Чтение онлайн

– Хочешь гарантий?
– правильно понял эльф и хмыкнул. А потом сделал... что-то. Видимо, магию, будь она неладна.

Целый отряд свеженьких ушастых врезался в творящееся безобразие и как-то безжалостно-быстро навел порядок. Почти кладбищенский, но порядок.

– Мы уходим, - скомандовал эльф через какое-то время, и я, оглянувшись, увидела, как несколько его воинов протащили мимо нас тело, завернутое в какую-то занавеску. Погрузив свою ношу в чью-то телегу, пара стражников заняла место на облучке и застыла, явно ожидая команды.

– Можешь отвести свою дочь к ее змеелицему, - “хозяин” окинул нас с детьми нечитаемым взглядом.
– Отправляйтесь домой, я вернусь позже, и мы продолжим наш разговор.

Ну и слава богу. Что бы ни случилось дальше, а сейчас Катюшка со всех ног кинулась к окровавленному свертку, но меня при этом не отпустила, так и тянула за руку за собой.

– Эрх!
– дочь резко откинула тряпку с лица парня, и я снова ужаснулась - он выглядел... неживым он выглядел.

– Не бойся, этот змеелицый еще тебя переживет, - оказывается, эльф никуда не ушел, так и стоял за моей спиной.
– В спячку впал, регенерирует. Низшие формы жизни часто лучше приспособлены к выживанию.

Тьфу, зоолог-расист... и хрен с ним, главное, парень жив. Раз он так важен дочери... Да и просто жалко.

А дочь, убедившись, что ее змей действительно просто спит и помирать не собирается, быстро огляделась, вдруг с невнятным вскриком метнулась куда-то в темноту и скрылась среди как попало сваленных фургонов и клеток. Господи, а звери?! А если какой-то хищник выбрался на свободу и сейчас...

Но я даже не успела как следует испугаться, а Катюшка уже бежала обратно... с ребенком на руках.

– Нда... я надеялся, что забудет, - почти интимно дохнул мне в ухо чертов рабовладелец и по-хозяйски положил руку на плечо. Да чтоб ты провалился, ирод, со своими “уместными” жестами и комментариями! То клятвы ему, то... нет, не буду даже обращать внимания, не до него сейчас.

Катюша остановилась в шаге от меня и подняла нерешительные глаза. То есть как нерешительные... скорее испуганно-отчаянные:

– Мам... это Шику. Он теперь мой, - и снова этот взгляд. Интересно, она сама верит, что я прогоню малыша? Или это просто стресс?

В любом случае, я решила, что надо немного разрядить атмосферу, дочь едва на ногах стоит, малыш у нее на руках вообще непонятно в каком состоянии, но вцепился намертво. Как Никитос в меня.

– Ну что сказать... я не ожидала, конечно, что так рано стану бабушкой, - и подмигнула дочери, так глупо, неуместно, когда и я и она напряжены до предела... но ведь помогло! Котенок ощутимо расслабилась и даже почти улыбнулась.
– Но раз уж ты так решила, может, дашь малыша мне? Надо посмотреть, все ли с ним в порядке.

За спиной снова фыркнули. Лошадь он, что ли?

– И тебе не противно?
– поинтересовался эльф таким тоном, что я даже обернулась, чтобы одарить его возмущенно-недоумевающим взглядом.
– Я могу понять, что материнский инстинкт, это свойство низших условно-разумных, заставляет тебя принять существо, в которое вселилась душа твоей дочери. Но чужой детеныш? Другой расы?
– пухлые губы презрительно скривились.

Катюшка вздрогнула и прижала ребенка к себе еще крепче, а у меня внутри поднялась волна дикой злости. Ах ты... козел! Расист! Сволочь ушастая!

– Нет, мне не противно, - да, я и таким тоном умею разговаривать! Замораживающе-холодным, без явной злобы, но давая понять все, что думаю о собеседнике.
– Это просто ребенок, к тому же это теперь МОЙ ребенок.

– Обычно люди боятся змей, - как ни в чем не бывало пожал плечами ушастый, и в его раскосых глазах среди отблесков догорающего пожара мне почудилась насмешка.
– А маги вообще равнодушны к потомству и полностью зациклены на себе. Особенно женщины. Ни одна из магинь не прикоснулась бы к младенцу, тем более чужой расы, даже кончиком ногтя. И тем более не стала бы жертвовать собой. Ты понимаешь, что твои инстинкты делают тебя уязвимой?

Я очень осторожно поставила на землю Никитку, слегка подтолкнула его к сестре - Кукушонок с готовностью протопал пару шагов и обхватил Катюшку за талию. Дочь отчетливо всхлипнула и присела, свободной рукой притянув брата к себе. А сама я так же бережно приняла из ее рук обморочно-расслабленное тельце... как она сказала? Шику? Вот кстати... я же помню, как кровь и ошмётки зверюги летели на нас тучей, куда они потом делись? Я чистая, дочь чистая, Никитос, зелененький малыш... даже обморочный крокодил - и тот словно после глубокой санобработки. Плечо разворочено, занавеска, в которую он был замотан - та почти насквозь в крови, но и только. На нем самом и на одежде - ни пятнышка. И что это было? А, потом разберусь. Если вспомню...

Подхватив зелененького на руки и заглянув в бледное испуганное личико, я улыбнулась малышу и только после этого соизволила ответить эльфу:

– Да, понимаю. Вот только эти же инстинкты делают меня сильнее всех ваших магинь, вместе взятых!
– и понимай как хочешь, а мне некогда. У ребенка шок, а еще, мне кажется, он переохладился. Охо-хонюшки... Я же ничего не знаю о физиологии этой расы. Как тут разобраться? В любом случае надо отвезти детей домой, согреть, умыть, накормить, осмотреть. А не лясы точить про инстинкты и магию.

– Не кажется ли господину, что мы здесь слишком задержались? Ваш племянник и ваша собственность устали и замерзли!
– это у меня такой сварливо-противный голос? С мужем я в жизни так не разговаривала, а тут прямо не рабыня, а жена-тиранша. Как бы по башке не получить за такие выкрутасы.

Но нет, эльф только хмыкнул что-то неразборчиво-насмешливое себе под нос и эдак выразительно повел плечом. Его устраивает моя сварливость? Или забавляет? Или ждет, гад, когда клятву дам, чтобы потом отыграться?