Чтение онлайн

– Слыхал?
– Антон подобрал подушку, устраиваясь поудобнее в сидячем положении у изголовья кровати.

– Как ни слыхать...
– пожал Кирилл плечами, прекрасно поняв, о чём спрашивает его приятель.
– Все в городе только об этом говорят.

– И что говорят?
– тут же поинтересовался Антон.

– А по разному все. Растерялись.

– Так ты понял, кто это на нас возле Буланаша напал? Это же и были они - пришельцы! Ты, Кирилл, - торжественно заявил Антон, - первого ханкарца в наступающей войне завалил. Понял?

– Да погоди ты...
– поморщился Кирилл.
– Ты лучше расскажи, как себя чувствуешь. Я вот яблок тебе принёс, больше в городе ничего сейчас не найдёшь - суматоха, суета. Ну? Бок болит?

– Да хоть завтра в бой! Видал, какие лекарства у Кассандры. Это ж прямо бальзам животворящий, а она весь тюбик на меня извела. И так не помер бы.

– Да уж. Мы тебя еще потом пёрли под землёй несколько километров. Хорошо, что у них там прямо-таки маленькая железная дорога проложена, на дрезине ехали. Если бы не пластырь, истёк бы ты кровью.

– А где Кассандра?
– спросил Антон.

– У Сабурова, она теперь в координационном совете.

– Понятно. Ну девчонка! Кто бы мог подумать!.. Ну а ты-то что об этом всём думаешь?

Кирилл задумчиво потёр уже порядком выступившую на подбородке и щёках щетину.

– Курить тут у тебя можно?
– спросил он Антона.

– Кури, чего там, - махнул рукой Орехов.

Кирилл достал пачку, повертел её в руках и снова положил в карман. Легко сказать - "что думаешь"... А если в голове сейчас невесть что твориться...

– Человек ко всему привыкает, - философски заметил он вслух. Иногда привыкает к настолько непривычному и привыкает настолько быстро, что только диву даёшься. Так и сейчас - пока болтают, пока спорят, а завтра уже так привыкнут, что только удивляться будут: неужто были времена, когда мы без ханкарцев этих долбаных жили? Был у меня один знакомый в Москве, утверждал, что только к смерти человек привыкнуть не может. Чушь. К смерти мы еще быстрее привыкаем, чем к жизни. А уж к инопланетянам...
– и Кирилл отмахнулся рукой.

– Вот правильно!
– заявил Антон.
– Вот и я говорю: ничего удивительного здесь нет. Космос велик, вселенная бесконечна, и рано или поздно контакт с инопланетной цивилизацией должен был произойти. Я вообще, удивляюсь, почему этого раньше не случилось.

– Да уж, - невольно усмехнулся Кирилл.

– А что?
– развёл Антон руками.
– Посмотри сам: и резиденции у нас на Земле их работали, и в космосе, оказывается, полно выходцев с нашей планеты, а мы до сих пор ни хрена не знали. Вот где парадокс! А узнали бы - не поверили.

– Почему - "не поверили"? Поверили же в конце концов.

– Проняло нас только тогда, когда они нам на голову сели и в лоб клюнули.

– Вот именно - клюнули. Мало нам своих фашистов на Земле, так ещё из космоса "привалило счастье". Почему именно так, почему?

– А почему нет?
– горячо возразил Антон.
– Оказались наши братья по разуму агрессивной цивилизацией. А противоречит это логике развития разума? Представь, если бы в своё время Гитлер захватил всю Землю и вырвался бы в космос...

– Да понимаю я всё, что ты мне тут лекции читаешь, - отмахнулся хмуро Кирилл.
– Но ведь тоска же, обида, что вот так оно всё получилось.

– А если бы они к нам с шизофреническими лобзаниями явились, тебе понравилось бы? С маниакальными лобзаниями звёздных педиков, к примеру? Тебе понравилось бы?
– и Антон истерически хихикнул.

– Да уж лучше с лобзаниями...
– несколько растерялся Кирилл.

– Э, не скажи. Ты помнишь наш прежний мир? Тот, который кончился несколько часов назад. Ну, что у нас там было хорошего? Что? Преступность, наркомания, бездуховность, бездумность, серость. Тупик развития цивилизации. Одни из нас становились рабами наживы, другие кидались к псевдопророкам в секты, третьи искали выхода собственной энергии в фашистских организациях. А самоубийства, а поголовное пьянство, а дети, через одного уроды. Только не надо мне в морду Западом тыкать - там людское общество ещё хуже нашего, хотя внешне и выглядит здоровее. А на самом деле давно превратившееся в оболваненное общество. С инстинктами наживы, благосостояния, престижа... А зачем живём мы, люди давно и думать забыли...

– Хватит банальщину нести, - устало сказал Кирилл.
– Тоже мне, пророк отыскался.

– Нет, ты погоди, - упорствовал Антон.
– Я тут пока в одиночку кашу жрал, знаешь, сколько передумал. С Лизавет Иванной много не порассуждаешь, я ей еле смог втолковать, что такое инопланетяне. А ты меня понять должен. Так вот слушай. Человечество оказалось без цели собственного существования. Землю мы освоили настолько, что дальше стало неинтересно, космос тоже ничего, как думалось нам, интересного не представляет - планетки пустынные, как сама смерть... Нет, я не говорю за отдельных личностей, которые фанатично копаются над познанием окружающего, я говорю о среднестатистическом гражданине. А у гражданина этого нет никаких позывов к дальнейшему своему существованию. Только животные инстинкты к потреблению пищи, к размножению и так далее. Но людям-то этого мало - им эйфорию завоевания космоса подавай. Или построения коммунизма. Или победного марша собственной расы. А иначе - загнивание, смерть, деградация. А теперь смотри - появляются пришельцы из космоса, да не просто пришельцы, а захватчики, агрессоры, враги. Теперь у человечества появился стимул к возрождению, к прогрессу - борьба за освобождение. Цель появилась, смысл существования, эйфория и романтизм. Из покрытого плесенью болота наше общество будет быстро превращаться в проточное озеро. Борьба против космических захватчиков возродит человечество. Вот что ты должен понять.

– Понять?
– Кирилл вдруг почувствовал злость.
– Романтизм борьбы, говоришь... Может быть... А нюхал ты когда-нибудь, как нутря человеческие пахнут, наизнанку вывернутые? А мясо обгорелое своих друзей по полю собирал? А как человек перед смертью потеет, видел? А запах того пота слышал? А знаешь ты, что с человеком становится в душе его, когда он под собственным пузом запал в гранату вкручивает?!

Кирилл всё-таки закурил. Поломав при этом несколько сигарет и исчиркав кремень зажигалки.

– Значит ты уйдёшь из Резерва?
– спросил Антон после некоторого молчания.

Кирилл дёрнул плечами.

– Не знаю я ещё, - сказал он охрипшим голосом.
– Я ведь обманул вас с Кассандрой, когда мы ещё там, в городе, встретились. Никакой я не посланник от Сабурова и никогда прежде я не бывал в Резерве. А пробрался я сюда только за тем, чтобы убить коменданта этого объекта. Киллер я, понял? Наёмный убийца. Либо я Сабурова убираю, либо убирают меня. Вот так-то...

И он выпустил струйку дыма в звенящую тишину, что повисла в больничной палате после его слов.