Чтение онлайн

Каждую неделю я пишу маме и с папой, но не отправила ещё ни одного письма. Увы, нет почты меж мирами. Конечно, можно попросить здешнего колдуна отправиться в Россию на денек-другой, но как-то не хочется. Будет сложно объясниться в том, мне известно про Кристань и про то, что я являюсь ребенком двух миров.

В голове до сих пор не укладывается, и никто, кроме меня, не знает о моем происхождении.

Да, тут нет техники, автомобилей и компьютеров. Меня как-то попросили воссоздать какую-нибудь технологию, но я потерпела фиаско, потому как мои знания в физике заканчивались на главе: «Земное притяжение», а в химии — «Определение валентности». На этом и разошлись. Что с меня взять? Я бывшая студентка, а не ученый с мировым именем.

Все двести четырнадцать дней, проведенных в статусе спасительницы (указом короля я была наречена именно ей), я привыкала к здешней жизни. К размеренности и монотонности, магиям и настойкам, милому говору базарных торговок и высокопарным речам министров.

Месяца тут называются иначе. А вот числа такие же, да и язык у них наш. Ах да, здесь он называется «межрасовым». Так-то, господа из штатов, русский язык межрасовый!

Ох, как я измучилась в процессе обучения. Вновь ощутила себя глупой школьницей. Самые лучшие преподаватели Столицы вдалбливали в мою голову знания. Чему-то я научилась, но большинство забылось спустя дни и недели.

Две расы поделили эти земли. Люди и оборотни.

У каждой расы в подчинении несколько стран, например, людям принадлежит семнадцать государств разной степени богатства и величия. Король Харот — не единственный правитель, но один из самых почитаемых, ибо Кристань — крупнейшее человеческое государство.

Кстати, теоретически я освоила ратное дело. Теоретически, потому что меч я до сих пор поднимаю со слезами и стонами, а ножом едва не проткнула себе ладонь. Но в теории мне известно, как распределять удар и выставлять защиту.

Мне совершенно не подвластна магия. Я и не ожидала чего-то иного, но здешние колдуны решили обучить спасительницу всему скопом. Первая же практика доказала мою полную несостоятельность. У меня не получалось вызвать даже небольшой магический огонек, что и стало концом всего «обучения».

В общем, Дардана — лучшая волшебница королевского двора — признала поражение.

Полгода я обитаю в королевском дворце, окруженная всевозможными почестями. Я бы выкупила себе дом где-нибудь на окраине города, да вот загвоздка — деньгами спасительницу не наградили. Просто не подумали. Одежду шьют лично по моим заказам, кормят на убой, возят на представления в городской театр, но денег не дают. А просить мне стыдно.

Надеюсь, когда-нибудь до короля дойдет, что от меня можно избавиться. Тогда я перееду, найду работу и заживу по-человечески, а не по-королевски.

В общем, жизнь кипит. Огорчает всего одно обстоятельство — отсутствие связи с Ричардом. Он уехал той осенью, и теперь я получаю совершенно неприличные по своей краткости весточки раз в месяц. Эти ничего незначащие слова непростительно малы, они ранят меня безразличием. После того, как оборотни узнали, кто поспособствовал гибели королевы Орелии, в Велиции Ричарду предложили должность одного из тридцати советников при короле. И он согласился. Поэтому теперь ему некогда общаться — это по официальной версии.

По неофициальной, думаю, кое-кто просто забыл о подруге из прошлого.

Новости из его жизни я узнаю от Маделин, с которой у нас сложились теплые отношения. Можно сказать, она — единственный человек во всем мире, с кем я могу поговорить. Знахарка не подозревает о том, как ранит меня молчание Ричарда, поэтому запросто обсуждает его жизнь. Мне остается только слушать. И в эти минуты сердце будто протыкают штырем.

Мне он не пишет ничего такого. Ни слова. Будто меня не существует. Будто я — досадное воспоминание…

Вот и всё. Я никуда не вляпалась, ничего не натворила и вообще живу до безобразия скучно.

Да только сердце чувствует — что-то должно произойти.

Я поставила на листе бумаги дату, вздохнула и спрятала письмо в ящик стола, в котором лежало уже без малого сотня неотправленных родителям весточек. В моменты особой душевной грусти я садилась за очередное письмо и развернуто описывала всё-всё-всё. Я рассказывала родителям о знакомствах, впечатлениях, делилась новостями. Но не отправляла, хранила у себя.

Колдуны предлагали помочь. Они собиралась открыть портал в мой мир и найти человека, способного донести письма до родителей. Мама с папой бы поняли и порадовались, что у их дочери всё в порядке. Может, даже приехали бы сюда…

Почему-то я страшилась их приезда.

И почему-то мне было хорошо тут, где нет ни родственников, ни друзей, ни знакомых, ни даже привычных благ цивилизации. Будто я вернулась… домой. Не в плане места, но по ощущениям. Я там, где должна быть.

В дверь постучали, и от неожиданности я дернулась, будто воришка. Не люблю ночных визитеров.

— Кто там?

— Госпожа Анна, его величество приглашает вас для беседы в Белый кабинет, — послышался голос одного из придворных, которых я, к своему стыду, не различала. Сначала ещё пыталась запомнить их имена и внешность, но после поняла — бесполезно.

— Спасибо, я подойду.

Пришлось переодеться в простое платье (в корсажное без посторонней помощи не влезть, да и не любила я слепое подчинение правилам).

Слуги в коридоре уже не было. Интересно, зачем я понадобилась королю в столь поздний час? Неужели Харот наконец-то решил выгнать из замка набившую оскомину девчонку?

Или что-то случилось? На секунду стало очень страшно, будто он непременно скажет мне какую-нибудь дурную новость.

Итак, вот и кабинет. Я неуверенно постучалась.

— Войдите.

— Привет, это я. Звал? — заглянула внутрь. Харот сам просил называть его по имени.

— Прости, если разбудил. Анна, присядь, пожалуйста. У меня к тебе несколько странный, но очень важный разговор.

Белый кабинет был не просто белым, он ослеплял белизной. Белый мрамор в стенах, белоснежная мебель из редчайших пород дерева. И только желтое пламя свечей смягчало краски.