Био"Катастрофа
Шрифт:
– Зуд и слабость, наверняка от снотворного... – не удержавшись и зевнув, скривилась. – Что за бред?!
– Ничуть не бред. Зато ты окончательно выведена из строя. Если бы сеть намоталась даже на руку, и ты бы смогла идти, а я, допустим, был бы ранен, то мы бы точно не дошли до конечной точки. – Рассудительно размышляя вслух, яурк был прав и я, расстроено вздохнув, снова зевнула. Ну и кто после всего этого изверг? Да я вообще лапочка по сравнению с изобретательным маньяком-капитаном. – И не ёрзай, мне и так тяжело.
– Да не ёрзаю я... Я вообще сплю, – попытавшись расслабиться, чтобы тело не так зудело, я заработала обидный шлепок по заду. – Эй!
– А ну, не спать! Тебе ещё присутствие на конечной точке лично подтверждать! – Резкий окрик помог мало и слабость не прогнал, но уснуть я тоже не могла – зуд становился всё сильнее, а элементарно почесаться хотя бы одной рукой уже не было сил.
– Да не сплю я. У меня похоже ещё и чесотка начинается.
– Да-а-а... – наш разговор прекрасно слышали и остальные парни, так что посочувствовали вполне искренне.
Мало приятного – и глаза слипаются и почесун жуткий.
Я же мысленно стонала от жалости к самой себе – трепка с тщательным разбором ситуации неизбежна. Причем от всех: от капитана, от Ишшера, а потом ещё и от Кевина. Эх, не любят они маленькую шайгосс. Издеваются...
– Так-так-так... И кто же это у нас такой спеленатый?
– Стоило нам выйти на просеку, где практикантов ожидал бот, как нас тут же окружили те, кто успел придти чуть раньше – этот участок леса был поделен между пятью группами. – Милана?! Вот уж не ожидал!
Аккуратно сняв меня с плеча и поддерживая за плечи, Шотту развернул к говорящему. Угу...
– Привет, Воланд. А вы что так рано? – зевнув от души, я беззастенчиво оперлась на яурка. Колени предательски подгибались, а так хоть какая-то опора.
– Мы-то нормально. А вы что так долго? – приподняв брови, мужчина внимательно всмотрелся в моё абсолютно расслабленное лицо, а затем удивленно уточнил: – Ты спишь что ли?
– Мы в засаду попали, – не став вдаваться в подробности, Шотту ответил за меня: – Волли два болта в бедро, Милана один в плечо отхватила, поэтому и под сеть полезла, чтобы я закончил.
Осуждающе покачав головой, Воланд больше ничего не сказал, лишь отступил, чтобы яурк смог донести меня до бота и капитана, ожидающего доклада о завершении спасательной операции. Волли уже доковылял, так что ждали только нас.
– Курсант Дэнэйо. Ты дура.
– Ага, – кивнув без возражений, с трудом разлепила веки и заплетающимся языком продолжила: – Разрешите доложить – задание выполнено. И это... почешите меня уже кто-нибудь!
Капитан Радиэн на мой жалобный стон лишь усмехнулся, а вот близстоящие парни свой дружный гогот сдерживать не стали. Ну да, ну да… Великая и ужасная шайгосс простит о таком… неприличном.
А мне даже не покраснелось. Чешется же!
– Вообще-то чесаться не должно. У тебя похоже аллергия на препарат, – выждав, когда парни отсмеются, капитан немного нахмурился. – Терпимо?
– Терпимо. Только спать хочу... – пробормотав и зевнув снова, я разлепила глаза в последний раз, чтобы уточнить: - Мы сдали?
– Сдали. Спи, – иронично скривив губы, капитан утвердительно кивнул и махнул рукой парням, чтобы все загружались в бот.
Похоже, ждали только нас. Вот и чудно...
– Зеленый, бережно... – пробормотав яурку куда-то в район шеи, я расслабилась окончательно и отбыла в блаженное «нигде». В то самое нигде, где ничего не чешется!
Чувствуя по изменившемуся дыханию девушки, что она, наконец, уснула, яурк качнул головой и едва уловимо вздохнул, снова подхватив её на руки и шагая к боту. Вот ведь сама непосредственность! И ведь совсем не стесняется... Интересно, что будет, когда она узнает, что их считают парой? Он-то прекрасно знает, что у неё есть мужчина. И даже знает кто именно. Но вот её вроде бы и шутливое подначивание мало кого оставляет равнодушным – она слишком красива и даже зная её порой жесткий и мстительный характер, никто из его знакомых парней не отказался бы с ней встречаться. И мало кто верит, что они действительно только напарники. Просто они не знают её так, как за последний месяц узнал её он... Нет, с такой девушкой невозможно встречаться, лишь работать и то, осторожно.
И если честно, то он слабо представляет, как она уже целый год встречается со старшим мастером – да ему вообще памятник ставить надо! Хотя и в нём порой что-то странное проскальзывало. Видел он его пару раз – тоже не простой мужик, наверняка корпус заканчивал. Интересно, сама Милана знает об этом? А может, поэтому и встречается... Впрочем, это не его дело, его дело доставить эту несознательную блондинку до лагеря и передать медикам. Вот если бы они ей кроме лечения плеча ещё и мозги вправили... Увы, чуется ему, что это уже невозможно. Хотя говорят, кер Ишшер ей регулярно их вправляет – раньше она была ещё безрассудней. Остаётся только надеяться, что за последующие полтора года обучения она хоть немного научится предугадывать последствия своих порой не самых умных слов и поступков. Говорят, надежда умирает последней...
В себя я пришла уже в саркофаге, причем, судя по ощущениям тела, я пробыла в нём довольно долго – есть хотелось немилосердно. Поведя плечом и скосив на него глаза, убедилась, что оно как новенькое и тут же постучала по крышке. Выпускайте уже меня! Есть хочу!
Знакомое лицо пожилого медика-эльдива нависло над прозрачной крышкой саркофага и я криво усмехнулась на его вопросительно приподнятые брови.
– Выпускай, эскулап. Я уже в норме.
– Вообще-то тебе лежать ещё минимум два часа.
– Ирвин, не выпустишь - я с голоду помру! Знаешь же, что я восстанавливаюсь быстрее за счет регенерации, – возмутившись, стукнула по крышке снова. – Выпускай, изверг! Я вообще сегодня только завтракала!
– Вообще-то вчера, – невозмутимо покачав головой, медик едва уловимо улыбнулся. – Ты тут так долго, потому что мы тебя лечили в основном от аллергии и выявляли собственно сам аллерген.
– Выявили?
– Да, конечно. И даже ликвидировали возможность его возникновения вновь. Благодари фрасхов.