Чтение онлайн

Констанция хотела возразить, но поняла, что Франческа права. Они не могли обсуждать произошедшее на публике. Она улыбнулась и под руку с Франческой направилась в дом. Все оборачивались им вслед, кое-кто поздравлял Констанцию с помолвкой. Некоторые пытались задать ей вопросы, но Франческа с улыбкой сказала, что ее будущая невестка прежде всего должна переодеться в сухую одежду, чтобы не подхватить простуду. Констанция заметила, что Каландра взяла на себя сестер Нортон, которых переполняло любопытство.

Констанция и Франческа поднялись по лестнице. Констанция была рада, что не встретила по дороге Мьюриэль. Они вошли в комнату Констанции и закрыли дверь. Франческа позвонила в колокольчик.

— Франческа, прошу вас, поверьте мне, — искренне сказала Констанция, — я и подумать не могла, что такое может произойти.

— В самом деле, — ответила Франческа, — кто мог подумать, что Мьюриэль захочет выставить себя полной дурой? Думаю, ее мать закатит ей грандиозный скандал по этому поводу, но Мьюриэль вполне этого заслуживает. Хотя мне немного жаль ее. Леди Резерфорд страшна в гневе. — Франческа помолчала и добавила: — Впрочем, леди Резерфорд пугает меня в любом состоянии.

— Но это неправильно! Несправедливо, что Доминик должен притворяться, что мы помолвлены. Это не его вина. Мы так увлеклись беседой, что не заметили, как пролетело время, и не заметили, что погода переменилась. Когда начался дождь, нам пришлось укрыться в коттедже. Ничего не случилось. — Констанция отвернулась. — Доминик не сделал мне ничего дурного. Он не должен жениться на мне. Пожалуйста, поверьте мне, я не собиралась вынуждать Доминика жениться на мне!

— Я знаю, — спокойно ответила Франческа. — Вы думаете, я не знаю, что вы за человек?

В этот момент в комнату вошла горничная. Франческа велела ей приготовить для Констанции горячую ванну и принести чай. Когда горничная, сделав книксен, удалилась, Франческа повернулась к Констанции.

— Теперь, я думаю, нам лучше избавить вас от этой одежды.

Констанция кивнула и принялась расстегивать пуговицы жакета.

— Наверное, мне лучше не спускаться к ужину. Пусть горничная принесет мне что-нибудь сюда, — сказала она.

— О нет, — решительно ответила Франческа, — вот этого вы точно не должны делать. Я понимаю, это нелегко, но вы должны показать всем, что не сделали ничего, чего могли бы стыдиться. Вы должны дать Доминику, Каландре и мне шанс показать, что нам все равно, что говорят сплетники.

Констанция знала, что Франческа права. Если сестра герцога и дочь графа поддерживают ее, показывая, что не верят слухам, эти слухи скоро исчезнут. Однако Констанции становилось плохо при одной только мысли, что ей придется улыбаться и болтать, притворяясь, что все в порядке.

— Я знаю. Просто… это несправедливо! Ветер сдул у меня с головы шляпу, и волосы растрепались. Было сыро, и я не смогла уложить волосы. Знаю, я выглядела ужасно, но Доминик тут ни при чем.

— По стечению обстоятельств ваше отсутствие было долгим, и многие о нем знали. Еще печальнее то, что ваша кузина отказалась продолжать путь, и вместе с ней остались все остальные. А еще хуже этого то, что Мьюриэль — такая злобная дура, что готова была сделать все, чтобы унизить вас, не подозревая, впрочем, что сама роет себе яму.

— Но почему? — воскликнула Констанция.

— Думаю, она не поступила бы так, если бы знала, чем это может обернуться. Она недооценила моего брата, потому что совсем не знает его. Мьюриэль считает, что все остальные, как и она сама, не обременены моральными принципами. Она думала, что, если во всеуслышание объявит вас падшей женщиной, Доминик отвернется от вас. Мьюриэль не поняла, что он не позволил бы пострадать вашей репутации и поступил как настоящий джентльмен.

Франческа помогла Констанции снять жакет и стала помогать расстегивать пуговицы на юбке.

— Мьюриэль была в отчаянии, должно быть, это затуманило ее разум. Несомненно, она смотрит на моего брата как на последний для себя шанс выйти замуж. Ее семья несметно богата, и у нее не должно было быть отбоя от поклонников, но ее холодность и жесткость отпугнули всех. Кроме того, выбор у нее небольшой — она ведь не рассматривает в качестве супруга даже баронов. Для нее брак — это способ подняться в обществе по крайней мере на одну ступеньку выше.

Констанция покачала головой:

— Доминик не должен жениться на этой женщине.

Она скинула юбку на пол и села на постель, чтобы снять сапоги. Франческа подошла к гардеробу и достала пеньюар. Констанция закуталась в него и облегченно вздохнула — наконец ей стало тепло.

— Но Доминик не должен жениться и на мне, — сказала она, поворачиваясь к Франческе. — Вы знаете это лучше меня. Он рассказал мне о бедственном положении поместья. Я знаю, что он должен жениться, чтобы помочь семье. Он не может жениться на женщине, у которой нет даже приличного приданого, не говоря уже о состоянии. Я не могу позволить ему совершить такую ошибку.

Франческа долго смотрела на Констанцию.

— Девочка моя, предоставьте решать это Доминику. Откровенно говоря, у вас нет выбора. Никто не может заставить Доминика сделать то, чего он ее хочет.

Но Констанцию это не успокоило. Она не могла позволить Доминику разрушить свою жизнь, пожертвовать ею из чувства долга.

Когда Франческа ушла, Констанция легла в ванну с горячей водой, потом Мэйзи помогла ей одеться и причесала ее.

На душе у Констанции было все так же неспокойно. Она не хотела заставлять Доминика жениться на ней. Хуже всего было то, что ей самой очень хотелось выйти за него замуж. Сегодня она поняла, как сильно его любит, поэтому и отдалась ему в коттедже. Но она не может жертвовать будущим Доминика ради себя. К тому же Констанция была уверена, что Доминик вовсе не горел желанием жениться на ней. Он не любил ее. Даже когда они занимались любовью, он не сказал, что любит ее. Он хотел ее, но не любил так, как Констанция любила его.

Если бы он сказал, что хочет жениться на ней, потому что не может без нее жить, — другое дело. Если бы он презрел свой долг перед семьей, не желая расставаться с любимой женщиной, Констанция забыла бы обо всем. Даже бедность не пугала ее, пока рядом был Доминик.

Но он не любил ее. И не просил выйти за него замуж. Что-то нужно делать, подумала Констанция, и она единственная, кто может все исправить. Она взглянула на часы, стоявшие на туалетном столике. До ужина еще оставалось время. Она должна сделать то, что считает нужным.