Беловодье
Шрифт:
Хуан не выжил, его густо покрыли гнойные язвы и он сгорел от болезни за несколько дней, так что его похоронили в чужой земле.
— И выбросьте этот чертов гамак! — распорядился боцман. — А то такое впечатление, что он проклят!
Все тут же вспомнили, что и правда оспой заболевали именно те, кто на нем спал, так что кусок парусины был тут же выброшен за борт…
А еще через две недели плавания капитан Томас Бернальдо де Кирос отчитывался перед вице-королем Новой Испании Мартином Энрикесом де Альмансой о проделанном путешествии.
—…Еще один момент, ваша светлость, что показался мне важным, индейцы обитавшие в дельте реки, где мы прятались от бури, просили нас мочиться в специальные тыквенные кувшины. Как я потом понял, они эту мочу отвозят на остров к демонопоклонникам и взамен получают вот такие бусинки. Я за нее отдал нож.
— Дельно придумано… — произнес вице-король крутя в пальцах продолговатую красную бусинку вокруг которой обвивалась тонкая золотистая нитка, но не из золота, а из все того же стекла. — А из мочи московиты хотят получить порох…
— Скорее всего, ваша светлость. Только представьте, сколько они этой мочи каждый день таким образом собирают с дикарей, учитывая какие территории занимают племена входящие в союз с ними.
— Много. Но это было раньше… Теперь в любом случае объем этого продукта резко сократится учитывая, насколько дикари сильно подвержены заболеванию оспой…
На это капитан только усмехнулся.
— А это значит ваша светлость, что они не смогут натравить на нас толпы дикарей и им придется против нас сражаться самим. А уж мы покажем этим нечестивым демонопоклонникам, как умеют биться во имя Господа нашего Иисуса Христа славные католики!
— Верно. Господь явно благоволит нам в этом, и демонопоклонники будут повержены воинством христовым, — кивнул вице-король, вдруг подумав, что оспа — это отличное оружие против строптивых дикарей.
«Даже странно, что никому из нас это раньше в голову не приходило, а именно целенаправленно использовать против них эту болезнь, хотя все лежало на поверхности… — начал он размышлять. — Господь ведь явно раз за разом давал нам знак, ведь именно оспа дала Кортесу и прочим конкистадорам провести все их завоевания и взять сию землю под власть Испании. Сам Господь сокрушал врагов наших! А значит и мы, как верная его паства, должны воспользоваться вложенным самим Господом нам в руки оружием! Достаточно продать дикарям что-то зараженное оспой и от агрессивно настроенных к нам племен почти ничего не останется, а то, что останется легко можно добить небольшим отрядом…»
Энрикес де Альманса, глянув на карту с обозначением границ Новой Испании, сосредоточив внимание на областях из которых пришлось отступить, плотоядно улыбнулся…
Глава 8
19
Корабль неизвестной национальной принадлежности (флаги на мачтах отсутствовали, что, впрочем, обычное дело) прошел мимо и, казалось бы, на этом все закончилось. Но интуиция Алексею подсказывала, что все не так просто и первый звоночек прозвенел, когда от племени массачусетт прибыл катамаран (индейцам очень понравилась идея соединять несколько лодок между собой увеличивая полезную площадь и грузоподъёмность) с очередной партией мочи. Впрочем возили не только мочу, но и прочие товары вроде различных орехов, овощей и конечно же кленового сахара.
— У нас была большая лодка с белыми людьми, они искали других белых людей…
— И вы конечно же сказали о нас…
— Да, вождь Сажающий Ели, — улыбаясь, подтвердил индеец.
«С другой стороны мы ведь не просили никому о нас не говорить», — подумал Алексей, хотя конечно хотелось биться головой о дерево, перед этим хорошо постучав головой индейца об него же.
— Они назвали себя? Сказали из какого народа?
— Спаны.
— Спаны? Что еще за спаны?
«А! Испанцы!» — понял Алексей.
Это не сулило ничего хорошего, как впрочем и при встрече с любыми другими европейцами, но Испания сейчас в Америке в силе… и раз они ищут других европейцев, то явно не для того, чтобы дружить.
«А если ищут конкретно нас, то дело пахнет керосином, даже напалмом», — снова подумал он.
Вдруг этот индеец, как-то резко побледнев, осел на землю.
— Что-то мне нехорошо…
— В больницу его!
Индейца подхватили и уволокли к Матрене.
— Что с ним?
— Пока неясно… Сильный жар, озноб… Может быть и чума…
— Нет! — невольно воскликнул парень. — Н-нет… это не может быть чума… они бы тогда там на корабле все сами передохли бы…
К вечеру осенними листьями опали остальные приплывшие индейцы-массачусетт.
— Твою же мать… — сплюнул Алексей, поняв, что чтобы ни свалило индейцев: оспа, тиф, холера, это определенно эпидемия спровоцированная европейцами.
Но хуже всего было то, что эти массачусетты совершили свое плавание не прямиком из точки «А» в точку «Б», а делали промежуточные остановки на ночевки в том же племени вампинаги и наррагансет, ведь спускались по реке, что протекала по их землям являясь при этом еще и естественной границей между племенами. Потом плыли по океану и конечно же заглянули в прибрежные поселения нантиков, могикан и маттабезиков. В эти селения стекаются поставщики мочи из отдаленных поселков находящихся в глубине материка и соответственно уносят заразу к себе…
— Срочно гонцов на юг!
Но было уже поздно. Далеко и шторм помешал. Племена союза ленни-ленапи так же оказались заражены, как стало ясно именно оспой. И все по той же причине — шиконезы к которым заглянули испанцы чтобы укрыться от урагана, тоже повезли эту треклятую мочу русам ради мусорного бисера и так же останавливались по пути в прибрежных поселениях.
Заражение произошло не только материковых индейцев, но и островных, те заглядывали к материковым, чтобы добыть железной или медной руды. Оспа очень вирулентная зараза, потому распространялась с огромной скоростью, так что очень быстро большая часть индейцев натурально слегла. А потом пошел вал смертей.
— Это катастрофа…
Алексея сильно морально придавило. Ведь по сути именно он был виновником этой пандемии, ведь благодаря ему раскинулась эта густая и очень подвижная торговая сеть, моча, руда и прочие товары стекались на остров ежедневно, приходили десятки лодок, а на них сотни человек…
— Неужели ничего нельзя сделать? — спросила Феодора, что тоже осознала весь кошмар ситуации.
— Делаю… что могу, но это практически ни на что не повлияет… Мы даже остров не сможет весь охватить, а про материк и вовсе молчу.