Чтение онлайн

Ровно через месяц после получения ссуды в дверь к Марку постучался Пойнтер и потребовал возврата долга. Марк сказал, что ему нужно время. Возникли проблемы с перевозкой, соврал он. Язык у него подвешен хорошо, и Пойнтер дал ему еще один день.

Марк хотел забрать остатки своей страховки – двадцать тысяч долларов – и отдать их в качестве первого взноса. Но на следующий день Пойнтер уличил его во лжи, а когда Марк предложил ему двадцать тысяч, просто рассмеялся. Нет, так не пойдет, сказал он и познакомил Марка с новым для него интересным миром – миром боли. Избиение продолжалось добрых полчаса, в течение которых Пойнтер не сказал ничего существенного.

– Знаешь, Марк, – наконец произнес он, развалившись на диване, – я навел о тебе справки. Ты из богатой семьи и надеешься, что мистер Слейтер поверит, будто бы ты не можешь наскрести жалкие шестьсот тысяч? А теперь, пока я не перерезал тебе горло, быстренько объясни, почему ты нас кинул?

Хотя прошел уже целый месяц, Марк все еще помнил ту боль. Он помнил, с каким терпением убийца выслушал его рассказ о семье. Когда Марк закончил, Пойнтер, казалось, был глубоко разочарован необходимостью убить его.

Но когда блеснула бритва, в голову Марку пришла идея. Он торопливо сказал, что есть еще один выход. Марк вспомнил один пункт в завещании своего отца: старик создал фонд в пользу своих внуков, единственным же внуком был Натан. В фонде было больше трех миллионов. Эти деньги предназначались для обучения внуков в колледже и для того, чтобы им было потом легче начать самостоятельную жизнь. Но в завещании говорилось и еще кое-что:

«В том случае, если кто-нибудь из внуков погибнет до наступления тринадцатилетия, упомянутая сумма должна быть передана отцу ребенка или, если в силу каких-либо причин осуществить это не представится возможным, деньги необходимо разделить поровну между всеми моими живущими потомками».

Пока Пойнтер слушал рассказ Марка, у него появился свой план. Марка он оставит в живых с единственной целью – чтобы было кому получить деньги после убийства его племянника. Пойнтер же пока прикроет Марка от гнева мистера Слейтера – не безвозмездно, за двести тысяч.

Устранение Натана он предоставил Марку, дав понять, что ему нужна чистая работа. Она могла стоить дорого, и Пойнтер даже вернул ему двадцать тысяч первого взноса. Остальное было до смешного просто. Марк последовал за воспитателями ИЦП, когда те, окончив смену, отправились выпить в «Вудбайн Инн». Все они за стаканом жаловались на судьбу и работу, а громче всех сетовал парень по имени Рики Харрис.

В тот вечер Марк заказал Рики много выпивки. Свое предложение он сделал ему в полночь. Все, что от него требуется, говорил Марк, – это убить мальчишку и убраться из страны. В некоторых уголках земного шара, втолковывал он, двадцать тысяч долларов – целое состояние. Рики Харрис никогда в жизни не держал в руках такой суммы, а узнав, что убить нужно Натана Бейли, согласился с радостью.

Так все началось. Теперь же Марк одиноко изнемогал от жары в доме, который скоро перестанет ему принадлежать. От грустных мыслей его отвлек стук в дверь. Марк доковылял до двери и распахнул ее. За ней стоял крупный мужчина ростом примерно метр восемьдесят пять.

– Чего надо? – спросил Марк.

Незнакомец вошел без приглашения.

– Я пришел поговорить. Мистер Слейтер передает тебе привет.

Первым, что бросилось в глаза Джеду, когда они с Гарри Томпкинсом подъехали к жилищу Марка Бейли, были задернутые занавески. Они придавали дому заброшенный вид. У дома стоял «бронко».

– Это его машина, – сообщил Гарри. – Стоит на том же месте, что и вчера.

– Мне кажется, здесь что-то не так, – задумался Джед. – Вроде бы никого нет дома. И жалюзи опущены.

– А машина стоит, как стояла, – сказал Гарри. – Может, он просто боится жары?

Джед вышел из автомобиля и бесшумно пошел к крыльцу. Гарри последовал за ним. Он удивился, когда Джед вытащил из кобуры большой девятимиллиметровый «глок».

– В чем дело? – спросил Гарри, доставая свое оружие.

– Еще не знаю, – ответил Джед. – Но что-то здесь не так. Стоя сбоку от двери, на тот случай, если изнутри откроют огонь, Джед громко постучал. Никто не ответил.

– Марк Бейли! – крикнул Джед. – Это полиция. Открывайте!

Из дома никто не отозвался.

Джед взглянул на дверную ручку, затем кивнул Гарри. Тот взялся за нее и повернул. Дверь не открылась. Джед встал напротив двери, направив на нее пистолет. Гарри ударил в дверь каблуком, и она с треском распахнулась внутрь, а потом чуть не захлопнулась обратно, но Гарри придержал ее плечом.

– Марк Бейли! – снова закричал Джед. – Это полиция! Тишина.

– Проверь первый этаж, – приказал Джед, – а я посмотрю наверху.

Они разделились. Едва Джед успел подняться по лестнице, как Гарри позвал его из гостиной:

– Сержант, я его нашел. Он в гостиной. Мертвый!

Когда Джед спустился, Гарри как раз заканчивал осматривать первый этаж.

– Убийца ушел? – спросил Джед.

– Да, – кивнул Гарри, – здесь его нет.

Тело Марка Бейли было крепко привязано к стулу, голова откинулась назад. Широко раскрытый рот обрамляли алые кровоподтеки.

Джед звонил по телефону в полицию и медэкспертам. В ожидании ответа он осмотрелся вокруг: телевизор был разбит, рядом с диваном валялись газеты, открытые на сообщениях о Натане. С нетерпением ожидая, пока кто-нибудь возьмет трубку, Джед заметил стопку бумаг – это были какие-то юридические документы. На самом верху лежало завещание некоего Уильяма Стивена Бейли. Джед от нечего делать пролистал скрепленные страницы.

На четырнадцатой странице что-то привлекло его внимание. Дойдя до середины второго параграфа, он сел на край дивана.

– Что-то нашли? – спросил его Гарри.

– Да, мотив, – коротко ответил Джед.

– Отдел медицинской экспертизы. Джулия у телефона, – раздался голос в трубке.

– Давайте-ка во всем разберемся, – сказал шериф Мерфи, выслушав Уоррена. – Вы хотите, чтобы я бросил все силы на поиски какого-то мифического наемного убийцы?

Уоррен посмотрел на шерифа и Петрелли: они походили на сидящих на жердочке попугаев. Только глубочайшая вера в справедливость системы уголовного правосудия удерживала Уоррена от того, чтобы прихлопнуть их обоих. Он понял, что убеждать их в чем-либо бесполезно.