Чтение онлайн

– Чего он так далеко сныкался?

– А вот, думаю, что он из города сдриснуть хотел, да не вышло, – ответил Старый. – Закопался у самых окраин, на счастье нам, иль, на беду. Сегодня, думаю, за себя попросим, а завтра может кто и против нас будет попросит. Такие дела…

– Да и поможет ли? – Матвей припомнил, как Старый пытался ему объяснить, кто такой этот Чур, и какая ему польза от кутышей.

– Поможет, думаю. Только много попросит. Чур всегда много просит, – посетовал Старый. Как главный в Котле, он берёг каждую кроху запасов и наперечёт знал каждый стопельный гриб на стенах их дома. – Хотя лучше уж так…

Легко сказать, а как прожить Долгую Зиму, когда в подвале столько ртов? Восемь семей, и грибница почти отмерла. Сколько подвалов не осматривали, подходящего не нашлось. Грозил голод. Теперь ещё и Скорбь донимала. Было бы чем заплатить Чуру с излишков, Матвей бы локти не грыз, но ведь придётся от малышей отнимать, уповая, что летом звероловам или сборщикам повезёт.

Сглотнув голодную слюну, он поплёлся за Старым по бетонным обломкам и пыльной траве. Вошли в пятиэтажку. Пахнуло сырой чадью, оба закашлялись. Старый натянул на лицо шаль. Матвей боязливо огляделся по углам в поисках ложных грибов. Ядовито-оранжевые шляпки притаились за ребристыми батареями. Подходить к Ложке ни в коем случае нельзя, иначе осыплют спорами, заболеешь махрой, и сам станешь грибницей.

Матвей зажал нос со ртом тряпкой и побрёл сквозь полутьму следом за Старым. Грязными коридорами они пробрались до хорошо сохранившейся металлической двери. Но, что самое удивительное, над дверью сидело что-то живое. Одноглазая птица медленно поворачивалась на жердочке с проводком. Присмотревшись получше, Матвей узнал электронику, только не промороженную и разбитую, как в опустошённых квартирах, а вполне себе действующую.

– Чур, это я! – стянул с головы шапку и шаль Старый. Морщинистое лицо с чёрными мелкими крапинками уставилось в камеру. – Открой, Чур, мы по делу!

Он обернулся и торопливо замахал Матвею.

– Сдёрни шапку! Не тяни!

Матвей развязал ушанку и стянул её вместе с пакетом, которым плотно укутывал голову. Верх шапки давно прогорел у костра. Одноглазая птица на насесте отвернулась от посетителей и посмотрела в другую сторону. Старый больше не звал. Кричать в малознакомом районе вообще было опасно, не у одного тебя на голове есть уши.

Старый жамкал шаль пальцами и всё ждал пока ему откроют. Тянулись минуты, птица мерно жужжала, дверь по-прежнему заперта.

– Может нет его? – вслух подумал Матвей.

– Это кто с тобой? – вдруг треснула металлическая решётка под потолком, которую он и не заметил.

– Это со мной, со мной! – воспрянул Старый и сбивчиво заговорил. – Он за меня в Котле старожилом будет! Да как сказать, думаю, он… Старый я уже, думаю, он меня скоро сменит! Сменщик мой, во! Должен же я научить к кому обращаться! Дорогу показываю!

– Дорогу ко мне?.. Приемника нашёл, что ли? Я тебе велел никого ко мне не водить.

– Так уж это так получилось! Да и далеко ходить к тебе, не всякий раз выберешься! Открой, Чур, дело у нас!

Решётка помолчала немного. Матвей задержал дыхание от кислой вони ложных грибов. Яркие склизкие шляпки служили хорошим предостережением любому, кто могу сунуться в пятиэтажку, и будто стерегли дверь.

Чур так и не ответил. Щёлкнул замок, Старый потянул за дверную ручку, и перед Матвеем открылась ярко освещённая подвальная лестница. Электрического света Матвей в жизни не видел. Ему представлялось, что электрический свет должен походить на дневной, не зря ведь старики говорили: «Ярко, как днём», но по правде электрический свет сильно резал глаза, будто молния в длинной стеклянной трубке.

Пока спускались по чистым ступеням с двумя широкими пандусами, Матвей на всякий случай спросил:

– Чур знает, где наш Котёл?

– Нет, думаю, – оживился Старый. – Он район-то знает, но в каком доме подвал у нас – никому, даже Чуру никогда не рассказывай!

Внизу лестницы стояла ещё одна металлическая дверь, и открыл её уже сам хозяин подвала.

Матвей ожидал увидеть крепкого мордоворота, но на пороге стоял мужик лет пятидесяти с редеющими волосами, необычайно хорошо одетый для города. Вот бы Матвею такую плотную зелёную толстовку со вставками на локтях и плечах, чёрные рабочие штаны с широким кожаным ремнём и крепкие тупоносые ботинки! Больше всего Чур смахивал на пристяжного бандита какого-нибудь строгого крышака, но скорее на человека из далёкого сытого прошлого. И Матвей, наверное, засомневался бы, Чур ли перед ним, если бы не знал точно, что Чур никого к себе не пускает и живёт в Котле совершенно один.

– Оружие? – спросил Чур. Матвей и Старый отдали ему махачи, больше у них при себе ничего не было. Чур взял дубинки, пропустил кутышей внутрь подвала и старательно запер махачи в одном из зелёных шкафчиков возле входа. Такого Котла Матвей точно не видел, настоящий дворец! Стены выбеленные, без плесени, ни следа грибов и лишайных наростов. Стоило войти, сразу бросился в глаза рамочный генератор. От генератора тянулась связка кабелей, часть из которых подключалась к трём белым шкафам у стены. Шкафы высотой в человеческий рост до блеска надраены, со скошенными богами и буквенно-цифирной маркировкой по центру.

У другой стены чисто заправленная койка, жестяные банки, пластиковый бачок с водой и самодельный умывальник, склад коробок, и больше ничего Матвей рассмотреть не успел.

– Чего зенками шаришь, в музее?

Матвей отмолчался, хотя увиденное и правда можно было сравнить с музейными экспонатами. Уж больно много вещей из далёкого прошлого скопилось в этом котле.

Чур поглядел на него, потом кивком указал на пластиковый стол и четыре стула рядом со шкафчиками. Дальше своей импровизированной прихожей Чур кутышей не пустил. На столе были разложены части оружия. Только гости уселись, Чур вернулся к своему занятию. Он вычищал промасленной тряпкой ствольную коробку, иногда брызгал на неё спреем и никаких вопросов не задавал. Через некоторое время молчаливой работы, Старый начал сам, без всякого спроса.

– Просто так к тебе, Чур, думаю, не ходят, только когда совсем уж прижало…

– Ко мне вообще никогда не ходят. Ты один. С другими в городе пересекаемся. Что, котёл ваш нашли? – мельком поглядел на него владелец подвала.

– Нет, не нашли пока, думаю. Но тут другое случилось…

– Сразу предупреждаю, если банды кого-то из ваших в Вышку упёрли, то я спасать не полезу. Сами разбирайтесь, я вам не армия и не спецназ.

– И с таким бы к тебе не пришёл, – уверял Старый. Всё время вступительного разговора Матвей оглядывался вокруг. Возле внутренней двери, в которую их впустили, висел плоский дисплей с чёрно-белой картинкой от той самой камеры над дверью. За коробками он увидел кирпичную кладку. Чур основательно замуровался от остальной части подвала.