Чтение онлайн

Ветер выл, как бешеный волк, рвал пену с верхушек волн, упирался в грудь человеку, пытаясь столкнуть его со скалы. Айвангу прилег, прижался к сырому холодному камню. Мысль о том, что за ним не вернутся, укрепилась и заполнила все сознание настолько, что он не услышал шума вельбота, приблизившегося к скале.

Звук выстрела рывком поднял Айвангу с камня. Это едва не стоило ему жизни. Ветер толкнул его, и он упал, пополз по камню, но успел ухватиться за выступ.

Вельбот плясал на волнах. На бортах были подняты надставки из моржовой кожи, чтобы волны не захлестывали перегруженное суденышко.

Взглянув вниз, Айвангу понял, что вельботу не подойти вплотную к скале – его расшибет в щепки. Мотор выключили, и гребцы веслами держали вельбот на почтительном расстоянии от коварной каменной стены Сэнлуна.

– Ай-ван-гу! – сложив ладони рупором, кричал с кормы Сэйвытэгин.

– Я слу-шаю! – отозвался Айвангу, привстав на колени.

– Держись, Айвангу! – кричал Сэйвытэгин.

– Дер-жусь!

– Нам не подойти к скале! Сейчас что-нибудь придумаем!

Сэйвытэгин наклонился к сидящим в вельботе, видимо советуясь с ними.

С высоты скалы Айвангу отчетливо видел всю внутренность вельбота, куски моржового мяса и сидящих на них охотников. Вон Кэлеуги ьозится с мотором, Мынор пододвинулся вплотную к бригадиру, слушает его.

Айвангу, не отрываясь, смотрел на них. Даже дрожь неожиданно унялась. Вельботу никак невозможно подойти к скале – это совершенно исключено. Издали Айвангу не достать прыжком до вельбота… Как же быть? Что придумают там, в вельботе?

Тоска заползла в сердце, в глазах стало темно.

– Айвангу! – услышал он голос Сэйвытэгина. – Слушай меня внимательно! Нам не подойти! Мы тебе кинем ремень! Ты обвяжись им и спускайся вниз. Мы тебя вытянем на вельбот… Не бойся только. Ну, промокнешь, поглотаешь соленой воды!

Айвангу глянул на кипящую воду у подножья Сэнлуна. Его передернуло, и снова начала бить противная дрожь.

Мынор размотал круг тонкого нерпичьего ремня. Вместо груза он привязал большую железную гайку, которой крепят лопасти у подвесного мотора. Гребцы осторожно стали подводить вельбот к скале.

Трудно попасть с качающегося на волнах вельбота даже в такую большую цель, как вершина скалы Сэнлун. Мынор было попал раз, но гайка скользнула по камню и исчезла в волнах. Айвангу даже не попытался ее поймать – она пролетела далеко мимо, не было смысла ее ловить.

Гребцы подвели вельбот совсем близко к скале. Утопая ногами в свежем моржовом мясе, Мынор раскрутил над головой гайку и кинул в Айвангу. Гайка просвистела рядом, Айвангу рванулся ловить бегущую по мокрому камню змейку ремня, но она мгновенно скользнула и скрылась в волнах.

Мынор отличался терпением. Он спокойно выбрал кожаную бечеву и одобрительно крикнул другу:

– Сейчас поймаешь!

Он оказался прав. Айвангу удалось схватить ускользающую гайку. Гребцы налегли на весла и отошли от скалы. Мынор нарастил к тонкой кожаной бечеве толстый лахтачий ремень. Айвангу вытянул его и остановился в нерешительности.

– Что там медлишь? – крикнул Сэйвытэгин. – Обвязывайся!

Айвангу от дрожи никак не мог завязать узел.

Пальцы совершенно перестали слушаться. Как будто в них больше не было костей, они стали как мягкий олений волос.

– Не могу я! – в отчаянии крикнул Айвангу и упал лицом в мокрый, пропитанный соленой морской водой мох.

– Айвангу! – услышал он резкий голос отца. – Встань! Нам тоже нелегко! Слышишь, сын, встань! Вспомни, кто ты такой! Ты мужчина, Айвангу, и охотник!

Огромная волна ударила в скалу и окатила Айвангу. Ему показалось, что он уже в воде и его тянут к вельботу. Так и есть! Ремень напрягся и увлекал его вниз со скалы. Айвангу повернулся лицом к камню и попытался притормозить голыми руками. Но пальцы оставляли на камне только кровавый след, а ремень неумолимо тянул вниз, навстречу бушующим волнам.

У подножья Сэнлуна волна подхватила Айвангу, подняла и… не успела ударить о скалу. Крик утонул в волнах, в легкие хлынула вода и погасила вопль.

…Очнулся Айвангу от боли в животе. Кто-то тяжелый равномерно давил на него. Айвангу хотел попросить его прекратить это занятие, но вместо слов изо рта у него хлынула вода, и он закашлялся.

– Ожил! – услышал он обрадованный голос Мынора.

– Как же иначе, – глубокомысленно поддакнул Рыпэль.

Айвангу открыл глаза. Над ним моталось низкое темное небо, сочащееся мелким дождем. Он повернул голову и встретился глазами с отцом.

– Видишь, все хорошо, – почему-то виноватым голосом произнес Сэйвытэгин.

Айвангу моргнул и повернул голову в другую сторону. При каждом движении у него из ушей и ноздрей лилась вода, поэтому он боялся открывать рот и говорить.

Мынор продолжал давить на живот и при этом широко улыбался.

– Ты долго меня будешь мучить? – сердито спросил его Айвангу, обретя способность говорить.

– Я делаю тебе искусственное дыхание, – ответил Мынор.

– Не надо мне его. Сам умею дышать, – сказал Айвангу и сел.

Сильно болела голова. Тошнило. В животе булькала морская вода, сколько ни плевался Айвангу, во рту оставалась горечь. Но все это меркло перед ощущением огромной радости, что все обошлось, что он жив, вельбот цел. Такая же большая радость была у него, когда его, замерзающего, разбудили охотники.

– Ты прочертил воду с быстротой касатки, – сказал Рыпэль.

– Я ничего не соображал, – ответил Айвангу.

– Это Мынор и Кэлеуги так быстро тянули, – сказал Сэйвытэгин.

Огромные волны играли вельботом, то поднимая его к облакам, то опуская его между огромными валами. С пушечным гулом они разбивались о береговые скалы, о черные, изъеденные соленой водой бока Сэнлуна. Величественная скала среди волн будто уменьшилась, стала ниже ростом.

Кэлеуги завел мотор. Ныряя в волнах, тяжелый вельбот пошел по направлению к Тэпкэну. Он с натугой взбирался на водяные горы и легко скатывался с них, зарываясь носом, обдавая брызгами сидящих в вельботе охотников.

Берега, которые только утром выглядели зелено, светло, радостно, потемнели, помрачнели и хмуро смотрели на проходящий вельбот.

Тэпкэн открылся мачтами радиостанции. Они торчали над низкой косой навстречу мелкому дождю, упираясь вершинами в облака. Яранги походили на нагромождение черных камней, выброшенных прибоем из морской глубины. Дым прибивался к земле и низко стлался над ощерившейся волнами лагуной. Редкие деревянные дома серыми пятнами выделялись среди черноты. Белая полоса пенного прибоя охватывала всю ширину галечного взморья. На берегу стояли люди.