Чтение онлайн

— Госбезопасности.

— То есть ФСБ?

— У нас это называется по старинке «госбезопасность». А вообще-то, служба охраны президента.

— Добрый вечер, дорогие телезрители, — сказала женщина, повернувшись лицом к телекамере. — Я, Ирина Надеждина, начинаю свой репортаж из логова самых опасных бандитов нашего города…

Алексей Иващенко остановил машину, едва заметив стоявший у обочины проселочной дороги автомобиль. Неподалеку от него прогуливался коренастый мужчина явко кавказской наружности, заросший черной щетиной по самые глаза. «Конечно, подумал Алексей, куда такому без машины, он ведь не сможет пройти пешком по городу и десяти метров, каждый попавшийся ему навстречу мент сочтет своим долгом проверить у него документы».

Что он только не передумал за этот час, пока добирался сюда. Мужчина с кавказским говором предложил ему встретиться, переговорить насчет Ирины. При этом имени сердце Алексея тяжело и часто забилось. Исчезновение любимой стало для него настоящей личной трагедией. Но затем в городе началась полоса убийств и расстрелов, и текучка захлестнула его с головой. И вот сегодня…

Остановив машину метрах в двадцати от кавказца, Алексей вышел. В ту же секунду задняя дверца «копейки» отворилась, и Ирина выбежала ему навстречу, горячо обняла и расцеловала.

— Познакомься! — сказала он, подведя его к кавказцу. — Это Валико, мой спаситель.

Мужчины обменялись крепким рукопожатием.

— Вообще-то ему поручили убить меня… вместе с одним типом. Но он так застращал своего напарника, что тот предпочел остаться в машине, лишь бы не наблюдать за жертвоприношением.

Ирина нервно хихикнула.

— Каким жертвоприношением? — удивился Алексей.

— Ирина имеет ввиду, что то, что происходит вокруг, очень походит на древнее кровавое жертвоприношение, — пояснил Валико. — Должно пролиться очень много крови, чтобы жестокие боги сменили гнев на милость и прекратили полосу несчастий.

— Все это время я провела на даче у брата Валико, Тамаза, — продолжала Ирина. — это здесь неподалеку. Но, правда, он взял с меня слово, что я не выдам его, поэтому я никуда и не могла позвонить. Но зато взамен я взяла у него большое и очень подробное интервью о жизни и деятельности наших основных мафиозных кланов.

— Того, что от них осталось, — с кривой усмешкой сказал Валико. — Думаю, что сегодня вечером можно будет ставить точку.

— Вот насчет этой точки, Леш, я и хотела бы с тобой переговорить, — доверительным тоном сказала Ирина. — В принципе Валико и сам мог бы справиться, но он говорит, что в любом деле главные фигуранты должны предстать перед судом. И если уж ему не довелось усадить на скамью подсудимых «дядю Вано» и его сына, то остаются другие, которых просто так пристрелить было бы мало…

— Дело в том, что мне сейчас предложил встречу один из главных фигурантов по делу.

Так Алексей и согласился принять участие в исторической беседе на берегу, куда он, правда, настоял привлечь команду ОМОНа.

— …Только что наша камера запечатлела арест двух главарей мафии Егора Дубовицкого, известного больше по должности мэра нашего города и Агакиши Мирзаджанова, больше известного под кличкой Мирза, — продолжала Ирина.

— Ну все, Маврик сделал свой дело, Маврик может конать налево, — пробормотал Тигран, выбираясь из-за стола. — Ребяты, извиняйте, но у меня отпуск кончается, мне пора обратно в камеру.

Издалека послышалось гудение нескольких шмелей. Алексей скосил глаза. Наконец-то! Одна две, три… двенадцать лодок, битком набитых спецназовацами, стремительно приближались к берегу.

— Господа, у вас осталось две минуты для того, чтобы осознать свою вину и написать явку с повинной, — заявил Алексей.

— Все, кацо, — сказал Валико. — И я ухожу. У меня нет желания объясняться с вашим спецназом.

Он нырнул в глубину сада и побежал в сторону высокой и глухой стены. Неожиданно он услышал, как за ним бежит кто-то еще. Он резко обернулся и поймал в руки сломя голову летящую Люду.

— А тебе чего надо? — спросил он.

— Мне тоже надо отсюда выбираться. Ты, наверно, как всегда предусмотрительно заготовил машину за домом. Подбросишь?

— Что бы ты и мне подбросила мне «жучка», как всем твоим мужчинам?

— Ладно, чего обижаться, ведь я тоже на работе.

Тем временем на берегу, как всегда с шумом и криками началась операция ОМОНа.

Валико мотнул головой в сторону стены, и они побежали в сторону укромного места, где в стене торчали несколько выступающих кирпичей, по которым можно было взобраться вверх и спуститься. В овражке, неподалеку от стены, заботливо прикрытый ветками, стоял одинокий «жигуленок» первой модели.

Между тем в доме раздались выстрелы. Очевидно кому-то из аскеров Мирзы-ага пришла в голову не очень удачная мысль поиграть в героя.

Машина вырулила на трассу и устремилась на восток.

— Я высажу тебя где-нибудь у кафе. Там проходят автобусы, могут и тебя прихватить до города.

— Я не тороплюсь в этот город, — безразлично сказала Люда. — Два года назад я мечтала его покорить. Но выяснилось, что хорошо у меня получается только одна вещь…

— Шпионить за мужчинами?

— Меня заставили делать это. Я была девочкой по вызову. Имела все шансы закончить жизнь в тюряге. Прихватили меня на мелочи, пакетике «гер-герыча». И сказали: девочка, либо будешь мотать срок, либо обслужи во-он того парня. В тюрьму мне идти не хотелось. Вот я и превратилась в «спецагента Никиту». Очень романтичная профессия, доложу я тебе.

— Значит ты и сдала тот грузовик с тонной метадона? — полуутвердительно поинтересовался Валико. — В тот самый день, когда…

— В ту самую ночь, когда ты убил папашу Вано, — уточнила Люда.

— Ты всегда это знала?

— Естественно. Уже наутро, когда ты прибежал в гостиницу из Балашихи, я подумала, что ты не иначе, как сдавал марафонскую дистанцию.

— И тогда же ты придумала, как оставить нас без связи?

— С телефоном — это старый трюк.

— А с любовью? Ты так запудрила мозги бедняге Тенгизу…

— Ей-Богу не хотела. Но когда он начал меня предлагать тебе… Надо же было ему что-то соврать. Вовсе не все спецагенты владеют каратэ, как эта Никитка. Ну а потом мне оставалось только продолжать играть свою роль.

— Поздравляю, ты с ней блестяще справилась.

— Вы тоже прекрасно справились с ролью телохранителей этого жулика.

— А, Мурадика… — протянул Валико. — Так он сам предложил мне встречу и хотел меня подарить вместе с Рантиком, во второй хозяйственной сумке. Но получилось так, что в ящик сыграли оба его охранника. И тут мне очень хорошо помог Леша. Поэтому Мурадику оставался выбор между немедленным расстрелом на месте по всем законам пролетарской диктатуры и пожизненными угрызениями совести за сдачу братков. Правда, боюсь, что ему теперь навеки обеспечено место возле параши. Хотя я предпочел бы пулю в голову, чем всю жизнь нюхать дерьмо.