стране кхмеров, а к Парижу!

Казалось очевидным, что, по крайней мере, часть сокровища была перевезена во Францию и скрыта в каком-нибудь уголке Парижа. Наши европейцы не колебались. Они были уверены, если не в полном успехе, то хотя бы в том, что будут вознаграждены за труды и совершенное преступление.

Они возвратились в Париж и принялись за поиски.

Но там, где они надеялись найти груды золота и драгоценных камней, они не нашли ничего, кроме кусков камня, которые для них, по их невежеству, не имели никакой цены.

— Всем вам известно, — продолжал Бискар, — с какой настойчивостью я образовал в Париже нашу полицию, которая открывает всякие тайны, и я вас спрашиваю, Парижские Волки, неужели сейчас, слушая направленные против меня смешные обвинения, вы забыли, какие громадные суммы я доставил в кассу, и есть ли между вами хотя бы один, не пользовавшийся ими?

Бискар остановился и обвел собрание своим твердым и решительным взглядом.

Надо полагать, что в Мире каторжников дела ведутся так же, как и в нормальном обществе.

Люди, слушавшие Бискара, принадлежали, так сказать, к аристократии. И в то время, как плебеи вроде Кониглю, Мюфлие, Трюара и других жаловались, что у них нет ни гроша в кармане, аристократия вела широкую и привольную жизнь.

Доказательством этого могло бы служить всеобщее подтверждение слов Бискара.

Он продолжал:

— Эта полиция, которой управляю я один и за которую один несу ответственность, навела меня на след таинственных раскопок, производимых одним знатным иностранцем.