Чтение онлайн

Само собой, я спросил, откуда информация, и вызвал улыбку:

— Спецкурс. Теоретически рассчитан на удовлетворение любопытства самых притязательных клиентов. На практике моим клиентам плевать на все, кроме свежих сплетен о сильных мира сего, последней столичной моды и их самих. Так что вы мой первый по-настоящему благодарный слушатель. Если, конечно, не считать слушателями экзаменаторов, некогда проверявших мои знания!

— Рад, что своим появлением внес хоть какое-то разнообразие в ваши трудовые будни! — улыбнулся я.

В этот момент мы подъехали к первому светофору, по закону подлости загоревшемуся красным, и Надежда дала волю своему любопытству:

— Ратибор Игоревич, я крайне неровно дышу к холодняку, поэтому уже извелась, пытаясь представить, что прячется у вас в заспинных ножнах…

Я подался вперед, вытащил левый тесак и протянул ей:

— Смотрите. А я пока наберу и отправлю одно сообщение.

Судя по тому, как изменился взгляд этой особы при первом же взгляде на артефактное лезвие, в холодном оружии она действительно разбиралась. Это согрело душу, и я, мысленно усмехнувшись, полез в перстень за клочком бумаги, на которой матушка накидала правильный текст. Четыре предложения набрал менее, чем за минуту, потом тщательно проверил расстановку запятых и наличие нужных грамматических ошибок, счел, что выполнил инструкции идеально точно, отправил сообщение по назначению, свернул программу и снова повернулся к Надежде. А она, заметив, что я освободился, восторженно выдохнула:

— Этот нож должен стоить, как самолет! А если их два…

— Я получил их в подарок… — честно сказал я и мысленно добавил: — «Как оказалось, на вырост. А теперь ношу для вида, ибо костяные клинки в разы круче!»

Тем временем девушка заставила себя вернуть мне тесак, призналась, что в ее коллекции ничего подобного нет, немного пострадала — причем не напоказ, а искренне — и начала рассказывать какую-то байку про клиента, прилетевшего в столицу с невероятно дорогим, но показушным холодняком. Я слушал предельно внимательно, так как она описывала драгоценные камни, инкрустированные рукоять, и качество стали этих «дров» настолько сочно и смешно, что отвлекала от тягостных мыслей. А ближе к концу истории ожил мой комм и вынудил изменить планы:

— Надежда, скажите, пожалуйста, а мы бы не могли изменить маршрут? Мне прилетела новая вводная, и…

— Адрес имеется? — не став дослушивать до конца, спросила она.

— Улица Генерала Бортникова, дом пять.

— Небось, кафе «Серебряное копытце»? — уточнила она и попала в точку.

— Именно!

— Подкину — оно практически по пути. Кстати, совет примете?

— Если нужный, то почему нет?

— Спрячьте клинки и жилет в пространственный карман. Если есть возможность — смените футболку на рубашку или накиньте легкую куртку: место непростое, в охране волчары, каких поискать, есть строго определенные требования к внешнему виду даже для визитов ранним утром и все такое.

Я подался вперед, отстегнул карабины, крепившие перевязь к поясу, выпростал из-под футболки ремни, убрал оружие в перстень, вытащил ветровку, стилизованную под комбез, и показал Надежде.

— А что-нибудь гражданское есть?

— Есть. Но надо будет где-то переодеваться.

— Пффф! Сзади места хоть завались. Если вы стесняетесь меня, то могу поднять перегородку…

Я на первом же светофоре перебрался на заднее сидение и быстренько облачился в летний костюм, купленный в конце мая по требованию Перовой. Само собой, переодел и обувь. А когда вернулся на переднее пассажирское и дал себя оглядеть «строгому критику», получил полный одобрямс:

— Вот теперь вы выглядите на все сто. Правда, за столичного хлыща все равно не сойдете.

— А что так?

— Не тот взгляд… — без тени улыбки заявила она и сочла необходимым продолжить: — А про пластику и внутреннюю готовность ответить атакой на атаку вообще не говорю: я вижу, что вы младше, понимаю, что вы не считаете меня врагом, но все равно ощущаю себя, как под прицелом снайпера.

— Не-не-не: я белый и пушистый!

— «Ежик» вижу! — посмотрев на мою голову, хихикнула она. — Кстати, этот тип мужской прически мне нравится в разы больше, чем все варианты длинных грив. Но утонченные городские мальчики почему-то ходят именно с гривами. Видимо, считают, что с ними становятся похожими на львов.

— Утонченный лев представляется мне каким-то доходягой! — признался я,

— Вот-вот! — согласилась она, резким рывком руля влево вывела «Онегу» из-под удара в крыло, посмотрела в зеркало заднего вида на малолитражку, сдуру решившую перестроиться в левый ряд прямо перед носом у настолько тяжелого внедорожника, и криво усмехнулась: — С каким удовольствием я бы приложилась к личику щекарика, с какого-то перепугу решившего, что умеет водить, и севшего за руль этого унитаза на колесиках!

— А что, нельзя?

Она изумленно посмотрела на меня, потом сообразила, что я не местный, и мрачно вздохнула:

— На боковых дверях этой калоши изображены гербы Шаховских. Этот прыщ — один из самых мелких винтиков в их империи, но за своих они рвут глотки, не разбираясь, кто прав, а кто виноват. Я, в общем-то, тоже не беспризорная, но без особой нужды работодателям проблем не создаю…

[1] Элох — самый распространенный хищник с Той Стороны, встречающийся за Стеной. Похож на крупного хорька.

Ловите очередной "лишний" кусочек)) Не откажусь от сердечек ))

22 июня 2112 г.

…Рекомендации Надежды оказались ни разу не лишними: «волчары», встретившие меня в холле «Серебряного копытца», верили не своим глазам, а своим инстинктам. Поэтому пройти эту парочку удалось только благодаря помощи Ларисы Яковлевны — получив сообщение с описанием возникшей проблемы, она тут же позвонила, попросила вывести звук на внешний динамик и построила охранников буквально парой предложений. Да, именно построила — слушая ее монолог, здоровенные шкафы стояли, вытянувшись в струнку. А когда услышали слово «Выполнять!», извинились передо мной за излишнюю подозрительность и невероятно вежливо предложили проводить к нужному кабинету.

Я, конечно же, согласился, позволил им предупредительно распахнуть дверь и, следуя подсказкам сопровождающего, довольно быстро добрался еще до одной двери. В эту постучал, дождался разрешения войти, переступил через порог и мысленно хмыкнул: закадычная подруга матушки внушала уважение. Причем не только фантастической красотой, убийственными формами, ростом под метр девяносто пять и повадками матерой рукопашницы — от этой женщины просто веяло привычкой повелевать, взгляд пригибал к земле, а мимические морщины открытым текстом сообщали о том, что этой личности лучше не перечить!