Башня грифонов
Шрифт:
Надежда посмотрела вслед пожилому. Он торопился, походка была тяжелой, небось дышит тяжело. Она достала из сумочки косметичку и накрасила губы. Пожалуй, ей тоже пора.
Надежда Николаевна Лебедева хоть и не работала в последнее время, но не было у нее так заведено, чтобы рассиживаться по садикам просто так. Дела всегда находились, если не свои, то друзья и знакомые что-нибудь попросят сделать. Причем в такой манере, что никак нельзя отказаться. Ну, в конце концов, Надежде не трудно.
Но сегодня она оказалась в этом районе по своим делам. Очень захотелось к весне поменять занавески в гостиной. Там висели плотные, тяжелые, темноватые, а хотелось чего-то полегче. И чтобы цвет был золотистый, солнечный.
Эту фирму посоветовала приятельница, она как раз недавно закончила ремонт. Фирма называлась «Эдем», но пускай тебя это не смущает, предупредила приятельница. Вполне приличные там работают дизайнеры, прислушиваются к словам клиента, свои вкусы им не навязывают.
Дизайнер Елена и правда попалась, как теперь выражаются, вполне вменяемая. Вежливая, внимательная и в своем деле понимала. Они с Надеждой подобрали ткань, но по ходу дела выяснилось, что нужно менять и карнизы. Выбрали и карнизы, после чего Надежда честно ждала две недели.
Не обманули, на пятнадцатый день позвонил мастер и сказал, что готов приехать в любое, удобное для Надежды время, чтобы установить карнизы и повесить занавески. Порадовавшись, что в фирме работают ответственные люди, Надежда назначила день.
Мастер приехал и все сделал. Но оказалось, что красивые латунные набалдашники, которые накручиваются на концы карнизов, категорически не подходят. Просто размеры не совпадают, они гораздо больше, чем нужно. Как уж так получилось, кто переврал размеры, разбираться не стали, Надежда договорилась привезти набалдашники в офис, чтобы поменять на нужные.
Мастер предлагал повесить занавески просто так, без набалдашников – мол, если не дергать сильно, то не свалятся.
– Обязательно дернет, – вздохнула Надежда.
– Кто – муж? – изумился мастер.
Вместо ответа Надежда показала на шкаф, где размещался рыжий котяра внушительных размеров.
Бейсик на шкаф забирался редко, в силу своего немолодого возраста и солидного веса. Сегодня, однако, в квартиру пришел чужой человек, который шумел, сверлил и сыпал опилки. В общем, никакого покоя. Поэтому кот был очень недоволен и злобно сверкал со шкафа изумрудными глазами.
Мастер оценил кошачьи размеры и сказал, что если это повиснет на занавесках, он ни за что не ручается. Таким образом, Надежда осталась с голыми окнами, а мастер ушел, не получив чаевых.
Надежда созвонилась с дизайнером Еленой, та работала не каждый день, стало быть, говорила она скороговоркой, завтра никак не могу, послезавтра целый день у швей, потом на склад нужно заехать… Условились на послезавтра, только не с утра, а к двенадцати. Нет, лучше к часу, так будет вернее.
Вечером пришел с работы муж и, увидев голые окна, сказал, что они теперь будут жить, как на сцене, – при включенном свете все видно. Он, конечно, не делает ничего предосудительного, но все же…
– Вся жизнь – театр, – пробормотала Надежда слова Шекспира, – и люди в нем актеры…
И поскорее удалилась на кухню, поскольку, по большому счету, сказать-то было нечего.
И вот, когда Надежда явилась сегодня ровно в час дня, оказалось, что Елены нет на месте. Девушка в салоне очень извинялась и просила подождать, она, мол, через полчаса будет, застряла в пробках и все такое прочее. Надежда нахмурила было брови, представив, что скажет муж, если еще несколько дней придется существовать, как в театре, и согласилась подождать. Тем более что погода была прекрасная, и напротив бизнес-центра, где на первом этаже располагался салон «Эдем», находился Измайловский сад.
Итак, Надежда Николаевна собиралась было уже направиться на встречу с дизайнером, надеясь, что та успешно преодолела все пробки и находится теперь на рабочем месте, как вдруг некоторые события привлекли ее внимание.
На аллее появился незаметный гражданин среднего возраста, одетый в неброскую серую курточку и такие же брюки. На ногах – разношенные, давно не чищенные ботинки, в руках – потертый дешевенький портфельчик, наверняка из искусственной кожи. Наряд довершала серая же бейсболка с поломанным козырьком.
В общем, не было в гражданине ничего интересного и привлекательного, как говорят в народе – отворотясь, не наглядеться. И Надежда застегнула сумку и собралась уже идти, как вдруг гражданин стал вести себя очень странно.
Он сел на ту же скамейку, где до этого разговаривали двое мужчин, и достал что-то из своего портфельчика. После чего воровато оглянулся, протянул руку, и… Надежда не поверила своим глазам – непривлекательный мужчина стал фотографировать песчаную дорожку! То есть несомненно, что сама дорожка его не интересовала, а фотографировал он те рисунки или записи, что сделали те двое – пожилой неопрятный дяденька и молодой парень.
Надежда до того удивилась, что едва не подпрыгнула на скамейке. Очевидно, неприметный тип уловил боковым зрением какое-то движение, потому что дернулся, отчего бейсболка упала с головы. Он зыркнул злобно в ее сторону, и Надежда забеспокоилась было, пока не вспомнила, что она в темных очках. Действуя нарочито медленно, она снова достала из сумки косметичку и принялась с самым безразличным видом рассматривать себя в зеркальце.
Со стороны ничего подозрительного – увидела дама еще одну морщинку и прикидывает, что с ней можно сделать. Очевидно, странный тип так и подумал, потому что натянул бейсболку и снова принялся фотографировать. На аллее в это время никого не было. Но вот показался мальчишка на велосипеде, и неприметный мужчина прекратил свое занятие. Ногой стер написанное на песке и пошел в сторону. Не к выходу, а вглубь парка.
«Интересно, – подумала Надежда, – очень интересно».
Если бы ее увидел сейчас кто-то из близких, то сразу понял бы, что Надежду терзает ее знаменитое любопытство.
Любопытство у Надежды Николаевны было весьма специфического свойства. Она не любила сплетни, совершенно не интересовалась жизнью знаменитостей и телезвезд, не высматривала соседей в окно, чтобы выяснить, кто с кем и куда идет.
Надежда Николаевна Лебедева, приличная женщина средних, скажем так, лет, к тому же отягощенная высшим образованием, интересовалась исключительно криминальными историями. Причем чем загадочней и непонятней была история, тем с большим рвением Надежда пыталась ее разгадать.