Чтение онлайн

Тощий ощутил прилив гордости и собственного могущества. Он повернулся к испуганной жертве и сплюнул.

— Да ты просто кретин.

Он опустил нож и подвигал челюстью, стараясь понять, почему не может просто зарезать этого идиота, проткнуть ему горло лезвием. Что-то удерживало его. Тощий вглядывался в простодушное лицо в поисках ответа.

— Нельзя, — шептал голос где-то далеко, — нельзя ненавидеть то, чего нет.

Мальчик закричал раньше, чем в переулке раздался выстрел. В воздухе пятном разлилась вспышка.

— Полиция! — прогремело эхо. — Лицом на землю.

Что-то загрохотало и полыхнуло. Гром и молния.

Все может рассыпаться. Развернутся небеса, и прольется наказание. Испугавшись выстрела, Брад метнулся вперед и налетел на тощего.

Глаза грабителя внезапно сузились и странно застыли, а потом на секунду посветлели. Он схватился за живот. Лезвие ножа почти сложилось, но кончик был направлен на кишки. Острие мягко вошло в тело. Тощий упал на колени и сразу на бок, губы коснулись ботинка Брада. Грабитель пытался что-то сказать, но вместо этого раздался мокрый чмокающий звук, в горле забулькало.

Брад понял по положению тела, отчего он упал. Брад знал, что тощий скоро исчезнет. Все кончено. Его забрали гром и молния. Поразили неуправляемые стихии.

Полицейский поспешил в глубину переулка. Он покрепче вцепился в руку мальчика и потащил его за собой. Дуло пистолета было направлено прямо Браду в грудь.

— Ты убил его, — объявил полицейский, указывая на тело тощего. — Ты убил его, Брад.

Выражение его лица медленно менялось. Казалось, он чем-то очень доволен.

Брад не находил слов. Он не мог объяснить эту вспышку звука и света Брад узнал полицейского, но облегчения не почувствовал.

Стив приставил пистолет к виску Брада и взвел курок.

— От тебя только вред, — сказал он. — Люди о тебе думали гораздо лучше. Ты разочаровал нас. Разочаровал всех, кто верил в тебя. Одурачил моего брата. Но я-то знал. Я единственный знаю тебя. Я жил с тобой долгие годы.

Мальчик не мог оторвать взгляда от тела на земле. Его удивляло, что тощий так внезапно опустел. От растерянности парнишка не мог пошевелиться. Наконец он взглянул в начало переулка, там уже собиралась толпа. Мальчик проклинал себя за то, что не сбежал раньше. Проклинал тощего и даже в ярости плюнул на него.

— Я мог бы убить тебя просто за то, что ты разочаровал нас. — Полицейский надул губы, представляя себе, как выстрел сотрет его тревоги, все, что не давало ему покоя. — Но ты ведь не разочаровал меня. Все сложилось самым лучшим образом. — Он перенес вес на носок одной ноги и приготовился. — Я даже и не ожидал такого. Но это к лучшему.

Полицейский помолчал, оценивая ситуацию, потом обратился к мальчику:

— Твой друг, — он кивнул на тело, — думал, что заработает легкие деньги. Легкие. Запомни это. Легко никогда не бывает.

— Джимми, — прошептал Брад.

Он принюхался и поднес ладонь к лицу. Брад закрыл глаза и стал думать о Милой. По ее цветам рассыпалось стекло. Он представлял себе тело на земле и как это тело изменит его жизнь. Брад был уверен, что изменит. Когда тело падало, все на свете выходило из своей колеи.

— А-а-а! — Полицейский закричал, потому что мальчик укусил его за руку, зубы ударили в кость. Парнишка вырвался и со всех ног понесся к выходу из переулка. Сержант выругался и упал на одно колено, нацелив пистолет ему в спину. Курок. Пальцы напряглись. Полицейский сосредоточился на цели впереди и тут заметил толпу. Проиграл. Свидетели всегда побеждали его. Он выпрямился и спокойно опустил пистолет. Запястье болело, сержант потер его, на коже остались фиолетовые отметины зубов. Перед глазами стояло испуганное лицо ребенка. Сержант недовольно вздохнул и убрал оружие в кобуру.

Мальчик ужом ввинтился в толпу, его пытались схватить, но он брыкался и царапался, наконец вырвался и побежал вниз по улице.

Полицейский повернулся к Браду, от ненависти жгло глаза. Он широко ухмыльнулся, злобно оскалившись, потом развернул Брада лицом к стене и надел на него наручники.

«У него же нет больших пальцев, — подумал сержант. — Спадут небось».

И он затянул железные кольца потуже.

— Давай-ка прокатимся, — прорычал сержант, схватил Брада за плечо и толкнул его вперед. — За это тебя точно упрячут за решетку. Будет тебе справедливость. Отличный урок для Джимми. Теперь ты убийца.

Он снова толкнул Брада, провоцируя его, надеясь на драку.

— Пошли. Шевелись давай.

Сержант ткнул его кулаком по почкам.

Глаза у Брада опухли и покраснели. Все болело. Он оглянулся на тело, но его скрыла темная пелена. Словно оно уже пропало. В тени были свои правила, своя жизнь. Тощий человек исчез и забрал с собой его розы. Может, сейчас они ползли к телу, обгладывали кусочки оставшейся плоти. Если это правда, то Милой они ни к чему.

Полицейский снова толкнул его, ударил о кирпичную стену и прошипел на ухо ругательство. Он дразнил его, называл дебилом, безмозглым мешком костей, слабаком, из-за которого рушится вся страна.

Репортеры приехали на место до того, как полиция оцепила переулок, до того, как приехала «скорая», до того, как судебный фотограф приехал запечатлеть на пленку бог знает который труп за сегодняшний день. Репортеры примчались, чтобы урвать хоть какую-нибудь информацию, выслушать любого. Им сообщили примерное время убийства, способ, которым оно было совершено, и обычные детали задержания преступника.

— Кто этот человек? — Один из репортеров сумел перекричать остальных. — Как его зовут?

— Мы не имеем права сообщить вам сейчас его имя. Вы же знаете.

Безупречно одетый инспектор убойного отдела оттеснил толпу, чтобы пропустить людей с носилками.

— Прошу вас, — прогнусавил инспектор, потрогал лысеющую голову и замахал на журналистов руками. — Отстаньте. Хоть раз оставьте нас в покое. — Он беспомощно топнул на них ногой. — Ну же, отойдите в сторону.

— А почему бы вам не сообщить нам его имя? — снова спросил тот же репортер, сердито отпихивая от лица чей-то локоть.