Британик
Шрифт:
Разрознили сердца, затем что их союз
Обоим помогал нести печалей груз.
Агриппина
Довольно. Да, ты прав, и я с тобой согласна.
Все высказала я сегодня громогласно,
Тебя опередив. Но это гнев пустой,
И я по-прежнему в долгу перед тобой.
К Палласу я спешу. И ты внемли совету:
Иди за мной. Мы там беседу кончим эту.
ЯВЛЕНИЕ ЧЕТВЕРТОЕ
Британик, Нарцисс.
Британик
Могу ли я, Нарцисс, поверить ей вполне?
Она - Нерона мать и, стало быть, ко мне
Питает ненависть. Когда на Агриппине
Женился мой отец, к безвременной кончине
Шагами быстрыми пошел: ты мне внушал,
Что Клавдий замыслам своей жены мешал.
Нарцисс
Все так, но сын вонзил в нее обиды жало.
Подумай, не она ль так твердо обещала,
Что будет Юния твоей? У вас, поверь,
И помыслы, и цель - все общее теперь.
Запомни, что дворец к стенаньям безучастен,
Зато он силу чтит и страх над ним всевластен.
А если жалобы начнешь ты расточать,
Придется весь свой век без отзыва кричать.
Британик
Нарцисс, ты знаешь все, все тайные стремленья
И сам не думаешь, что без сопротивленья
Империю отдам и, устрашась борьбы,
Как раб, склонюсь к ногам злокозненной судьбы.
Но я совсем один. Боясь моей недоли,
Меня друзья отца не окружают боле,
А те немногие, что верны до конца,
Вождем не изберут незрелого юнца.
Я начал понимать немногим больше года,
Что в Риме для меня вседневно - непогода.
Кто прежде другом был, тот нынче стал врагом.
Куда ни погляжу - предатели кругом.
Я взят в кольцо толпой продажной и бесчестной.
Что ни задумаю - Нерону все известно.
Он слышит каждый вздох, предвидит каждый шаг,
И замыслы мои не хуже знает враг,
Чем ты, мой лучший друг. Везде глаза и уши.
Не ведаю, как быть.
Нарцисс
О низменные души!...
Болтливых языков, мой господин, беги,
Будь осмотрителен и тайны береги.
Британик
Дается не легко наука недоверья:
Как прямодушному постигнуть лицемерье?
Но ты мне друг, Нарцисс. Все думы, все мечты
Клянусь, их будешь знать отныне только ты.
Недаром мой отец хвалил тебя: не ты ли,
Вольноотпущенник, когда все изменили,
И охранял меня, и предостерегал,
И путь прокладывал среди подводных скал.
Поди к друзьям, узнай, сердца дол_и_т ли дрема
Или ее стряхнул удар такого грома?
Прислушайся к речам, в глаза им загляни
Поддержут ли меня в моей борьбе они?
И, главное, узнай, где Юния томится?
Какой невзгоды ждет? Какой беды боится?
Стоит ли день и ночь охрана у дверей?
Удастся ли, Нарцисс, мне повидаться с ней?
К Палласу я иду. Отцом моим он тоже,
Как ты, отпущен был и, знаю, мне поможет.
Там с Агриппиною я стакнусь, а потом,
Как бы идя за ней, пойду своим путем.
ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ
ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ
Нерон, Бурр, Нарцисс, стража.
Нерон
Да, да, мой добрый Бурр, она мне мать, я знаю,
И своенравие безмолвно ей спускаю, {56}
Но наглеца-слугу я в порошок сотру!
Давно против меня Паллас ведет игру.
Он Агриппине лжет и душу ей смущает,
Британика восстать на брата наущает
И в этом преуспел: они - мой брат и мать
Готовы день и ночь презренному внимать.
Их должно разлучить. Терпенью есть граница
Он перешел ее. Пусть тотчас удалится,
Покинет Рим и двор, исчезнет, сгинет с глаз.
Незамедлительно исполнить мой приказ,
Не то империя не будет знать покоя.
Ступайте. Ты, Нарцисс, останешься со мною.
ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ
Нерон, Нарцисс.
Нарцисс
Ну вот, и Юния теперь в твоих руках,
А с ней и Рим, весь Рим. Врагов терзает страх:
Паллас подстегивал пустые упованья,
Теперь он слушает бесплодные стенанья.
Но как это понять? Мой цезарь удручен,
Его высокий дух смятен и омрачен,
Как у Британика, блуждает взгляд тоскливый...
О чем печалится Фортуны друг счастливый?
За все ее дары богиню славословь!
Нерон
Свершилось наконец: Нерон узнал любовь.
Нарцисс
Ты?
Нерон
Я. В единый миг, Нарцисс, и до могилы.
Люблю, боготворю, вся жизнь на службу милой,
На службу Юнии!
Нарцисс
Ты Юнию назвал?
Нерон
Чтоб на нее взглянуть, я среди ночи встал.
В мерцанье факелов, в холодном блеске стали
Слезинки на глазах у Юнии сверкали.
Был прерван сон ее в глухой полночный час,
И как она была красива без прикрас!
Шум в тишине ночной, во мраке пятна света,
Меж грубых воинов она, полуодета,
Прелестное лицо в кругу свирепых лиц,
И трепетание увлажненных ресниц
Все, все слилось в одно, и я, как бы прикован,
Стоял, едва дыша, пронзен и очарован.
Хотел заговорить - мне голос изменил.
И увели ее, и молча проводил
Я взглядом Юнию. Потом в своем покое