Чтение онлайн

 - И все же, я рекомендовал бы не высовываться, – с видом ученой занозы начал лекцию Джарк. – Нам нужно оставаться на месте еще пару недель.

 - Ага. Пара недель. А потом на атолл спустится многомесячный тропический шторм, и ты запросишься домой, показывая зеленые плесневеющие от сырости лапки, и будешь взывать к моему милосердию? Так? А, ну, прыгай в рюкзак! Вот сюда, рядом с нейтрализатором. Только на курок своим окорочком не дави. А то вечером некому тебя покормить будет.

 Торговец Суэкку нашелся быстро. По крайней мере, только один продавец на местном рынке стоял за своим куцым прилавком, собранным на скорую руку из двух картонных коробок, как-то обособленно. Было видно, что другие торговцы его не очень-то жаловали. На тощих плечах Суэкку болталась просторная потертая майка с надписью «Hot Devils».

 «Хм, - отметил про себя Боб, - а гардероб у него в самую точку подобран. «Горячие дьяволы».

 Если быть откровенным, то Боб нашел Суэкку без использования каких-либо дедуктивных фокусов и ассоциативных связей. Пара монет, производства североамериканского монетного двора – и Боб уже шагал в нужном направлении, указанном ему одним юрким мальчуганом. Иначе поиски могли бы затянуться. Ведь кроме майки, оказавшейся на торговце совершенно случайно, ничто не выдавало в нем продавца демонят. Вместо гадких бестий на прилавке Суэкку красовались дары океана – креветки.

 - Почем? – подойдя, праздно поинтересовался Боб.

 - Какие? Вот эти – солененькие – хороши под забродившее кокосовое молочко. Всего пять монет, – обрадовался редкому покупателю Суэкку.
– А большими жаренными господин может побаловать себя, лицезря танец ночных колыхающихся медуз! Ну, танец живота, по-вашему. Цена аналогична. Оптовикам – скидки.

 - Неплохой выбор, – оглядел ассортимент Боб. – Тематический, можно сказать. А как насчет чего-нибудь этакого? С изюминкой! С чертовщинкой!

 - С чертовщинкой? – сразу напрягся Суэкку. – Мая пльохо панимайт твая. Найн понимайт. Нот понимаю. Червячинка? Найн! Найн! Без червячинка! Самый людшый креевдко!

 - Не, ну вы только на него поглядите! Он моя не понимайт! – расцвел Боб, увидев, что попал по адресу, и эта театральная импровизация именно для него. – А про танец живота только что кто понимайт? Про жаренный креведко кто рассказывайт, а?

 Папсик крепко вцепился в запястье растерявшегося торговца:

 - Слушай сюда, бамбино. С тобой говорит отец русской мафии.

 - Из самой Сибири? – стали квадратными глаза островитянина.

 - Из самого ее сердца, – не стал разочаровывать туземца Папсик, и для вящей убедительности сжал свою руку на запястье Суэкку так крепко, что у самого побелели косточки пальцев. – Я – из Тынды!

 - Да иди ты! – не на шутку перепугался торговец и попытался вырвать руку из капкана. – Чего вы от меня хотите?

 Боб притянул к себе перекошенную физиономию Суэкку и одними губами, еле слышно произнес:

 - Шипсы. Маленькие дьяволы. Мы заплатим. Много.

 - Я завязал с этим бизнесом, – шепотом сознался торговец, понимая, что если он будет юлить, то, в конце концов, может очутиться на кресле из морских ежей.

 Однако честная, но совсем не радужная новость главу русских братков тоже не обрадовала.

 - Ты помылся? – нахмурившись, спросил Боб.

 - Зачем? – задрожал голос торговца.

 - Ну, знаешь, если я накормлю акул немытыми продуктами, – стал медленно цедить слова академик, от которых Суэкку сгорбился, - то после, бедные рыбки начнут маяться животиками, а мне неприятно нежиться в одном океане с компанией вспученных акул, подхвативших дизентерию. Понимайт моя?

 - Не надо акул, – попросил Суэкку, сломленный силой тындинской логики.

 - Ну, тогда закрывай гастроном, – приказал Боб. – И, побыстрее. А то я сейчас немного очень злым стану. У меня и так после сибирских минус сорок пять на вашей жаре мозги оплавились. Могу и начудить, если будешь расстраивать дядю.

 Бобу было неприятно ощущать себя натуральным шантажистом и вруном. Он порядком устал хмуриться, опускать сальные шуточки и хохмить на манер сибирских фольклорных бородатых мужиков.

 Папсик чувствовал, что немного заигрался, но отступать было поздно. Сейчас академик был целиком во власти непредвиденных обстоятельств, и еще более непредвиденных последствий, чего он, как личность высокоорганизованная, на дух не переносил.

 Да, неизвестность его пугала, и когда вокруг лодки колыхалась безграничная масса воды, а на веслах, хоть и напуганный, но мускулистый туземец, который ни на миг не сводит с академика глаз, можно было и запаниковать. Возьмет еще и сбросит за борт, чтобы своими тындинскими товарищами сильно не стращал. А что? Нет тела – нет дела. Боб насупился и, сделав мину на своем благообразном лице еще более зловещей, зыркнул на Суэкку. Увидев буравящий взгляд мафиози, островитянин вздрогнул и стал чаще работать веслами.

 - Далёче еще? – хриплым подбаском спросил Боб и неумело сплюнул сквозь зубы себе под ноги.

 - Скоро, господин сибирский бандит, скоро, – с готовностью кинулся объяснять Суэкку. – Во-о-он тот мертвый атолл видите?

 - Тот?

 - Да, господин русский мафиози, тот. Так вот, за ним поворачиваем направо, плывем до заката, и, считай, приехали.

 - Чё?! – поперхнулся Боб.

 Казалось, что болтанка по волнам не закончится никогда. Уже и мертвый атолл остался где-то далеко позади, и даже впереди над гладью приподнялся язычок острова, к которому плыли «мореходы». Но язычок земли все время маячил там – на далеком горизонте – и никак не хотел расти.

 - Почему ты так хмур? – решил немного разрядить атмосферу Боб, видя, что чем ближе они были к цели, тем более мрачным становился Суэкку. – Не хочешь хорошо заработать?

 - Я не хочу умирать, – признался торговец. – Но видно, у меня такая судьба – или сгинуть на этом проклятом острове или быть растерзанным самым кровожадным мафиози, которого я только встречал…

 - Хм… Почему же ты раньше посещал этот ужасный атолл безбоязненно, да еще и в одиночку?

 - Раньше все было иначе. Раньше там было тихо и пусто.