Чтение онлайн

Безудержная воля к жизни и несгибаемая сила духа, готовность бороться за свободу и, если понадобиться, умереть за неё. Ларго до сих пор не мог взять в толк, как Ева – такая маленькая и молоденькая – может быть настолько выносливой, смелой и отчаянной.

"Настоящий борец, – подумал Ким. – Она настоящий борец, каких мало даже среди здоровых мужиков".

– Любовь, – тихо сказал он. – Я люблю тебя, Ева. И хочу быть с тобой. Всегда. Ты моя женщина. Я – твой мужчина. Понимаешь?

– Наверное... – она сморщила лоб, явно прикидывая, что к чему и спросила с опаской: – Ты теперь мой хозяин?

И вот что с ней делать?

– Нет, не хозяин, – Ларго искренне надеялся, что сумеет растолковать всё более менее внятно. – Я принадлежу тебе точно так же, как ты мне. В равной степени.

– Это как?

Ким вздохнул и притянул её к себе.

– Сам до конца не понимаю, но чувствую – мы связаны. Наверное, люди до войны точно знали, как это работает. Ну а нам придётся всё выяснять заново.

Шестьсот сороковая помолчала, а потом вдруг выпалила:

– Не ходи в стоки!

Ларго нахмурился, а она повторила:

– Раз ты принадлежишь мне так же, как я тебе, то должен слушаться, – она вцепилась в его руку. – Не ходи туда! Не ходи!

Тёмно-белые глаза лихорадочно блестели.

– Не ходи совсем, или возьми меня с собой!

– Не могу, – качнул головой Ларго. – Ты ещё не оправилась после прошлой вылазки. Тебе надо восстановиться, сама знаешь. А на это уйдёт время. Недели две минимум. Не факт, что Мага и Реваж столько протянут.

"Не факт, что они вообще до сих пор живы..." – скользнула мысль, но её Ким предпочёл не озвучивать.

Ева понурилась.

– Тогда пообещай, – хрипло прошептала она. – Дай слово, что выживешь.

– Обещаю, – сказал Ларго, чмокнув тёмную макушку. – А ты обещай, что станешь моей...

Правильное слово пришло на ум не сразу, но всё-таки пришло. Стёртое из унылой повседневности лавиной токсичной лжи, оно сохранилось в книгах, откуда и перекочевало прямиком в чертоги памяти.

– Обещай, что станешь моей женой.

– И... – блёклые глаза владычицы подполья вперились в Ларго, – это и есть ваш план?

– Да, – кивнул Ким.

– Рискованно, – Персефона поджала тонкие губы. – Что скажете, Доктор?

– Скажу, что это безумие, – гориллоподобный эскулап сморщил лоб и упёрся в стол пудовыми кулаками. – В случае провала сотни наших погибнут, и Вик проглотит Сопротивление, как Уроборос свой хвост.

– Не проглотит, если мы сумеем взять под контроль силовые структуры, – ледяным тоном изрёк Ким и сердито зыркнул на Доктора. – Или вы предлагаете отсиживаться в норах до конца времён?

– Отсиживаться? – эскулап грозно нахмурил брови. – И кто же тут отсиживается, а? Мы ведём войну! Изнурительную, опасную и...

– Позиционную, – припечатал Ларго. – Пока Сопротивление рассеивает силы на точечные удары, Вирус порабощает мужчин Агломерации одного за другим. Поэтому надо действовать сейчас, пока ещё не поздно. Пока ещё есть те, кто способен...

– Давно ли вы вообразили себя Избранным, господин Ларго? – Доктор, похоже, готов был его растерзать. – Я каждый день борюсь за жизни этих людей. А ты... ты готов обречь их на смерть!

Ким уже набрал в лёгкие воздуха для достойного ответа, но спор прервала Персефона.

– Довольно! – сказала старая женщина и поднялась. Отошла к стене и принялась внимательно рассматривать цельнометаллическую обшивку, сцепив руки за спиной. – Мы все когда-нибудь умрём, не так ли, Доктор? Поэтому куда важнее как именно и ради чего.

Доктор ничего не сказал, но бросил на Ларго тяжёлый взгляд исподлобья.

– Мой сын и муж в лапах чёртова монстра, – отрезала Персефона, обернувшись. – Как по мне, сейчас самое время показать зубы. И наш юный друг Ким абсолютно прав: Сайрус ждёт нападения на Стоки Инкубатора. Такой ход выглядит максимально закономерным. Именно поэтому он может стать для нас роковым.

– Так значит...

– Да, – кивнула бывшая кукла Этингера. – Придётся нам рискнуть. И действовать настолько непредсказуемо, насколько это вообще возможно. Только так Вирус не сможет нас просчитать.

Ким согласно кивнул. Доктор набычился, а Персефона продолжила.

– И самое главное – не допустить утечки. Ни в коем случае! Если тварь проникнет в сознание хотя бы одного бойца, погибнет всё Сопротивление.

– Так значит, Персефона согласилась? – спросила Ева, и Ларго теснее прижал её к себе.

Дырявое покрывало сбилось и съехало в сторону, обнажив стройное смуглое бедро и аппетитные ягодицы. Ким нежно поглаживал бархатистую кожу, ощущая, как под пальцами бегут мурашки.

– Согласилась, – пробормотал Ким, уткнувшись носом в тёмную макушку, и тяжело вздохнул.

– Тогда почему ты такой угрюмый? – вопросила смуглянка и, приподнявшись на локте, внимательно уставилась на него.

– Доктор считает, что риск не оправдан. Если план не сработает, всех перебьют, и Сопротивление погибнет.

– Ну, а если сработает? – Ева принялась чертить ноготком невидимые узоры у него на груди. – Что тогда?

– Мир станет прежним, – тихо сказал Ким. – Каким был до войны. Не сразу, конечно но... Со временем. Люди снова научатся любить и создавать семьи, женщины будут рожать детей не по принуждению, а по своей воле, как раньше. Может, мы даже когда-нибудь увидим небо. Луну, солнце, звёзды... Знала ты, что беспроглядные тучи над Агломерацией генерировал атмосферный очистительный купол?

Ева кивнула.