Бессердечный
Шрифт:
– В таком случае, поздравляю с победой, Ратх, - обратился Высший к парню, пока мы общались с Луной — так я решила назвать эту девчонку.
– Твою семью ждёт щедрое вознаграждение, а пока, надеюсь, ты поможешь своей подопечной устроиться во дворце.
Он поблагодарил императора и повёл малышку прочь. Глядя ей вслед, я никак не могла отделаться от мысли, что кое-кто не простит мне того, как я не попросила у него эту лошадь, а, получается, сама взяла и присвоила. Не знаю, откуда в голове были эти мысли — наверное то, как всё ещё стискивали мою руку, говорило об этом. Уж не моё горло ли он представлял?
А потом мне опять не дали с лова вставить и спросить о судьбе остальных скакунов, когда к нам на всех парах подскочил господин Рошаль, потеряв по пути Марка, а Высшему пришлось задвинуть меня за спину, и этот жест отчего-то не вызвал у меня протеста.
– Ваше Величество, - едва дыша от нетерпения и потея, обратился к нему мужчина, одетый по местной моде.
– Когда же мы наконец-то сможем поговорить о делах? Ваши мероприятия и отдых — это, разумеется, прекрасно, но…
– А разве мы куда-то торопимся?
– с холодной улыбкой отозвался Чурбан, но я могла поклясться, что на дне его глаз то вспыхивало, то затухло холодное пламя.
– Основные соглашения о мире у нас давно подписаны — осталось дело за малым, так почему бы Вам просто не расслабиться? Или чего-то не хватает?
– добавил угрожающе-любезным тоном.
– Нет-нет, - поспешил заверить его в обратном маг, мгновенно становясь похожим на сына ещё больше — такой же жалкий. А ведь недавно я его почти до смерти боялась.
– Всё на высочайшем уровне, просто хотелось бы знать, когда мы сумеем поговорить с Вами с более… приватной обстановке.
Интересно, а там он выскажет просьбу вернуть меня отцу или он не настолько наглый, как о нём говорят?
– Я скоро дам Вам знать. А теперь прошу простить — у нас на носу очередной Совет, да и моя новая лай’рэ жаждет моего внимания, - прижав меня к себе под прищуром злых глаз, заявил Высший, а я поёжилась. Ох и припомнят же мне ещё всё это…
– Разумеется, - едва не скрипнул зубами маг, удаляясь обратно к ожидающей его делегации, а мы как-то быстро остались вдвоём посреди стремительно опустевшей площадки. Только ветер звенел песчинками, поднимаемыми в воздух — даже господин Эмиль испарился.
– Смотри внимательно, Вишенка, - оказавшись за моей спиной и прижав меня к своей груди, он заставил провожать старика взглядом.
– Этот человек никогда не подаст никому руку помощи и всё сделает лишь для своей выгоды. Я хочу, чтобы та запомнила это и никогда не просила его ни о чём, поняла? Даже если будешь умирать.
Если честно, не особо — когда тебя так сжимают, хочется просто исчезнуть, чтобы чужой, почти осязаемый гнев тебя не коснулся, не обжёг ненароком или специально, — но на всякий случай я просто кивнула.
– Ты специально злишь его?
– не зная, зачем, спросила — видимо, просто хотелось отвлечь чудовище, чтобы оно не было таким пугающим.
– Хочешь посмотреть, до какой точки кипения он дойдёт?
– Ты умна, Вишенка. Жаль, не всегда, - припечатал он, заставив вздрогнуть.
– Шейнар! Заберите мобили.
Оборотень появился, а рядом с ним возник второй, и у меня закружилась голова — так эти двое оказались похожи. Правда, Его Величество как обычно не позволил проявить любопытство. Подхватил на руки, раскрыл свои огромные крылья и без предупреждения устремился ввысь, вынудив крик вырваться из горла.
– Спусти нас! Ты что творишь?!
– Не дёргайся, а то сброшу и поймаю у самой земли. Хочешь?
– безмятежно ответил он, и мне пришлось сильнее вцепиться в его каменные плечи, наверняка оставив там царапины.
Псих… Ненормальный, бородатый старикашка! Какого он вообще вытворяет? Или это месть за лошадь и за то, что не надела дурацкий ошейник?
Впрочем, ответ на этот вопрос я узнала вскоре, но пока постаралась ни о чём не думать. Пока мы рассекали воздушные потоки, соревнуясь с ошалевшими птицами в скорости, я украдкой следила за мужественным лицом, казалось, расслабившимся только сейчас, вдали от посторонних. Он выглядел таким умиротворённым и одновременно уверенным, что против воли я задержала свой взгляд на нём чуть дольше положенного.
– Нравлюсь?
– чуть дрогнули его губы.
– Ещё чего, - фыркнула я, испугавшись и чуть не разжав наши смертельные объятия.
– Просто считала твои морщины.
– Которых почти не было.
– Не играй с огнём, Вишенка. Тебя итак ждёт наказание.
– А что-нибудь новенькое меня не ждёт? Наказание, наказание, - ворчала я, видя приближающиеся шпили дворца, и с высоты он выглядел действительно сказочно. Пришлось даже отвесить себе очередную мысленную затрещину, чтобы не восхищалась своей клеткой, а то некоторым, наделённым властью, покажется, что я смирилась…
Мы сделали почётный круг — император явно решил похвастаться передо мной всеми своими владениями, включающими кучу красивых построек неизвестного назначения и сады с их разноцветием красок, а я действительно впечатлилась, правда, продлилось это недолго. Мы как-то быстро приземлились на мой балкон, и Высший сразу сделался суровым, опасным, как острое лезвие, но я не сразу поняла причину, пригревшись на его груди.
А потом увидела то, что стало с моими покоями, перевёрнутыми вверх дном, уже явно после моей вспышки; Шейнара, сжимающего кулаки, коленопреклонённую Айну, и ещё раз взглянула на императора, шагнувшего к оборотню и отвесившему ему удар. До меня иногда очень медленно доходило, это правда, но то, что за словами Высшего о колье скрывалась совсем иная правда, нежели желание меня унизить, я вдруг поняла почти молниеносно. Поняла и захотелось себе врезать за несообразительность.
– А теперь объясни мне, Шейнар, почему, когда я сказал тебе во что бы то ни стало отдать ей украшение, ты ослушался?
– подтверждая мою догадку, прогремел вопрос.
И ответ мне тоже захотелось услышать.
– Я виноват, Ваше Величество, - припал на одно колено оборотень, пока я не могла перестать смотреть на обстановку.
Трудно было оторвать взгляд от почерневших стен и пола, где до сих пор виднелись затухающие угольки, будто тут пламя бушевало. Кто мог сотворить такое? Понятно, что без магии это вряд ли было возможным, да и её запах я всё равно пусть и слабо, но улавливала, однако я полагала, что эти покои были хотя бы под присмотром. Выходит, ошиблась.