Балкон
Шрифт:
– А, извини, Машунь. Я думала, это опять Игорь. Он уже машину прогревает. Заходи.
Домофон приветливо загудел. Маша осмотрела двор и только сейчас заметила черный внедорожник с включенными габаритными огнями, из выхлопной трубы которого струился легкий дымок. Она вошла внутрь и дверь с электрическим замком мягко затворилась за спиной.
– Курить, курить, курить, - шептала она, потирая закоченевшие ладони в ожидании лифта, и слова ее эхом отражались от стен просторного холла элитной многоэтажки.
Здесь, как и в кабинке лифта, оказалось довольно тепло, и за то время, пока Маша поднималась на двадцать седьмой, ее щеки начали гореть, а пальцы обрели благословенную чувствительность. Благо, сапоги решила надеть теплые и без каблуков, а то по такому гололеду пришлось бы добираться ползком.
Яна встретила приветливой белоснежной улыбкой и ярко-красным платьем с неприличным вырезом на спине до самого пояса. Она носилась по всей квартире, одной рукой поправляя и без того безупречную прическу, а другой подтягивая кружевные чулки, резинка которых открывалась в разрезе платья.
– Маш, ну, тебя ничему учить не нужно. Ты у нас нянечка со стажем. Да? Кирюху перед сном покормишь и баиньки. Он суп любит... Ну, ты знаешь. На нижней полке в маленькой кастрюльке стоит. Да, и витамины дашь ему. В аптечке лежат. Он, кстати, сегодня спрашивал о тебе. Вспоминал "тетю Асю". В холодильнике суши бери. Я сегодня сама готовила, - она расплылась в довольной улыбке, - Так что не отравишься. И отбивные там разогреешь в микроволновке. Блины с икрой... В-общем, не стесняйся. Будь как дома. Мы, скорее всего, поздно будем, так что ты, если что, оставайся ночевать у нас. Я тебе на диване постелила. Только в детскую дверь не закрывай. Если малой проснется, чтобы слышно было. Хорошо?
– Хорошо, не волнуйся, - успокоила ее Маша и улыбнулась.
– Ты чего стоишь? Раздевайся!
– скомандовала Янка, пробегая мимо нее в ванную.
– Да я согреться никак не могу. И курить хочется - жуть.
– О! Курить только на балконе. Там окна панорамные, обзор хороший. Игорь, кстати, стандартные стеклопакеты поменял. Теперь у нас вся квартира бронированная, - Яна засмеялась, - Поставили пуленепробиваемые стекла, чтобы малой случайно не выбил. Он у нас научился на этом велосипеде по квартире гонять. Ну, такой, знаешь? Ножками от пола отталкиваешься и вжик!
– А... Беговел, кажется.
– Точно! Беговел. Классная штука, - она снова пробежала мимо и скрылась в спальне, - Блин, меня Игорян сейчас прибьет. Он уже полчаса машину греет.
Будто услышав ее слова, зазвонил янкин мобильник.
– А вот и муженек, - хихикнула Янка и торопливо сняла трубку, - Алло! Зай, я уже готова. Да, я уже в шубе стою! Да. Выхожу. Не хами мне!
Последние слова она рявкнула, даже не прикладывая трубку к уху, нажала "отбой" и швырнула телефон в сумочку.
– Коз-з-зел, блин, - процедила она сквозь зубы, и Маша вдруг почувствовала себя не в своей тарелке.
– Слушай, давай пока ты здесь, я покурить выйду? А?
– Ой, да я уже выхожу. Ты иди, кури. Кирюха как раз в гостиной мультики смотрит. Тебе его видно будет. Там окна большие. А я побежала.
– А он уже мультики начал смотреть?
– Да! Представь! Растет карапузик не по дням... Он даже фильмы с нами иногда смотрит!
– Ну, тогда хорошо вам отдохнуть.
– Спасибо, дорогуша, - Янка деловито подбежала к подруге и чмокнула ее в щеку, - Спасибо, что выручаешь. Деньги я тебе на столике журнальном оставила. Накинула за срочность пару сотен сверху. За такси домой плачу я. И не спорь! Без предупреждения, на ночь глядя тебя выдернула. Небось, диплом писать надо. Ты у нас умничка. Крутишься. Это я дубина сижу без дела, без работы. Знаешь, иногда физически ощущаю, как тупею.
Янка открыла шкафчик и вытащила оттуда косматые комнатные тапки в виде двух плюшевых щенков с большими носами.
– Вот. Обувайся. Мои любимые. И на балконе в таких будет не холодно. Блин, где я помаду дела?
Она снова убежала в ванную, а Маша, не снимая куртки, переобулась и прошла в прихожую. На полу, в центре пушистого бежевого ковра, сидел малыш. Он, будто завороженный, неотрывно следил за тем, как на экране огромного телевизора животное по имени Чебурашка, стоя на железнодорожных путях, передает чемоданно-житейскую мудрость животному по имени Геннадий.
– Кирюха, привет, - негромко шепнула Маша, но этого оказалось достаточно для того, чтобы тот оторвался от просмотра мультфильма и с улыбкой до ушей, на четвереньках пополз навстречу няне. Во рту карапуза красовались четыре первых зуба.
– Ася!
Маша присела на ковер рядом с мальчиком, поцеловала в пухлую щечку и обняла.
– Ася, - повторил Кирюша и ткнул крошечным пальчиком в экран, - Дил!
– Крокодил?
Он радостно взвизгнул и пополз обратно к телевизору. Маша, тоже на четвереньках, подползла к нему, еще раз поцеловала, погладила по головке и тихо сказала:
– Я сейчас вернусь. Хорошо?
Малыш кивнул, не отрываясь от мультфильма. Там, как раз, крокодил играл на гармошке и пел про день рождения. Маша поднялась, положила сумочку на пол, достала из нее пачку сигарет, зажигалку и телефон. Затем отложила телефон на журнальный столик, вышла на балкон и захлопнула за собой стеклянную дверь. Та оказалась невероятно тяжелой и массивной. Девушка вспомнила о том, что стекла пуленепробиваемые и усмехнулась.
"Игорек в своем стиле. Если бы у него была возможность купить пуленепробиваемые труселя, он бы обязательно их приобрел. Чтобы сохранить в целости единственную стоящую ценность в его жизни".
В лицо ударил резкий порыв ветра, сдобренный солидной порцией то ли снега, то ли мелкого льда. Пол на балконе оледенел не меньше, чем тротуар на улице. Маша поежилась.
– Блин, накуришься тут, - буркнула она и поднесла трясущейся от холода рукой пламя зажигалки к кончику сигареты. Первая затяжка показалась просто избавлением. Она хотела этого с того самого момента, как увидела на экране мобильника вызов от подруги. Маша обернулась и с удовлетворением отметила, что мальчик все также неотрывно следит за происходящим на экране телевизора.