Чтение онлайн

– Если бы кто-то мог убедить Джейн, сказать ей о гениальности ее работ, донести до нее, сколь мощно чувство реальности в ее картинах… Баланс, композиция, цвет, владение светом и тенью. Возможно, эти картины могли бы послужить для нее началом чего-то нового за пределами Вудфилд-Хауса.

Николас не сводил глаз с холста, перед которым сидел.

– Эта семья не стоит ее. Они недооценивают ее ни как личность, ни как художника, – шепотом произнесла Александра. – Эти картины следует показать в Королевской академии художеств в Лондоне. Или на континенте.

Александра не представляла, как далеко зашли отношения Николаса и Джейн. Уверенная, что первые шаги уже сделаны, она тем не менее не могла знать степень их увлеченности друг другом. Понимая независимый и мятежный характер сына, она не могла оказывать на него давление или спрашивать о намерениях, но в то же время решила раскрыть планы, сформировавшиеся у нее за прошедшую неделю.

– Я бы хотела пригласить Джейн поехать с нами в Англию. Оттуда, если захочет, она может отправиться со мной в Брюссель. – Поскольку реакции со стороны сына не последовало, она медленно подошла к нему. – Думаю, ее следует познакомить с высшими художественными кругами при дворе. Уверена, что сэр Джошуа Рейнольдс, твой сосед по Лестер-сквер, с радостью примет ее под свое крыло. Он пользуется огромным влиянием в Королевской академии.

Взглянув через плечо Николаса на холст в его руках, Александра невольно вскрикнула. Свеча в ее руке затрепетала, и она смахнула со щеки слезу.

Небольшая работа изображала виселицу, установленную на городской площади, с пятью телами повешенных. Лица людей в толпе на заднем плане и окружающие здания, переданные размытыми мазками, усиливали шокирующую реальность казни. Трупы казненных на полотне взывали к зрителю. Эту картину, судя по всему, Джейн написала гораздо раньше тех, которые видела Александра, но и в ней художница сумела передать трагизм сцены с присущей ей гениальностью.

– Я попросил ее стать моей женой.

Голос Николаса привлек взгляд Александры к строгому профилю.

– Мне показалось, что ее испугало мое предложение и, возможно, моя настойчивость. Я должен был дать ей время привыкнуть к этой мысли, прежде чем оказывать на нее давление. – Он указал на изображение тела мужчины, висевшего на переднем плане. – Девять лет прошло, как его нет на свете, а она все еще любит его.

– Предана ему, – поправила Александра мягко. – Она всегда будет испытывать чувство потери при мысли о нем. Но теперь, я уверена, она думает о нем реже, чем раньше. И это не значит, что она не сможет снова полюбить.

Николас поднялся, на лице его отразилось сомнение.

– Не следует забывать, что жизнь была к ней жестока, – продолжила Александра. – Джейн была одна с ранних лет – одна несла ответственность за случившийся с ней скандал. Что бы она к тебе ни испытывала, она не может не видеть многочисленные преграды, которые стоят между вами.

– К черту ее репутацию и все ее здешнее окружение!

– Ты можешь позволить себе не обращать внимания на то, как общество относится к твоему образу жизни. Но ты мужчина и намеренно создал себе репутацию человека безрассудного. Что касается света, то, как только ты остепенишься и создашь семью, о твоем беспутстве будут вспоминать как о разгуле молодости. Но Джейн не знакомы законы твоего общества. Ей лишь известно, что ты считался достаточно респектабельным, чтобы составить прекрасную партию для ее сестры, и что теперь увлекся ею. – Александра последовала за Николасом, когда он отошел от картины. – Будь она другой, то с радостью ухватилась бы за твое предложение. Как, например, Клара.

– Сказала бы мне откровенно о своих чувствах, я бы знал, что делать.

– Разве и так не понятно? – Мать положила ладонь на руку сына. – Ник, ты обладаешь слепым упрямством, свойственным твоему полу. Как можно этого не видеть? Скрывшись, она тем самым демонстрирует тебе свою любовь. Она не хочет, чтобы ты погубил свою репутацию, связавшись с ней…

Николас с горечью рассмеялся:

– Представляю, что ей придется терпеть из-за меня!

– Неужели не понимаешь? Ты ей дороже, чем собственное будущее и счастье. – Александра обвела рукой выставленные в студии полотна. – Взгляни на ее картины. Сострадание, с каким она создает свои произведения, – это ее сердце. И что она делает со своим талантом? Прячет его на чердаке. Завешивает тряпками. Не старается привлечь внимание к своему таланту. – Александра перехватила горящий взгляд сына. – Перед тобой стоит трудная задача, Ник, но ты в состоянии с ней справиться.

– Как?

Его вопрос тронул мать. Сын давно не обращался к ней за советом или помощью.

– Оставайся с ней. Не сдавайся. Постарайся понять мотив каждого ее поступка, также, как пытаешься понять, что хотела сказать Джейн той или иной своей картиной. – Александра поставила свечу на стол. – Вы двое созданы друг для друга. Докажи ей это.

Спускаясь вниз, Александра знала, что самое главное еще только предстоит сделать. Чтобы эти двое обрели шанс на будущее, нужно срочно найти Джейн и вернуть ее домой.

Не прошло и часа после заката солнца, как деревня, приютившаяся в излучине реки Блэкуотер, пришла в движение. Они приближались.

Небо на западе еще светилось последними оранжевыми отблесками, когда с полдюжины «Белых мстителей» в масках безмолвно вышли из темноты, возглавляемые единственным всадником, одетым во все черное, если не считать белой свободной рубахи. Едва новость облетела деревню, как сонные домишки стали пробуждаться к жизни.

Вся деревня должна почувствовать клинок королевского правосудия за оказываемую помощь «Белым мстителям». Драгуны и впрямь приближались.

От неверия не осталось и следа, когда страх сковал их души. Деревенские жители знали, какая судьба их ждет, если не спастись бегством. Они слышали о варварской расправе, учиненной в других городках.

Времени на сбор пожитков не было.

Жители деревни стали стекаться вдоль реки к месту, где заболоченная земля давала шанс найти убежище. Здесь, в глубине болот, заливаемых каждую весну паводковыми водами, они могли скрываться в случае необходимости неделями. Если драгуны решат оставить лошадей на краю мрачных топей и отправиться в погоню, беглецы покинут болота во тьме безлунной ночи и, вскарабкавшись по склонам холмов, уйдут на юг.

«Но куда бежать дальше?» – размышляли они, собирая детвору и скудные пожитки.

Дорога на дальнем берегу реки осветилась огнями факелов сотен всадников. Когда лидер «Белых мстителей» отправил в путь последнего, самого упрямого из беглецов, всадников отделяло от покинутой жителями деревни не более лиги [6] или двух.

Наблюдая за тем, что происходит в деревне, «Белые мстители» на лошадях видели, что вырвавшиеся вперед драгуны приблизились к мосту через реку. Мгновение спустя тьму ночи огласили крики.