Чтение онлайн

– Поэтому предлагаю немного усложнить задачу, - я киваю на чёрную шкатулку.
– Если Борис не брал у тестацелла уроков по холодному оружию, то мы окажемся в примерно равных условиях: он не будет знать, что делать. А я не буду достаточно быстр в своём знании. По-моему, честно. После небольшого кровопускания, прямо отсюда пойдём к моему приятелю, тестацеллу, и он в момент заживит мои случайные проколы и порезы.

Я вижу, как светлеют у них лица. Вот-вот исполнится их заветная мечта: они получат капитана и улетят к звёздам.

Не вижу причин их расстраивать. Что будет завтра, пусть завтра и терзает разочарованием. А сегодня у Маринки день рождения.

Когда-то я мечтал отдать за неё свою жизнь.

Откуда человеку знать, какое из его желаний однажды сбудется, чтобы вцепиться ему в горло?

9

Бытие. Гл. 3. Ст. 18:

... "терние и волчцы

произрастит она тебе;

и будешь питаться полевою травою"...

Это всего лишь уточнение,

чем именно без симбионта может питаться человек.

Звёздная экспансия и вечная молодость - чертовски соблазнительные вещи. Спорить с этим тяжко. И бессмысленно. Нет у меня аргументов против райской жизни. Разве телевизор - плохо? Или джип с вертикальным взлётом и посадкой? А ещё грудастые, гладкокожие девушки, с роскошными гривами до тонкой талии. Длинноногие, безотказные и неутомимые...

Да пошло оно всё...

Мой мир погиб.

Их мир родился.

Глупо стоять на дороге у тех, кто уже подхватил эстафету. И нечестно.

Столы и кресла отодвинуты.

Зрители рассредоточились по углам.

Борис обхватил ладонью рукоять ножа. Я вижу, как цуба глубоко впилась в кожу. А он улыбается. Расслабь кисть, чудак! Это же не штанга! И не перекладина! Только ему плевать. Для них это игра. Так и должно быть: по сравнению со сроком, который они выбрали себе для жизни, их детство кончится не скоро. Они лишь вначале долгого пути. Что же говорить обо мне, если я уже на финише? Моя мудрость в том, чтобы не мешать. А память о моём мужестве может однажды спасти им жизни.

А что? Пусть помнят, как умирал последний человек.

Стойка Бориса меня вполне устраивает: левая рука чуть впереди, прикрывает нож. Правая приподнята к плечу, лезвие ко мне. Отлично! Лучшего быть не может. Целит в горло или в верхнюю часть туловища. Сейчас он двинется вперёд, и я своё сердце посажу ему на клинок. И кончать с этим нужно как можно скорее. Пока они не сообразили, что у меня на уме.

Но остался ещё один вопрос.

Последний.

Я тогда не дослушал...

– Когда шла речь о необходимости капитана-тестацелла, ты сказал, что лидерство - это не главное...

Борис чуть расслабляется, смотрит мне в глаза.

– Что?

– Лидерство в экипаже, - напоминаю ему.
– Ты сказал, что лидерство - не главная причина, почему капитаном должен быть тестацелл.

Борис пожимает плечами:

– Главная причина в инстинктах: лимаксы всегда движутся по прямой. Всё дальше и дальше от старта. Экипаж из одних лимаксоидов, с неограниченным запасом хода звездолёта, может забыть вернуться.... в угаре исследовательской горячки. Тестацелл - хищник. Он движется только по кругу: обходит и метит свою территорию. Никогда не забывает о своих корнях, истоках. С капитаном-тестацеллом возвращение гарантированно. Тестацеллы всегда возвращаются.

Я опускаю нож и делаю шаг назад.

– Что такое?
– нетерпеливо спрашивает Борис.
– Раздумал драться?

– Да, - говорю я.
– Раздумал. Теперь мне это кажется глупым.

– Почему?

– Не вижу смысла терять время. Нас ждут звёзды... и прекрасные женщины.

Вижу, как светлеют у них лица. Наверное, это был красивый ответ. Но это не было всей правдой. А правда была в том, что меня переиграли.

Вот только чтобы понять: проиграл я или нет, может понадобиться тысяча лет. И хохма в том, что теперь она у меня была. Как и многое другое...

10

Бытие. Гл. 3. Ст. 19:

... "в поте лица своего будешь

есть хлеб, доколе не

возвратишься в землю, из

которой был взят;

ибо прах ты

и в прах вернёшься".

Это пророчество завершает список ограничений. Разумеется, злого умысла со стороны Создателя к человеку не было. Была лишь горечь Его от прогноза последствий свершившейся экологической катастрофы. Противоречие между природой и людьми доведено до крайности: человек без симбионта слаб, подвержен болезням, для выживания должен тяжело трудиться и всё равно в скором времени умрёт.

ДЕЖУРНЫЙ ПО ЛАГЕРЮ

I

"Здравствуйте, тётя Плина. Ваша дочь Елена погибла в водопаде. Я принёс её вещи..." И Яков Петрович, выглядывая из коридора, с тревожным недоумением поправит ворот рубашки. А кот по прозвищу Мопс, изогнув спину и вытянув в палку хвост, потрётся о косяк двери, не решаясь выйти на лестничную площадку. Мопс всегда был трусом. Ещё котёнком...

Причём тут кот?