Арса
Шрифт:
– Не кричи, - на крыльце снова появился отец, - она обожжена, боится выйти из леса!
– Я пойду в лес, попытаюсь ей чем-нибудь помочь, - вызвался Добрит,-а вы идите в дом, а то простудитесь! Впрочем, что это я раскомандовался, ведь вернулись хозяева дома.
– Отец…А ты…Ты что-то помнишь?
– острожно спросил Людота, - вон наши соседи, они…
– Я все помню, - вздохнул отец, - я…
– Он помнит, - вмешался в разговор Олз, - это моя месть тебе, Людота. Моя персональная месть. Смотри теперь, как мучаются родные! Месяц, другой и воспоминания сведут всю твою семью в могилу!
Отец Людоты слышал слова Олза. Каждое слово чудовища сгибало его в дугу.
Наконец он упал на землю. Добрит с Людотой подхватили его и увели в дом.
Деревня наполнилась голосами. Поселение мертвецов снова превратилось в поселение хранителей. Люди споро взялись за восстановление. Везде царила почти праздничная суета, только у дома Людоты все было тихо. Добрит привел мать Людоты. Чтобы не мешать домочадцам, друзья собрались в летней кухне. Войдя туда, все расселись по лавкам, и воцарилась тишина. Наконец девочка не выдержала.
– Зачем вы заставляете меня принимать решение? Я думала, что кто-то из вас решится и…Почему вы молчите? Ну, хорошо, тогда я сама скажу: Горникам пришло время уйти! Не плачь Любава, иначе я сама сейчас расплачусь!
– Да, ты права, - сокрушенно покачал головой Добрит, - время тянуть бесполезно. Пора прощаться с маленькими друзьями, которые спасли нам не только жизнь, но кое-что более важное!
– Мне не понятно вот что, - вклинилась в разговор Любава, - а как же мы запрем Олза и Зломира, если у нас нет печати Арсанов?
– А разве ты не догадалась?
– чуть улыбнулся дед, - Горники и будут этой печатью. К сожаленью, они прожили с людьми, то есть с нами, больше суток и поэтому уже не считаются маленькими. Они смогут удерживать нашу парочку не больше 10 веков под замком. А вот уже потом… - дед удрученно вздохнул и махнул рукой, - да что сейчас загадывать!
Так что ничего не остается, как поблагодарить маленьких друзей и отправить их в путь.
– Но, Добрит, - возразила Любава, - я не могу…
Однако договорить женщина не успела, ее перебил визг, донесшийся из дома. На крыльцо выскочила средняя сестра Людоты
– Людота, там…Там мертвый хазарин!
– О, Перун!
– застонала Любава, - мы же не успели его похоронить! Теперь его душа будет неприкаянной! Нигде ей не будет отныне покоя!
– Любавушка, - попытался успокоить, безутешную женщину, Добрит, - ты же видела, что происходило с нами! Сейчас мы его похороним, и душа его успокоится!
– Нет, - Любава заломила руки, - по обычаям хазаринов, если воин погиб, его тут же, не мешкая ни часа, надо похоронить! Опаздывать нельзя, иначе воин будет испытывать душевную боль вечно!
– Людота, - прервала разговор сестра,- вы все говорите и говорите, а что с хазарином то делать? Боязно с ним рядом находится!
– Боязно, говоришь?
– удивился Людота,-ты уже забыла, что несколько часов назад была мертвее, чем этот хазарин?
– О чем ты?
– удивилась сестра, - что-то не пойму я никак, о чем ты толкуешь?!
– Ты все забыла?!
– обрадовался Людота, - однако Олз говорил…
– Оставь его, дочка, - перебил размышления Людоты отец, - и иди в дом!
– Отец, - удивился Людота,-я не понимаю, что происходит!
– Сын мой, - отец помолчал, собираясь с силами, - сейчас я совершил поступок, за который буду долго себя корить! Но у меня не было выхода! Я стер память! Теперь наша семья не будет помнить тот ужас в котором находилась столько месяцев! Знаю все, что ты скажешь! Я не имел права так поступать! Боги покарают меня за то, что я употребил свои силы на личное благо, но… - отец разрыдался
– Отец, как ты мог подумать, что буду осуждать тебя? Я не смею! Наоборот, я считаю, что боги должны быть благодарны нашей семье! Вряд ли они предполагали, что нам придется бороться с той нечистью, которую когда-то сами заперли и запечатали своей печатью! Ведь мы все-таки победили! Мы справились!
– Ты и твои друзья молодцы!
– грустно улыбнулся отец, - конечно, можно оправдаться перед богами, но как оправдаться перед собой?
Махнув рукой, отец удалился в дом.
Прошли сутки. Подземный ход, который пробурили Горники, давно принял четырех зверьков и их пленника.
На прощание Олз, еще раз, пообещал страшные беды и напасти всем, кто будет жить на земле Росов, когда печати Арсанов распадутся.
Ненависть осталась после Олза, и ее запах долго еще держал всю четверку в напряжении.
– Пройдут века, - с тоской проговорил Людота, - сменится огромное количество поколений, а наши маленькие друзья будут охранять и охранять, не видя ни солнышка, ни голубого неба!
– Да, Людота, - согласился Добрит,-это все конечно так! Но как сказал твой отец, поделать с этим мы ничего не можем! А где моя внучка и Любава?
– Владина играет с сестрами, а Любава пошла к кургану, где мы похоронили Сакела. Очень уж она убивается о душе этого юноши!
Повисла тишина, каждый думал о своем. Однако не прошло и минуты, как Добрит, смущенно откашлявшись, снова заговорил
– Послушай Людота…Это конечно не мое дело, но…Неладно что-то с твоим отцом!
– Да, ноша, которую он принял на себя, оказалась непосильной!
– Я ведь не просто так завел этот разговор, - Добрит говорил, осторожно подбирая слова, - завтра утром мы с внучкой уходим. Все, что судьба предназначила нам, мы здесь уже выполнили, нужно отправляться в Арсу, я думаю, орех ждет нас там.
– А как же я и Любава?
– Вот об этом, я и хотел с тобой поговорить! Именно о Любаве! Нужно чтобы кто-то помог добраться ей до дома. Одинокую женщину подстерегает много опасностей на дороге.