Битва За Масть
Шрифт:
Из-под того же стола появился и букет из нескольких десятков белых роз:
– Желаем невесте цвести, как тысяча роз, а тебе, Саша, удачной охоты!
– Коля, спасибо!
– приложил руку к сердцу Саша.
– Короче, передай Кабану - первого зверя я посвящаю ему. А второго - всем присутствующим.
– А Саня-то у нас самый благородный, - шепнула Татьяна Николаевна Кате, любуясь сыном.
– Кать, а что, Санька на охоту ходит?
– На охоту, на охоту, - отмахнулась Катя, подливая сестре водочки.
– Боже, боже, какой мезальянс!
– в который уже раз запричитала огненно-рыжая декольтированная дама постбальзаковского возраста.
– Наша Олюшка и этот предводитель команчей! А каково его окружение? Встретишь в темном переулке - заикой станешь... Были бы живы родители, не отдали бы Олюшку в руки троглодитов.
– Шампусик, мадам, - сосед внимательно и с интересом заглянул ей в декольте.
Саша, очищая для Оли апельсин, услышал эту замечательную репризу и склонился к Оле:
– Ну, Монтекки и Капулетти, ей-богу. Оля засмеялась:
– По-моему, все нормально.
– Съешь апельсин, моя хорошая.
– Саша легонько поцеловал ее в щеку, приподняв фату.
За этой сценой в свою очередь внимательно наблюдал Пчела, планомерно накачиваясь коньяком. А Космос тем временем подкалывал слишком серьезного, на его взгляд, Фила:
– Ты что не пьешь?
– Это я не пью?
– искренне удивился Фил.
– Прямо перед людьми неудобно, - отворачивая от друга хитрую рожу, гнул свое Кос.
– Ты хочешь, чтобы я показал, как я умею пить? Кос кивнул. А Фил всерьез начал показывать.
Позабавившись с Филом, Космос, наконец, ткнул локтем все еще неотрывно глядевшего на счастливую Олю Пчелу:
– Что, пора?
Пчела посмотрел на часы и кивнул, уже поднимаясь:
– Дорогие гости, дорогие гости! Минуточку! Внимание!
Шум в зале постепенно утих - гости почувствовали, что всех ждет какой-то сюрприз, настолько загадочным и многозначительным тоном призвал их к молчанию свидетель жениха.
– У нас сегодня большой день, вообще. И мы с вами будем гулять до утра, а потом до следующего утра. И дальше, пока не посинеем. Но вот молодые скоро уедут, потому как, сами понимаете, у них есть дела поважнее.
Даже Саша с интересом поглядывал на Пчелу, уж больно тот светился изнутри.
– Поэтому, - продолжал Пчела, - мы с друзьями задумались, а куда же поедут молодые в свою брачную ночь? В суперлюкс "Националя"? В чужую квартиру на Ленинском?.. Нет. Мы посчитали это неправильным и решили вопрос по-другому. Космос, Фил...
Пацаны с донельзя счастливыми физиономиями встали рядом с Пчелой. А тот победно поднял вверх руку со сжатым кулаком. Прямо командантэ какой-то.
– Короче, сегодня и навсегда молодые поедут в свою собственную новую квартиру. В высотку на Котельнической набережной.
Сначала в зале наступила абсолютная, звенящая тишина. Пчела разжал кулак. С его указательного пальца с легким звоном упала и повисла на цепочке аккуратная связка ключей. И тут зал взорвался. Слава богу, не в прямом смысле, а от грохота аплодисментов и восторженных криков. Причем интеллигенция вполне могла бы дать фору браткам.
Саша, принимая ключи, обнял сразу всех троих:
– Спасибо, родные.
И тихонько, с улыбкой, поинтересовался у Фила:
– Вы что, хозяев грохнули?
– Да ты что? Жильцов расселили, - рассмеялся Фил.
А за столом Катерина переводила вопрос уже в практическую плоскость:
– А интересно, сколько там комнат?
– Да что ты, Кать. Наверное, это розыгрыш, - недоверчиво качала головой Татьяна Николаевна.
– Брось, какой розыгрыш... Вить, - крикнула она Пчеле, - а ордер есть?
– На арест?
– в свойственной ему ернической манере отшутился тот.
К Олиной бабушке склонился седовласый музыковед:
– Вот ведь как, дорогая моя. А вы говорите, фон не тот!
X
Через огромную арку высотки въехал белый лимузин, а вслед за ним целая кавалькада машин. Сашин водитель Миха бодро вскочил со своего водительского места и открыл дверцу салона. Саша вынес Олю буквально на руках. Как и всю дорогу, они продолжали целоваться.
Тут из подтянувшихся машин повысыпали и остальные. "Ой, цветет калина в поле у-у-у ручья", - разгульная нетрезвая песня огласила темный двор престижного дома. Кое-где даже зажглись окна. В ответ захлопали пробки шампанского.
– Эй-эй, мою жену не облейте!
– забеспокоился Саша.
– Во-он три окна. Видишь?
– ткнул Космос пальцем куда-то в пространство.
– Вижу, вижу. Космик, мы пошли, ладно?
– попросил Саша.
Но Космос не мог расстаться с другом так вот, сразу:
– Погоди. Короче, осмотритесь - нам помашите, да? Мы за вас по шампанскому и поедем.
– Помашем. Все, братья, спасибо за подарок. Клянусь, не забуду.
– Я тебя умоляю, Сань, - всплеснул руками Пчела.
– Квартирой больше, квартирой меньше...
– Это да. Ну, завтра увидимся, - крепче прижимая к себе Олю, кивнул Саша.
– Сань, я ж завтра улетаю, - напомнил о себе Фил.
– В Ялту, каскадерить.
– Улыбнитесь, каскадеры!
– истошно заорал Космос, расплескивая шампанское.
– Сань, не забудь, помаши!
– Удачи, Теофило, - обнял Фила, а за ним и всех остальных Саша.
– Саня, мальчика!
– заорал неугомонный Кос, вызвав приступ всеобщего хохота.
Саша, уже не оглядываясь, помахал всем рукой. Массивная дверь подъезда закрылась за новобрачными. Веселье же продолжалось.