Чтение онлайн

Начальство соображение выслушало очень внимательно и приняло меры.

– …Гражданин Кондратов! Знали ли вы, что присутствующий здесь Пантёлкин Леонид Семенович, известный вам как Пантелеев Леонид Иванович, является старшим оперуполномоченным Госполитуправления?

Мед кончился, голос Петрова скрипел, как гвоздь по стеклу. Очочки уткнулись в чистый лист протокола, перьевая рука острым птичьим клювом зависла над бумагой.

– Нет. И сейчас не верю. Мне сообщили, что Пантелеев служил в ЧК рядовым сотрудником, был уволен за воровство.

Клюв! Перо радостно заскользило по бумаге.

– Мне был предоставлен протокол партийного собрания об исключении этого… этой личности из РКП(б). Документа об увольнении я не видел.

Кондратов отвечал нехотя, еле цедя слова. Смотрел в сторону, головы не поднимал.

– А вы, гражданин Пантёлкин, будучи арестованным в сентябре прошлого, 1922 года, сообщили следствию о своей работе под прикрытием? Хочу напомнить, что гражданин Кондратов неоднократно допрашивал вас в отсутствии иных, значит, сотрудников угро, причем протокол не велся.

Леонид чуть было не напомнил о двух поломанных ребрах, но вовремя прикусил язык.

– Ответить не имею возможности.

Вспомнился его седой сосед. «Типичная интеллигентщина. Не скажу, не назову, не помню…» Не интеллигентщина, Александр Александрович, а самая правильная линия поведения. Лишним словцом обмолвишься, клюнет перышко, царапнет бумагу… Сам погоришь и других за собой потащишь.

– Однако в составленных во время следствия протоколах, вами подписанных, вы обстоятельств, изложенных выше, ни разу не коснулись. Подтверждаете ли…

– Ничего он не говорил! – Кондратов резко встал, пошатнулся, схватился пальцами за край стола. – Если сказанное правда, я требую расследовать эту страшную провокацию. Пантелеев – бандит, на нем крови – не отмыть!..

– Соблюдайте порядок! – Петров болезненно поморщился. – А вас не удивил полученный приказ о том, что присутствующего здесь Пантёлкина, а также граждан Гаврикова и Варшулевича надлежит брать, значит, только живыми, причем без стрельбы?

– Я… Я думал, что они нужны для суда. Но… Меня действительно удивило, что нашей бригаде отказались предоставить справки по Гаврикову и Варшулевичу. Но я ничего не знал, не подозревал даже!..

Не подозревал – и не должен был. Старший оперуполномоченный еле заметно усмехнулся. Когда он доложил о своих сомнениях, человек, руководивший операцией «Фартовый», положил перед ним несколько книжечек-брошюрок с названиями на непонятном французском языке. «Fantomas» – не без труда разобрал Леонид. Начальник пояснил, что книжонки глупые, насквозь буржуазные, но историю излагают занятную. Главный герой – злодей Фантомас, «деловой» из Парижа. Как Арсен Люпен, только страшнее. При нем – не слишком умный, зато упорный полицейский, комиссар Жюв, стремящийся злодея изловить. Несознательный читатель герою-злодею сочувствует – но и комиссару сочувствует, и в целом выходит равновесие. Так отчего же не использовать передовой западный опыт?

Фартовый-Фантомас уже в игре. Пора выпускать недотепу-Жюва.

Через несколько дней Сергей Кондратов был введен в руководство 1-й следственной бригады, созданной для уничтожения банды Фартового. Газеты спешили с похвалами новоназначенному комиссару Жюву. «Я тебя поймаю, злодей Фантомас! Ха-ха-ха!»

– Итак, граждане!..

Петров не спеша поднялся, сверкнул очочками, поднес к носу бумагу.

– Вы, Кондратов, категорически утверждаете, что не знали о работе гражданина Пантёлкина на ГПУ. Вы, гражданин Пантёлкин, этого не отрицаете…

Стекляшки очков выжидательно блеснули.

– Так точно, – выдохнул Кондратов. – Я был уверен, что Пантелеев – опасный бандит. И сейчас уверен.

Леонид вместо ответа пожал плечами.

– В таком случае, – голос окреп, заискрился плохо скрываемым торжеством. – У следствия есть все основания обвинить вас, гражданин Кондратов, в пособничестве побегу присутствующего здесь гражданина Пантёлкина из тюрьмы «Кресты», в дальнейшем саботаже его поисков, а также в сокрытии факта отъезда помянутого Пантёлкина из Петрограда с инсценировкой его гибели при аресте…

Кондратов вновь вскочил, шумно вдохнул воздух…

– Сидеть! – голос-ветер ударил в грудь, толкнул, бросил обратно на табурет. – Вам лучше, значит, дослушать, гражданин Кондратов. Причиной вашего преступного поведения стало получения вами взятки от присутствующего здесь гражданина Пантёлкина, которого вы считали опасным бандитом. Взятка была дана золотом и ювелирными изделиями на большую сумму…

– Ложь! – четко и твердо отрезал инспектор. – Ложь и клевета!

Петров сочувственно кивнул, расплылся в усмешке.

– Конечно, конечно… Но я продолжу. Помянутый… Давайте, проще, чего, значит, язык ломать? Ты, Пантёлкин, приехал к тебе, Кондратов, прямо домой по адресу…

Острый взгляд скользнул по бумаге.

– Ага! Станция Славянка, улица… Далеко ехать, значит, пришлось. Ты, Кондратов, на службе находился, зато дома пребывала твоя супруга Кондратова Елена Федоровна. Было?

– Ну и что? – вздернулся «комиссар Жюв». – Ну, приехал…

Осекся. Петров же вновь расплылся в улыбке.

– Ничего, гражданин, ровным счетом. Пус-тя-чок. Бандит, которого ты на следствии ногами метелил, из смертной камеры бежит. А потом тебе, значит, визит вежливости наносит, ровно лорд какой английский. Пантёлкин! Приезжал?

Леонид вновь повел плечами. Было! Хотел предостеречь, чтобы озверевший после его побега Жюв не слишком рьяно подставлял питерских оперативников под пули. Толковых и храбрых ребят было жалко. Визит вполне в манере злодея Фантомаса. Все равно не поймаете. Ха-ха-ха!

– Значит, признаешь. Чего там, супруга подтвердила, даже соседи. Тебе это не показалось странным, Кондратов? Опасный, как ты называешь, бандит приезжает прямо по домашнему адресу, никого не трогает, смертью не грозит, чаем с вареньем угощается.