Чтение онлайн

Я вежливо обозначила легкий поклон, чем снова вызвала мимолетную, тщательно замаскированную усмешку и огонек интереса в глазах мужчины, и принялась за дело. Сказано причесаться - хоть загипнотизируй меня насквозь своими глазищами, у меня морда кирпичом и вся из себя послушность в действиях.

Крокодильчиков мы с собой не взяли - они остались заложниками в эльфийском поместье. Маленький отряд стражников окружил нас плотным кольцом - пришлось устроиться в некоем подобии паланкина - и довольно шустро двинулся в сторону города.

Наверное, в другой обстановке мне было бы очень любопытно посетить иномирный базар. Я даже сейчас, напряженно осматриваясь, замечала не только полезные приметы, но и просто красивые или красочные детали. Ровно до той секунды, когда любопытно вертевший головой Кукушонок вдруг пискнул мне прямо в ухо:

– Кая! Мама, Кая!

Сердце забилось в горле, звуки города почти исчезли, хорошо, что мы по-прежнему сидели в паланкине, иначе я вряд ли устояла бы на ногах - коленки превратились в кисель.

Я медленно, словно через силу, обернулась в ту сторону, куда указывал сын, и...

ничего не увидела. Пестрая рыночная толпа, людское мельтешение, крики зазывал, ругань торговок...

Я крепче прижала к себе Кукушонка, уткнулась в его пушистую макушку лицом, изо всех сил сдерживая слезы и до крови закусив губу, чтобы не завыть от острого отчаяния, как волчица, потерявшая своего детёныша. Нельзя, нельзя!

Нельзя пугать сына, нельзя показывать эльфам, что происходит что-то необычное. И как это сделать, если я готова голыми руками расшвырять и охрану, и рыночную толпу, броситься туда, в людскую толчею, захлебываясь от крика?!

– Кукушонок, где?
– хриплым шепотом спросила я Никитку, стараясь выровнять дыхание и успокоиться. Если я сейчас начну бестолково метаться, как курица с отрубленной головой, дочери я не помогу.

– Там!
– Никитка надул губы и посмотрел на глупую непонятливую мать из-под насупленных пшеничных бровок.
– Усла. С зееным какадилом!

– А ты не перепутал, маленький?
– я до рези в глазах вглядывалась в мелькание людских фигур и с ужасом понимала, что даже не знаю, как сейчас выглядит Катюшка. Даже если она там... рядом с зеленым крокодилом... какая она теперь?!

– Неть!
– маленький упрямец сердито замотал головой.
– Кая! Усла с какадилом в цик!

А может, Кукушонок все выдумал? Ну какие еще крокодилы - люди кругом. И эльфы. С другой стороны, сын никогда не был фантазером и терпеть не мог врать.

Катюшка... где же ты, малыш?! Как тебя найти?

Эльфийский эскорт давно миновал ту маленькую площадь на перекрестке двух улочек, Никитка отвлекся и словно бы забыл о сестре, а я все еще пыталась справиться с острой болью и сдержать непрошеные слезы.

Так! Хватит истерить. Я должна еще раз попасть в город, причем желательно без сопровождения. Я обойду каждую лавку, каждый переулок, я всмотрюсь в каждое лицо... но сначала нужно получить хотя бы относительную свободу передвижения. Как это сделать?

Когда мы в тот вечер вернулись в поместье, его эльфичество, всю дорогу делавший вид, что он сам по себе, а нас знать не знает - приблудились в свиту какие-то дворняжки - почему-то не ушел к себе, а пошел за мной в комнату, где поселили Никитоса (ну и меня заодно).

Пока я укладывала прикорнувшего на руках сынулю в постель, изредка косясь на непрошеного “гостя”, гость этот как ни в чем не бывало прошел к тому же самому креслу, где отдыхал с утра, и устроился в нем со все той же небрежной грацией породистого... породистого... все же скорее пса. Что-то было в его утонченной худощавости и шелковистости от лощеной, хищной стремительности афганской борзой. Только уши не висячие...

Я тихо скрипнула про себя зубами, но вида привычно не показала. После пережитого в городе хотелось упасть и сдохнуть. Или прорыдать в подушку всю ночь. Или...

– Тебя что-то напугало в городе? Кто-то что-то тебе сказал?
– холодноватый, но мелодичный голос прервал мои безмолвные внутренние метания над детской кроваткой. Что б ты провалился, аспид! Заметил!

– Нет, господин, просто слишком непривычный... мир. Город, люди, все другое, - я старалась отвечать спокойно, но не отрывала при этом глаз от спящего Кукушонка и к эльфу не поворачивалась, пользуясь тем, что малыш заснул, обхватив по давней детской привычке мою руку ладошками и улегшись на нее щекой.

– И только?
– черти дери ушастое любопытство... По движению воздуха за спиной я почувствовала, что мужчина встал и подошел почти вплотную. Тонкие длинные пальцы музыканта тепло скользнули по моей щеке, заставив меня вздрогнуть. Эльф поправил несколько прядей, выбившихся из моей косы, но, слава всем богам, этим и ограничился, хотя я очень остро чувствовала тепло его тела, он подобрался почти вплотную.

– Господин Хаэлирэль, могу ли я попросить разрешения еще раз посетить торговые ряды?
– я старательно добавила вежливо-просительных ноток в голос. Но в меру, чтобы это не выглядело нытьем или подхалимажем.

– Это еще зачем?
– ух! Твою мать, он так близко, что я макушкой чувствую движение воздуха, когда эльф мне отвечает! Так бы и... локтем в печень! Лешка научил... но нельзя.

– Сегодня все время пришлось потратить на то, чтобы выбрать вещи для ребенка, что-то купить для себя я не успела, - да, женщина и шопинг - это долгая история, а ты не знал?

– Ты думаешь, я настолько наивен, чтобы выпускать тебя и ребенка из охраняемого поместья каждый день, пока ты не найдешь способ сбежать?