Атабаска
Шрифт:
— Карин!
— Бог мой! — крикнула она. — Что случилось? О, боже! — Она бросилась бежать прочь. — Ждите! — крикнула она оглянувшись.
Демотт видел, как она упала, вскочила и понеслась дальше, повернула за угол башмака, только свет фонарика неистово метался во тьме. Он что-то кричал ей, но Карин уже исчезла. Она сказала: «ждите». Ждать! Как можно так говорить? Как он может ждать? Чего? Башмак не дальше десяти футов. Минута, ну несколькими секундами больше, или меньше.
Он почувствовал, что глаза наполнились слезами, то ли от страха, то ли от облегчения или признательности, он не мог сказать. Демотт плакал как ребенок.
Секунды вдруг понеслись, он начал считать, досчитал до десяти и больше был не в силах. Его посетило новое видение: ужасного процесса постепенного уничтожения его тела башмаком. Сначала он скормит монстру ноги. Сможет ли он? Сможет ли он слышать и видеть как стопы, щиколотки, голени и колени будут вдавливаться в мерзлую тундру? Нет, лучше быстрый конец: он подставит первой голову. Но как это произойдет? Помоги мне, господи! Слышать, как треснет череп, ощущать эту неимоверную тяжесть! Нет! Невозможно! Никогда!
Он снова заорал:
— Кармоди!
И, словно чудо, пришел отклик. Свет фар прорезал тьму и скользнул по нему, когда машина повернула. Демотт смотрел недоверчиво, как ускорилось движение света, направляясь прямо на него и на башмак. Вот машина замедлила ход, но не остановилась. Водитель неохотно подводил ее к передней панели башмака в отчаянной попытке остановить монстра. Раздался треск, звон стекла, в тот же момент дверь джипа распахнулась и Карин выбросилась из него.
Джип был рядом с ним, и казалось чудом, что Демотт не попал под его колеса. Левое колесо почти касалось его. В следующий момент Демотт увидел, что колеса стали разъезжаться в стороны под грузом надвигающегося башмака.
Карин оставила открытой багажную дверцу джипа. Теперь она выхватила оттуда ящик с инструментами и поставила его за спиной Демотта.
— Не двигайтесь! — крикнула она, перекрывая адский шум. — Нет, подвиньтесь немного назад. Так. Не двигайтесь теперь. Я нашла клещи.
Демотт подвинулся назад, как она велела, и ждал безмолвно, испытывая ужасное напряжение. Он видел колеса джипа снова приближающиеся к нему. Заднее колесо уже касалось его ноги. Джип подобно детской игрушке толкало вперед. Теперь он стал как бы продолжением башмака и представлял новую опасность: Демотту предстояло попасть сначала под него, а уж потом под сам башмак.
Он чувствовал, что Карин возится у него за спиной. Вдруг раздался ее вскрик — всхлип:
— Господи, мне не сделать этого! У меня не хватает сил!
Демотт сразу обрел голос.
— Что случилось? — прокричал он.
— Резак! — всхлипнула Карин. — Клещи ухватили цепь, но я не могу их сжать достаточно сильно. Нужны силы!
— Положите один конец на землю, — спокойно скомандовал Демотт. — Одну ручку на землю, а на другую действуйте всем своим весом.
Он чувствовал, что Карин попыталась сделать, как он сказал, но поскользнулась и упала.
— Попытайтесь снова! — крикнул Демотт.
Шум драглайна был оглушающим, вой и скрежет наполняли ночное пространство. Вдруг появился новый звук: резкий треск говорил о том, что громадная стальная подошва башмака примяла какую-то часть тела джипа. Его больше не толкало вперед, а подминало под башмак. Демотт видел, как джип сминался подобно яичной скорлупе. Погасли фары, треском и скрежетом сопровождалось крушение крыши и передних колес.
У Демотта за спиной раздался отчаянный плач Карин:
— У меня не получается! Я дошла до половины и больше не выходит!
— Попробуйте ножовкой! В инструментах должна быть ножовка.
— Есть! — Карин снова лихорадочно принялась за работу.
Демотту казалось, что время остановилось. Он видел, что двигатель джипа, наконец, оказал некоторое сопротивление, очень незначительное, но все же сопротивление. Неуклюжий, как динозавр, драглайн поднял одну ногу медленно в воздух и поставил ее на маленькую человеческую игрушку. Демотт завороженно смотрел, как рассыпалось ветровое стекло, провалилась крыша, сплющился салон. Прямо перед ним было сплющено колесо и вдавлено в землю. Если бы у него руки были свободны, он мог бы дотронуться до передней стенки башмака, — так близко она уже находилась.
Но его руки не были свободны.
— Я не могу! — крикнула Карин, рыдая.
В голове у Демотта вдруг стало совершенно ясно, и он крикнул:
— Там есть топор?
— Что?
— Топор.
— Есть. Вот.
— Ударьте по цепи топором. Постарайтесь попасть по тому звену, которое уже ослаблено.
— Я могу промахнуться и попасть по вам.
— Черт с ним. Давайте.
Он почувствовал рывок, когда Карин ударила. Цепь впилась ему в запястья и едва не вырвала кисти рук. Вдруг он почувствовал запах бензина: бензобак был раздавлен.
Удар! Карин опустила топор, потом еще раз. Когда Демотт повернулся посмотреть, что она делает, гусеница башмака коснулась его плеча. Монстр прикоснулся к нему, и это прикосновение навело Демотта на ужасную мысль.
— Отрубите мне руки, — сказал он спокойно и твердо.
— Я не могу!
— Можете. Они или я.
— Нет!! — Карин взвизгнула, размахнулась и ударила топором, вложив в этот удар весь свой вес до последней унции. В следующую секунду она была на коленях, всхлипывая: — О, Боже, я разбила ее, разбила!
Демотт изо всех сил старался сдерживаться, чтобы не мешать Карин высвобождать цепь. Гусеница подталкивала и царапала его теперь. Через несколько мгновений он будет подмят, как была подмята машина.
— Ради бога, поторопитесь! — крикнул он.
И чудесным образом его руки стали свободны в тот же миг. Он перевел их в нормальную позицию и откатился в сторону.
— Осторожней, не свалитесь в яму! — крикнул Демотт. Сам он оказался на краю. Едва он откатился подальше от драглайна, раздался взрыв, и темно-красные языки пламени выплеснулись из под башмака. Случайная искра подожгла бензин из бензобака джипа, и только благодаря счастливой случайности же Демотт откатился в надветренную сторону, так что огонь, распространяясь в противоположном направлении, ему не угрожал. Карин тоже была рядом и невредима.